Цитаты

Очень здорово прижиматься губами к губам Федьки, чувствовать его руки на шее и на спине, чувствовать его тепло и его любовь. Наверное, вот эта сила, что исходит сейчас от её любимого друга, – эта сила и есть любовь. Именно она соединяет людей и заставляет жить вместе и держаться всегда вместе.
Всегда вместе…

Мы можем жить среди людей

Варвара Еналь

На огромной, как город, орбитальной станции МОАГ живут счастливые, красивые, умные дети. Их воспитывают, обучают и обслуживают роботы – заботливые няньки, учителя, охранники. Но где же их родители, почему они никогда не навещают детей? И какое будущее уготовано школьникам, которые сейчас учатся на программистов, космических штурманов, робототехников? Интересная работа, исполнение всех желаний, путешествия по Вселенной или что-то жуткое, непонятное, о чем говорится в страшной считалке, которую...

– И ещё я поняла, почему знак «сердечко» обозначает любовь. Потому что, когда что-то случается с любимым человеком, болит всегда в груди, там, где сердце. Очень сильно болит, как будто кто-то вынул сердце из груди и оставил пустоту. И страшнее этой пустоты нет ничего, Федь. Нет ничего ужаснее того, когда тебе некого любить и никого нет рядом с тобой. Даже фрики не так страшны.
– Но теперь я рядом с тобой. Всё хорошо?
– Всё отлично.
Таис шмыгнула носом и вдруг прижалась губами ко лбу Фёдора.
– Ты – самое лучшее, что у меня есть, – прошептала она, – и ничего лучше не будет. Мне пришлось сначала потерять тебя, и только после понять это.
Фёдор перевернулся на спину, обнял её здоровой рукой и осторожно провёл губами по щеке. От этих прикосновений жаркий огонь полыхнул в сердце Таис, разлился рекой по груди, заставил гореть пальцы и щёки.
– Я тебя тоже люблю, – проговорил Фёдор, – я тебя тоже люблю, мартышка…

Мы можем жить среди людей

Варвара Еналь

На огромной, как город, орбитальной станции МОАГ живут счастливые, красивые, умные дети. Их воспитывают, обучают и обслуживают роботы – заботливые няньки, учителя, охранники. Но где же их родители, почему они никогда не навещают детей? И какое будущее уготовано школьникам, которые сейчас учатся на программистов, космических штурманов, робототехников? Интересная работа, исполнение всех желаний, путешествия по Вселенной или что-то жуткое, непонятное, о чем говорится в страшной считалке, которую...

Ибо тот, кто одерживает победу над своими безрассудными желаниями и обладает неограниченной властью над собой, у кого разум властвует над волей, более велик, чем завоеватель государства.

со вздохом сказал он мне, что истинное величие состоит в уменьи владеть собой, и он не поменял бы моего положения на положение царя московского, так как считает себя более счастливым в уединении, на которое обрекло его изгнание, чем был когда либо, находясь у власти при дворе его повелителя царя. Верх человеческой мудрости - уменье приспособляться к обстоятельствам и сохранять внутреннее спокойствие, какая бы буря ни сверепствовала кругом нас. В первое время по прибытии сюда он рвал на себе волосы - одежду, как делали это перед ним другие ссыльные. Но через некоторое время, пристальнее заглянув в глубь себя и внимательнее осмотревшись кругом, он пришел к убеждению, что, если взглянуть на жизнь с не. которой высоты и понять, как мало подлинного счастья в этом мире, то можно быть вполне счастливым и удовлетворять свои лучшие желания при самой ничтожной помощи от себе подобных. Дышать чистым воздухом, иметь одежду для защиты от холода, пищу для утоления голода, совершать физические упражнения для поддержания здоровья - вот, по его мнению, все, что нужно нам от внешнего мира. И, хотя высокое положение, власть, богатство и удовольствия, которые выпадают на долю иных, не лишены известной приятности, но они служат обыкновенно самым низменным нашим страстям, вроде честолюбия, гордости, корыстолюбия, тщеславия и чувственности, - страстям, являющимся источником всяческих преступлений. Эти низменные страсти не имеют ничего общего с добродетелями, образующими истинного мудреца.
Лишенный в настоящее время мнимых радостей порочной жизни, он хорошо рассмотрел на досуге темные стороны этих радостей и пришел к убеждению, что одна только добродетель дает человеку истинную мудрость, богатство и величие и обеспечивает ему блаженство в будущей жизни. В этом отношении все они здесь в ссылке гораздо счастливее своих недругов, наслаждающихся полнотой власти и благами богатства.
"Поверьте, сударь, говорю я не по тактическим соображениям, понуждаемый бедственными обстоятельствами; я совершенно искренно не чувствую никакого желания возвратиться ко двору, хотя бы царь, мой, повелитель, снова призвал меня и восстановил во всем моем прежнем величии".

