Цитаты
283426
У сильного всегда бессильный виноват
Вот уже более двухсот лет басни И. А. Крылова читают и любят и взрослые, и дети. В книгу вошли самые известные басни: «Ворона и Лисица», «Слон и Моська», «Квартет», «Стрекоза и Муравей», «Зеркало и Обезьяна» и другие, без которых представить себе русскую культуру совершенно невозможно.
Невежда так же в ослепленье
Бранит науки и ученье,
И все ученые труды,
Не чувствуя, что он вкушает их плоды."Свинья под Дубом"
Вот уже более двухсот лет басни И. А. Крылова читают и любят и взрослые, и дети. В книгу вошли самые известные басни: «Ворона и Лисица», «Слон и Моська», «Квартет», «Стрекоза и Муравей», «Зеркало и Обезьяна» и другие, без которых представить себе русскую культуру совершенно невозможно.
Безумный плачет лишь от бедства, А умный ищет средства. "Соловьи"
Вот уже более двухсот лет басни И. А. Крылова читают и любят и взрослые, и дети. В книгу вошли самые известные басни: «Ворона и Лисица», «Слон и Моська», «Квартет», «Стрекоза и Муравей», «Зеркало и Обезьяна» и другие, без которых представить себе русскую культуру совершенно невозможно.
Так часто человек в расчетах слеп и глуп.
За счастье, кажется, ты по пятам несешься:
А как на деле с ним сочтешься -
Попался, как ворона в суп!
Вот уже более двухсот лет басни И. А. Крылова читают и любят и взрослые, и дети. В книгу вошли самые известные басни: «Ворона и Лисица», «Слон и Моська», «Квартет», «Стрекоза и Муравей», «Зеркало и Обезьяна» и другие, без которых представить себе русскую культуру совершенно невозможно.
Вы сколько пользы принесли?» —
«Да наши предки Рим спасли!» —
«Всё так, да вы что сделали такое?» —
«Мы? Ничего!» — «Так что́ ж и доброго в вас есть?
Оставьте предков вы в покое:
Им по-делом была и честь;
Вот уже более двухсот лет басни И. А. Крылова читают и любят и взрослые, и дети. В книгу вошли самые известные басни: «Ворона и Лисица», «Слон и Моська», «Квартет», «Стрекоза и Муравей», «Зеркало и Обезьяна» и другие, без которых представить себе русскую культуру совершенно невозможно.
Завистники на что ни взглянут,
Подымут вечно лай;
А ты себе своей дорогою ступай:
Полают да отстанут."Прохожие и собаки"
Вот уже более двухсот лет басни И. А. Крылова читают и любят и взрослые, и дети. В книгу вошли самые известные басни: «Ворона и Лисица», «Слон и Моська», «Квартет», «Стрекоза и Муравей», «Зеркало и Обезьяна» и другие, без которых представить себе русскую культуру совершенно невозможно.
Беда, коль пироги начнет печи сапожник,
А сапоги тачать пирожник:
И дело не пойдет на лад,
Да и примечено стократ,
Что кто за ремесло чужое браться любит,
Тот завсегда других упрямей и вздорней:
Он лучше дело все погубит,
И рад скорей
Посмешищем стать света,
Чем у честных и знающих людей
Спросить иль выслушать разумного совета."Щука и кот"
Вот уже более двухсот лет басни И. А. Крылова читают и любят и взрослые, и дети. В книгу вошли самые известные басни: «Ворона и Лисица», «Слон и Моська», «Квартет», «Стрекоза и Муравей», «Зеркало и Обезьяна» и другие, без которых представить себе русскую культуру совершенно невозможно.
Если кто-то о тебе плачет, все будет хорошо. Главное знать: кто по тебе плачет…
В центре тайги падает пассажирский самолет. Все погибают, кроме двоих — мужчины и женщины. Их никто не спасает, и они вынуждены идти вперед. Они находят заброшенную базу геологов — и живут на ней, совершенно одни, отрезанные от всего мира, словно робинзоны.
Я спросил, не казалось ли ей, что многие как бы заключают с мамами договор, где высокая сторона и невысокая сторона по буквам и полочкам оговаривают условия проживания. Такая-то или такой-то словно обязуется пунктуально, ежедневно обеспечивать невысокой стороне завтрак, обед и ужин, известное количество рубашек и ботинок, неограниченное множество игрушек и телевизора, поход в кино раз в месяц, прогулки в соседний парк один раз в полугодие... За что невысокая сторона, в свою очередь, обязуется в положенное время вставать, раз в день умываться и три раза в день мыть руки, не бегать по комнате и не кричать, не стоять на голове, не обращать на себя внимание, когда высокой стороне это ни к чему. Не спрашиать, как зовут мальчика, того, который в прошлом году подарил тебе жука, если высокая сторона в этот момент по телефону... При соблюдении всез правил соглашения, обе стороны гарантируют спокойное совместное проживание... А если начнётся нешуточная война с ребёнком под названием Воспитание, то это лишь вколачивание в него правил ненарушения вашего покоя...
