Демоны все неотразимы, особенно в первой боевой трансформе, когда мышечная масса увеличивается примерно на двадцать процентов, превращая и без того совершенные тела буквально в произведения искусства.
И это самое произведение теперь безжалостно било Честера затылком о стену, попутно придушивая, и зло допрашивало.
Нежить как таковая — общий термин, объединяющий существ, которые раньше жили обычной жизнью, потом, как водится, умерли, но сделали это не совсем удачно.
А где мясо?
Взгляд лихорадочно зашарил по комнате, отмечая её скудную обстановку (раковина, тумбочка, окошко, шкаф) и в конце концов остановился на Кларе, которая сидела на узком шкафу с покосившейся дверцей. Наверное, мой взгляд был слишком говорящим, потому что подруга тихо каркнула и пояснила:
- Ты всё съела. Всё.
Дожевала, сглотнула и недоверчиво прошептала:
- Совсем всё?
- Абсолютно, - Кларисса хмыкнула. - Ты как заправский вурдалак в два счета разделалась сначала с мясом, затем не жуя проглотила яблоки и лишь когда приступила к хлебу, то добралась до кровати и спряталась под одеяло. Страшна ты в голоде, дор-р-рогая... Страшна.
- Добрый вечер, юноша. Прошу прощения, как говорите, вас звать?
- Микаэль.
- Ага, - гном задумчиво кивнул и я буквально всей шкурой ощутила, как по мне прошлись пронизывающим взглядом. - Пёс?
- Лис. Северный.
- Ага... песец, что ли?
Насторожившись ещё больше, кивнула. Какой умный гном! Вообще-то мало кто из местных разбирался в нашей иерархии и кланах. А тут какой-то гном. Странно...
Не женат, в порочащих связях не замечен, любовниц, детей не имеет.
Вот это-то и настораживало.
Инкуб!
И без любовницы.
Странно…
Говорю же – надо! Я не просто так с потолка взяла эту прихоть! Это жизненная необходимость! Если хочешь – наука манипулирования среднестатистическим обывателем, у которого ограничен круг мышления и интересов! Пойми их суть изнутри, узнай, что ими движет, и они все твои! С потрохами! Неужели так сложно понять?!
Дают — бери. Не дают — бери, чтобы не заметили. Заметили — беги!
Настоящая любовь намного сильнее нас, людей. Она лишает нас страха перед завтрашним днем.
Если уж умирать от любви, то лучше на полный желудок.
Тот, кто сразу находит все, что нужно, просто слишком ленив.
Если девушка потеряет честь, в этом мире не останется больше ничего, что принадлежало бы ей одной!
Царапнешь — и вот уже видны дефекты, трещины, а иногда и бездонные пропасти.
— Только от самого человека зависит, как будут смотреть на него другие. Выйдет ли из него что-то путное, будут ли относиться к нему с уважением или считать слабым червяком.
Когда ей было плохо, она садилась за стол и начинала рисовать. А когда ей было хорошо, она поступала так же.
Вот, посмотри, если тебе вдруг запретят выдувать стекло, ты ведь не скажешь: "Ничего страшного, буду накрывать на стол"?
Если в каждом чудаке подозревать преступника, то останется не так уж и много людей, с которыми вообще можно иметь дело.
У нас говорят, что нужно всегда быть готовым к приятным неожиданностям! Неприятные случаются сами.
– Я знаю, что надо делать.
– Господи, куда катится этот мир…
– Это ты к чему сейчас сказал?
– К тому, что почти слепой ребенок умеет стрелять из пистолета.
– Раньше зрение лучше было. И вообще, то, что труднее, всегда интереснее.
– Не все с тобой согласятся.
– Но для меня именно так.
Карат, конечно, не идеал, но не настолько же. Да и не проникся Ульем до такой степени, чтобы ради каких-то белых шариков идти против принципов. Пусть в Полисе подавятся жемчугом скреббера, пусть сочтут его наивным романтиком или кем-то похуже, но он принесет то, ради чего все это было затеяно.
Серьезно настроенные глупышки тоже на обочине не остаются, просто обычно им приходится довольствоваться вариантами попроще. Есть, конечно, некоторая доля брачного неликвида, но для этого надо быть совсем уж печальным экземпляром, потому как повышенным спросом пользуются любые, невзирая на самые безнадежные внешние данные и вакуум в черепной коробке.
Только до Карата так и не доходит, почему из-за каких-то белых шариков он должен идти вопреки всему. Наверно, еще не успел проникнуться эгоистичным духом Улья, который дарит новые способности, но при этом разъедает души да еще и кровавую плату требует.
Серый промолчал, он сейчас сильно не в духе. Близкое созерцание морды элитника в обстановке ловушки водного окружения значительно ухудшило кошачье настроение.
Один раз заметил элитника, размером он превосходил того, который вчера нашел смерть от единственной выпущенной в упор пули.
Тварь сидела на заросшем высокой травой лугу и на Карата смотрела с искренним интересом. Но даже с места не сдвинулась, только влюбленным взглядом проводила.
Это слегка обрадовало.
– Ты его не убьешь?
– Я что, так сильно похож на маньяка?
– Но мало ли что у него на уме.
– Почему-то мне не хочется бояться человека в таких смешных плавках. Посмотрим, что он будет делать, чего захочет.
Сбоку опять выскочила Диана. С истерическим визгом потянулась к Хану. Снизу не очень-то хороший ракурс, но Карат даже в такой ситуации неприятно поразился, насколько злобным стало ее лицо. Будто вся ярость мира собралась в одном месте, исказив до этого мягкие полудетские черты.