Каков в колыбельку, таков и в могилку.

Нет более унизительного состояния в жизни, чем праздность.

Должен сознаться, что по возвращении домой мне было странно слышать, как у нас превозносят могущество, богатство, славу, пышность и торговлю китайцев, ибо, по моим собственным наблюдениям, китайцы показались мне презренной толпой или скопищем невежественных грязных рабов, подвластных достойному их правительству. Словом, если бы расстояние, отделяющее Китай от Московни, не было столь огромным и если бы московская империя не была почти столь же варварской, бессильной и плохо управляемой толпой рабов, то царь московский без большого труда выгнал бы китайцев с их земли и завоевал бы их в одну кампанию.

Сначала я не хотел никого брать с собой на берег, но Пятницу невозможно было удержать в лодке, его любящее сердце еще издали узнало отца, так далеко отставшего от испанцев, что я совсем и не видел его; если бы я не взял с собою моего бедного слугу, он бы прыгнул в воду и поплыл. Не успел он ступить на берег, как стрелою понесся навстречу отцу. И самый твердый человек не удержался бы от слез, видя бурную радость этого бедняка при встрече с отцом — видя, как он его обнимал, целовал, гладил по лицу, потом взял на руки, посадил на дерево и сам лег возле него; потом встал и с четверть часа смотрел на него, словно на какую нибудь картину, видимую им впервые; потом опять лег на землю и гладил ноги отца и целовал их, и опять встал и смотрел на него: можно было подумать, что его околдовали. Невозможно было удержаться от смеха на другой день утром, когда он выражал свою радость уже иначе — несколько часов подряд ходил по берегу взад и вперед вместе с отцом, водя его под руку, словно женщину, и поминутно бегал на лодку, чтобы принести что нибудь отцу — то кусок сахару, то рюмку водки, то сухарь. — то то, то другое, а уж что нибудь да притащит. Потом он стал безумствовать на новый лад — посадил старика на землю и принялся танцевать вокруг него, все время жестикулируя и принимая самые разнообразные позы; и все время при этом не переставал говорить, развлекая отца рассказами о своих путешествиях и о том, что с ним было во время пути. Если бы христиане в наших странах питали такую же сыновнюю привязанность к своим родителям, пожалуй, можно было бы обойтись и без пятой заповеди.

Самым убедительным доказательством существования будущей жизни и невидимого мира является совпадение внешних причин, побуждающих нас поступить так, как внушают нам наши мысли, которые мы создаем в своей душе совершенно самостоятельно и не сообщая о них никому.

"Сокрушаться в горе - увеличивать его вдвое."

"Уныние есть самое безрассудное чувство, ибо оно направлено на прошлое, которого невозможно ни вернуть, ни поправить, и пренебрегает будущим, убивает охоту искать улучшения нашей участи."