В центре тайги падает пассажирский самолет. Все погибают, кроме двоих — мужчины и женщины. Их никто не спасает, и они вынуждены идти вперед. Они находят заброшенную базу геологов — и живут на ней, совершенно одни, отрезанные от всего мира, словно робинзоны.
Не видишь, не понимаешь радости в общении с маленьким человеком, и всё дома начинает нам казаться монотонным. Ищем выход на стороне, где можно просто мелькнуть и привидеться увлекательным, красивым, остроумным, интересным. Дома заботы нудные, потому что постоянные. Зато в мелькании легко: есть ощущение заботы, великодушия, благородства. Больше и не надо. Главное, что нудности нет. Все болячки, тревоги, недуги оставлены дома, как смытый водой пот в домашней ванной...
Наконец, видел я таких, кто не способен жить среди людей, в семье, около ребёнка. не умеет, а пребывает на беду себе и другим. Думается, не умеешь, так не берись, откажись. Очень просто избавить себя от хлопот. Останься одиноким!.. Боятся, не хотят! Страшно быть одиноким. И неспособные к общению, прилипают к другим, отнимая душевное равновесие. пустячок, без которого ни воспитания, ни учёбы, ни отдыха, ни работы, ни радости... По-моему, вот где начинается любая настоящая беда...
В центре тайги падает пассажирский самолет. Все погибают, кроме двоих — мужчины и женщины. Их никто не спасает, и они вынуждены идти вперед. Они находят заброшенную базу геологов — и живут на ней, совершенно одни, отрезанные от всего мира, словно робинзоны.
Надо почаще объясняться маленьким в любви. Не в приступах мокрых лобзаний по настроению, нет. Как объясняются любимой девушке. Маленькие любящих не предают и ни в чём не обидят. Любящих, а не добрых сожителей...
В центре тайги падает пассажирский самолет. Все погибают, кроме двоих — мужчины и женщины. Их никто не спасает, и они вынуждены идти вперед. Они находят заброшенную базу геологов — и живут на ней, совершенно одни, отрезанные от всего мира, словно робинзоны.
То, что самому тебе до лампочки, никогда не станет важным для ребёнка, что ему не внушай.
В центре тайги падает пассажирский самолет. Все погибают, кроме двоих — мужчины и женщины. Их никто не спасает, и они вынуждены идти вперед. Они находят заброшенную базу геологов — и живут на ней, совершенно одни, отрезанные от всего мира, словно робинзоны.
В пустом вагоне ехало нас человек десять. На коленях у женщины сидел ухоженный мальчик лет приблизительно трех. Живой, как пружинка. Мордашка его меня поразила. Все в ней отражалось. Мелькание станций, шум движения, люди незнакомые, свет и скорость, нарядный журнал у соседа. И что-то еще такое вокруг, чего многие взрослые давно уже не видят. И я подумал до смешного категорично и ясно, что единственное человеческое лицо в этом вагоне у ребенка...
Никого не хочу моим определением обидеть. Граждане сидели, кажется, не глупые. Но с такими отрешенными погашенными лицами, чуть не масками... А в нем все жило и светилось. Мы встретились глазами. И что же я прочел в них?... Едем, дядя! Летим! Правда, хорошо?...
В центре тайги падает пассажирский самолет. Все погибают, кроме двоих — мужчины и женщины. Их никто не спасает, и они вынуждены идти вперед. Они находят заброшенную базу геологов — и живут на ней, совершенно одни, отрезанные от всего мира, словно робинзоны.
Утрата человеческого, даже в малой степени, большая утрата. Вот и нужно поколебать всех, кем владеет беспечность и равнодушие. Нужно прикосновение. Понятное для каждого.
В центре тайги падает пассажирский самолет. Все погибают, кроме двоих — мужчины и женщины. Их никто не спасает, и они вынуждены идти вперед. Они находят заброшенную базу геологов — и живут на ней, совершенно одни, отрезанные от всего мира, словно робинзоны.
