Хороший политик не сделал бы этого, но зато так поступил бы честный человек
В величии друзей забывают
В этом мире одни дураки скучают и ищут развлечения на том свете
Настоящие трудности бывают только с женщинами сдержанного темперамента: они требуют от добивающегося их благосклонности одновременно и любезностей, и известной строгости, а соединить это мало кому удается.
Никогда не говорите женщине, что вы будете любить ее так, как вам заблагорассудится, - это не умно; докажите, что вы будете любить ее именно так, как заблагорассудится ей, - вот путь к успеху!
Несправедливость - превосходное средство, чтобы вызвать на откровенность женщин и детей.
Как же вы хотите, чтобы человек, у которого в мозгу гнездятся отталкивающие мысли, был хорош собой?
Отдающий приказания должен быть готов к тому, чтобы иметь только слуг.
Одни глупцы скучают на этом свете и отправляются искать развлечений на тот.
Угрызения совести - чувство относительное.
Вода и время — два могущественных растворителя: один точит камень, другой подтачивает самолюбие
Вода и время - вот самые сильные разрушительные элементы. Первая подтачивает камень, а второе - самолюбие. Подождем...
—Вы мне сообщили так мало, что я могу подумать слишком много!
У всякой красивой женщины есть причуды
- Что мне делать? - я с мольбой взглянула а ее глаза. - Ждать.
– Обещай, что позво́нишь! – воодушевленно допытывался у нее Ромео.
– Правильно говорить «позвони́шь», – машинально поправила его Марина Борисовна.
– Извини, виноват, – засмущался Роман Эдуардович. – Хотя, знаешь, Марин, что хочу сказать. Вот была у меня тетка, простая как три рубля. Восьмилетку с трудом закончила, но всю жизнь строила из себя умную. Помню, придет в гости и давай меня учить, к словам придираться. Попробуй при ней скажи «дядька» – сразу поправит: «мужчина». И дальше в том же духе. Слова не скажи, все ей некультурным казалось. Зато дед у меня был благородных кровей, интеллигентный старикан и просто умница. Вот ему почему-то было абсолютно все равно, какими словами ты излагаешь мысли. Его как раз эти самые мысли прежде всего интересовали…
От битья железо крепнет, человек мужает.
Время считать — себя обманывать.
Мальчишка пойдет далеко, предан, как пес, умен, как бес.
- Никита, - обернулся, - тебя поставить воеводой, воровать будешь?
Никита Демидов, не отходя от двери, осторожно вздохнул:
- Как обыкновенно, Петр Алексеевич, - должность такая.
Озлобленно, праздно, голодно шумел огромный город. Всем надоело,- скорее бы кто-нибудь кого-нибукдь сожрал: Софья ли Петра, Петр ли Софью… лишь бы что-нибудь утвердилось.
А с мужика больше одной шкуры не сдерешь
Бог человека создал, чтобы тот думал.
У вас каждый тянет врозь, а до государства никому дела нет, одному прибытки дороги, другому честь, иному — только чрево набить… Народа такого дикого сыскать можно разве в Африке. Ни ремеслов, ни войска, ни флота… Одно — три шкуры драть, да и те худые.
Иноземцы, бывавшие в Кремле, говорили с удивлением, что, не в пример Парижу, Вене, Лондону, Варшаве или Стокгольму, царский двор подобен более всего купеческой конторе. Ни галантного веселья, ни балов, ни игры, ни тонкого развлечения музыкой. Золотошубые бояре, надменные князья, знаменитые воеводы только и толковали в низеньких и жарких кремлевских покоях, что о торговых сделках на пеньку, поташ, ворвань, зерно, кожи...