«Как жалок человек, если самые возвышенные порывы дружбы становятся ловушками для наших ближних, и мы вовлекаем друг друга в соблазн! Мой дорогой друг, ваше предложение столь искренно, столь любезно, столь бескорыстно и столь для меня выгодно, что нужно слишком мало знать людей, чтобы не быть повергнутым в крайнее изумление и не почувствовать глубочайшей признательности. Но неужели вы приняли за чистую монету мои заявления о презрении к миру? Подумали, что я действительно достиг такой степени бесстрастия, что стою выше всех соблазнов мира? Поверили, что я не пожелаю вернуться, если меня призовут занять прежнее положение при дворе, если я вновь буду в милости у моего повелителя царя? Скажите откровенно, за кого вы меня приняли: за честного человека или хвастуна и лицемера?» – Тут князь замолчал. Сперва я подумал, что он ожидает моего ответа, но скоро заметил, что речь его была прервана охватившим его волнением. Признаюсь, я был удивлен и чувствами, охватившими этого человека, и его характером. Я привел ему еще несколько доводов, чтобы побудить его вернуть себе свободу; сказал ему, что он должен смотреть на мое предложение, как на дверь, открываемую ему небом для его освобождения, как на зов провидения, желающего дать ему возможность снова приносить пользу людям.Тем временем он пришел в себя и с горячностью ответил мне: «Уверены ли вы, сударь, что это зов с неба, а не уловка иной силы, изображающей мое освобождение в радужных красках, между тем как на самом деле оно является прямым путем к гибели? Здесь ничто не искушает меня вернуться к моему прежнему жалкому величию; И я боюсь, что если попаду в другое местом то семена гордости, честолюбия, корыстолюбия и сластолюбия, которые всегда прозябают в наших душах, оживут во мне, пустят корни и снова дадут пышный цвет; тогда счастливый узник, которого вы видите перед собой, распоряжающийся всеми движениями своей души, окажется жалким рабом своих страстей, несмотря на всю предоставленную ему свободу. Дорогой друг, позвольте мне остаться в этой благословенной ссылке, ограждающей меня от соблазнов, и не побуждайте меня купить призрак свободы ценой свободы моего разума. Ибо человек я заурядный, Так же подверженный страстям и слабостям, как и всякий другой… Не будьте же одновременно моим другом и моим соблазнителем!»
Если сначала я был изумлен, то теперь пришел в полное смущение и, ни слова не говоря, смотрел во все глаза на своего собеседника. От напряженной душевной борьбы он даже потом покрылся, несмотря на большой мороз. Я видел, что он чувствует потребность собраться с мыс-лями; поэтому я попросил его. Подумать над моим предложением и затем удалился в свою ком-нату.
Часа через два я услышал, как кто то ходит подле моей двери. Я поспешил открыть ее, это был мой вельможа. «Дорогой друг, – сказал он, – вы почти убедили меня, но я нашел в себе си-лы побороть искушение. Не сердитесь, если я отклоню ваше предложение, я очень растроган, вашим великодушием и пришел выразить вам свою искреннюю признательность. – Но я надеюсь, что мне удалось одержать победу над самим собой».
– «Друг мой, – спросил я его, – неужели вы станете противиться велению неба?» – «Су-дарь, – ответил он, – если бы небу было угодно, чтобы я уехал отсюда, оно внушило бы мне же-лание уехать; напротив, я твердо убежден, что небо внушает мне отказ от вашего предложения, и я бесконечно удовлетворен, что, разлучаясь со мной, вы оставляете здесь попрежнему честного, хотя и ее свободного человека».

Глядя на стены спальни, Таис так чётко и ясно поняла, что всегда была счастлива. Пусть её счастье было злым и даже яростным, но оно было, это счастье. Были ночи, когда Фёдор согревал её своим теплом, встречал после охоты, шутил и помогал тащить рюкзак с едой. Были дни, когда они вместе смеялись над всякой ерундой, болтали часами или ругались с Вальком.
И за всем этим счастьем стоял Фёдор. И жизнь без него казалась теперь бессмысленной и пустой. Вот что такое любовь. Это когда человек становится частью тебя, твоей души, и без него жизнь оказывается половинчатой, и души тоже остаётся только половина.
Фёдор всегда был рядом, даже в её мечтах о будущем. Зачем теперь ей удобная каюта на Втором уровне? Зачем хорошая еда и классная одежда? Чтобы умереть с тоски?
Лучше бы она осталась там и истекала сейчас кровью вместе с ним. Лучше бы она не спасалась.
– Федя, я люблю тебя, – шептала Таис и слышала в ответ только стон.