Человечки мои крохотные! Может быть вас очень много? Так переполнилась вами земля, что многие перестали удивляться вам, и бесполезно им что-нибудь объяснять. Вы приходите в этот сложный мир как пришельцы из космоса, храня в себе негасимую тайну, хрупкое чудо истинной человечности, готовые поделиться ей с нами, такими большими, уставшими, трудными, если мы сами не погасим ее, медленно, постепенно, упорно и настойчиво не сделаем из вас подобных себе: умудренных или неумудренных, умелых или неумелых, но всегда и навсегда погашенных.
В центре тайги падает пассажирский самолет. Все погибают, кроме двоих — мужчины и женщины. Их никто не спасает, и они вынуждены идти вперед. Они находят заброшенную базу геологов — и живут на ней, совершенно одни, отрезанные от всего мира, словно робинзоны.
Мы надели рубашки, мы надели нарядные курточки. Мы едем на выставку международной книги, туда, где наша мама работает гидом. А вокруг шумных павильонов стоят ракеты, настоящие самолеты, куда можно войти и выйти, настоящие спутники. Там же есть веселый детский городок с аттракционами, есть прохладные тележки с мороженым, есть открытый вагончик, умеющий бегать по всей выставке от павильона к павильону, есть фонтаны, есть музыка, есть наша строгая, но все-таки мама, есть красные дорожки, по которым идешь, подпрыгивая.
Мы вошли с тобой в этот книжный базар. Мама стояла строгая, в окружении очкастых людей, среди нарядных, как флаги, бесчисленных детских книг. Ты закричал на весь огромный павильон: «Мамочка, мама»! И кинулся к ней сиянием радости. «Не шуми, – сказала она стиснутыми губами, – веди себя прилично»! Хотя не крик ребенка, может быть, гром салютных пушек едва осилил бы неумолчный вокзальный гам. «Веди себя тихо...». А куда же девать радость?... «Мамочка, – не унимался ты, – мы пришли!..».
Строгая, такая близкая женщина больно сдавила мальчику руку, резким движением. Померкли обложки детских книжек. Праздник угас. Ну, где и когда может остаться праздник, если плачет навзрыд обиженный ребенок?... То ли за то, что нарушил некий воображаемый ритуал представительности, или за то, что некстати показал кому-то себя и папу... Я до сих пор не знаю, не могу постичь...
Непоправимое предательство, навсегда непоправимое... На какой мусор меняем то, чему нет и цены...
В центре тайги падает пассажирский самолет. Все погибают, кроме двоих — мужчины и женщины. Их никто не спасает, и они вынуждены идти вперед. Они находят заброшенную базу геологов — и живут на ней, совершенно одни, отрезанные от всего мира, словно робинзоны.
Воробушек мой! Ты одарил меня этим благом - благом заботы не о себе, не о своих делах и печалях, не о своей карьере, не о своем удовольствии - заботы о другом. Человек не может ни о ком не заботиться. Эту и еще одну великую тайну открыл мне ты...
...Ты научил меня бескорыстной преданности, позволил догадаться, что это такое быть незаменимым, единственно нужным без каких-либо условий, потайной пользы для себя. Ты - мне, я - тебе, мы очень, мы так нужны друг другу! Солнышко мое, дружок настоящий, человек настоящий.
В центре тайги падает пассажирский самолет. Все погибают, кроме двоих — мужчины и женщины. Их никто не спасает, и они вынуждены идти вперед. Они находят заброшенную базу геологов — и живут на ней, совершенно одни, отрезанные от всего мира, словно робинзоны.
Больше всего меня беспокоило , какие еще сюрпризы могут ожидать в этом магазине.
Книга 1. Казалось, юную Штефани ждет судьба всех, кто выходит из Королевского приюта, — место на ткацкой фабрике и клетушка в бараке. Магического Дара мало, умений никаких, помощи ждать не от кого. Неожиданно ей улыбнулась удача. Работа в магазине элитной косметики — это ли не счастье для сироты? Хорошая зарплата, отзывчивая нанимательница, уютная квартира и красивые наряды. Но удача ли? В магазине происходит что-то непонятное. Странные разговоры, которые ведут хозяйка и ее компаньон....
Посмотрела я на него неодобрительно. Убийство людей - это не повод для дурацких шуточек, особенно если люди эти стоят на страже твоей собственной жизни, даже несмотря на то, что некоторые, сейчас нагло хихикающие, не менее нагло нарушают закон для личного обогащения.
Книга 1. Казалось, юную Штефани ждет судьба всех, кто выходит из Королевского приюта, — место на ткацкой фабрике и клетушка в бараке. Магического Дара мало, умений никаких, помощи ждать не от кого. Неожиданно ей улыбнулась удача. Работа в магазине элитной косметики — это ли не счастье для сироты? Хорошая зарплата, отзывчивая нанимательница, уютная квартира и красивые наряды. Но удача ли? В магазине происходит что-то непонятное. Странные разговоры, которые ведут хозяйка и ее компаньон....
-Понять-то я понял, но это не значит, что идея от этого стала лучше. Разгребать в случае чего опять придется мне.
Почему-то при этих словах я представила себе лопату и холмик свежевскопанной земли, под которым лежит тело бедной Марты. Сейчас я была уверена, что ее нет в живых, никуда она не уехала, а закопана где-то неподалеку.
Книга 1. Казалось, юную Штефани ждет судьба всех, кто выходит из Королевского приюта, — место на ткацкой фабрике и клетушка в бараке. Магического Дара мало, умений никаких, помощи ждать не от кого. Неожиданно ей улыбнулась удача. Работа в магазине элитной косметики — это ли не счастье для сироты? Хорошая зарплата, отзывчивая нанимательница, уютная квартира и красивые наряды. Но удача ли? В магазине происходит что-то непонятное. Странные разговоры, которые ведут хозяйка и ее компаньон....
Больше всего мне хотелось бросить вилку на стол и уйти отсюда. Я не желала говорить о своей семье- для меня это оказалось неожиданно больно.
Книга 1. Казалось, юную Штефани ждет судьба всех, кто выходит из Королевского приюта, — место на ткацкой фабрике и клетушка в бараке. Магического Дара мало, умений никаких, помощи ждать не от кого. Неожиданно ей улыбнулась удача. Работа в магазине элитной косметики — это ли не счастье для сироты? Хорошая зарплата, отзывчивая нанимательница, уютная квартира и красивые наряды. Но удача ли? В магазине происходит что-то непонятное. Странные разговоры, которые ведут хозяйка и ее компаньон....
В самом деле, почему мы упорно видим в людях только плохое? Может, именно поэтому они такими становятся — стараются соответствовать нашим ожиданиям?
Книга 1. Казалось, юную Штефани ждет судьба всех, кто выходит из Королевского приюта, — место на ткацкой фабрике и клетушка в бараке. Магического Дара мало, умений никаких, помощи ждать не от кого. Неожиданно ей улыбнулась удача. Работа в магазине элитной косметики — это ли не счастье для сироты? Хорошая зарплата, отзывчивая нанимательница, уютная квартира и красивые наряды. Но удача ли? В магазине происходит что-то непонятное. Странные разговоры, которые ведут хозяйка и ее компаньон....
Никого и ничего подозрительного рядом со мной не было , но нервничать я не переставала. Эта неопределенность выводила меня из себя.
Книга 1. Казалось, юную Штефани ждет судьба всех, кто выходит из Королевского приюта, — место на ткацкой фабрике и клетушка в бараке. Магического Дара мало, умений никаких, помощи ждать не от кого. Неожиданно ей улыбнулась удача. Работа в магазине элитной косметики — это ли не счастье для сироты? Хорошая зарплата, отзывчивая нанимательница, уютная квартира и красивые наряды. Но удача ли? В магазине происходит что-то непонятное. Странные разговоры, которые ведут хозяйка и ее компаньон....
Не веди себя как ребенок. От проблем не убежишь и под одеялом от них не спрячешься.— А жаль, — тихо сказала я.
Книга 1. Казалось, юную Штефани ждет судьба всех, кто выходит из Королевского приюта, — место на ткацкой фабрике и клетушка в бараке. Магического Дара мало, умений никаких, помощи ждать не от кого. Неожиданно ей улыбнулась удача. Работа в магазине элитной косметики — это ли не счастье для сироты? Хорошая зарплата, отзывчивая нанимательница, уютная квартира и красивые наряды. Но удача ли? В магазине происходит что-то непонятное. Странные разговоры, которые ведут хозяйка и ее компаньон....
Мне показалось , что я ослышалась. Нет,то, что где-то существует женщина, которая меня родила , я понимала, но как-то раньше ее не волновала моя жизнь. Так с чего вдруг она решила написать письмо?
Книга 1. Казалось, юную Штефани ждет судьба всех, кто выходит из Королевского приюта, — место на ткацкой фабрике и клетушка в бараке. Магического Дара мало, умений никаких, помощи ждать не от кого. Неожиданно ей улыбнулась удача. Работа в магазине элитной косметики — это ли не счастье для сироты? Хорошая зарплата, отзывчивая нанимательница, уютная квартира и красивые наряды. Но удача ли? В магазине происходит что-то непонятное. Странные разговоры, которые ведут хозяйка и ее компаньон....