Мы можем жить среди людей

Варвара Еналь

На огромной, как город, орбитальной станции МОАГ живут счастливые, красивые, умные дети. Их воспитывают, обучают и обслуживают роботы – заботливые няньки, учителя, охранники. Но где же их родители, почему они никогда не навещают детей? И какое будущее уготовано школьникам, которые сейчас учатся на программистов, космических штурманов, робототехников? Интересная работа, исполнение всех желаний, путешествия по Вселенной или что-то жуткое, непонятное, о чем говорится в страшной считалке, которую...

Эмма пыталась разобраться в себе, но чётких и правильных ответов не было. Невозможно дать однозначное определение такому понятию, как «любовь». Невозможно разложить на формулы и правила Закона.
Несмотря ни на что, любовь всё равно оставалась загадкой. Загадкой, которая определяет жизнь.

Мы можем жить среди людей

Варвара Еналь

На огромной, как город, орбитальной станции МОАГ живут счастливые, красивые, умные дети. Их воспитывают, обучают и обслуживают роботы – заботливые няньки, учителя, охранники. Но где же их родители, почему они никогда не навещают детей? И какое будущее уготовано школьникам, которые сейчас учатся на программистов, космических штурманов, робототехников? Интересная работа, исполнение всех желаний, путешествия по Вселенной или что-то жуткое, непонятное, о чем говорится в страшной считалке, которую...

Но, несмотря на все сомнения, Таис знала, что обязательно будет рядом с Фёдором. Только он удерживал её от того, чтобы не превратиться во фрика. Это она знала точно. Просто наверняка. Чувствовала всей душой.
Она действительно стояла на краю пропасти. Один неверный шаг, одна ошибка – и необратимые изменения сотрут личность Таис. Её глаза, её улыбку. Заменят злобной оскаленной гримасой.
Таис почти ощущала эту злобу. Злобу, меняющую сущность человека. Только рядом с Фёдором она могла оставаться девочкой Таис. И уж лучше погибнуть, спасая детей от фриков, чем самой стать фриком. Хоть какая-то польза будет от смерти. Польза для детей, для станции.
А может, всё ещё закончится хорошо.

Мы можем жить среди людей

Варвара Еналь

На огромной, как город, орбитальной станции МОАГ живут счастливые, красивые, умные дети. Их воспитывают, обучают и обслуживают роботы – заботливые няньки, учителя, охранники. Но где же их родители, почему они никогда не навещают детей? И какое будущее уготовано школьникам, которые сейчас учатся на программистов, космических штурманов, робототехников? Интересная работа, исполнение всех желаний, путешествия по Вселенной или что-то жуткое, непонятное, о чем говорится в страшной считалке, которую...

– Жалость – это чувство, которое могут испытывать только люди, – пояснил Мартин, – это за пределами понимания роботов.
– Вот как только роботы научатся жалеть, так сразу начнут превращаться в людей, – пробормотал, не отрываясь от планшета, Кир.

Мы можем жить среди людей

Варвара Еналь

На огромной, как город, орбитальной станции МОАГ живут счастливые, красивые, умные дети. Их воспитывают, обучают и обслуживают роботы – заботливые няньки, учителя, охранники. Но где же их родители, почему они никогда не навещают детей? И какое будущее уготовано школьникам, которые сейчас учатся на программистов, космических штурманов, робототехников? Интересная работа, исполнение всех желаний, путешествия по Вселенной или что-то жуткое, непонятное, о чем говорится в страшной считалке, которую...

Возьми самую жуткую вещь, какую только можно вообразить, потом умножь на десять и все-таки даже близко не подойдешь к уровню мерзости, на которую способны люди.

Умри завтра

Питер Джеймс

Драга «Арко Ди» во время работы в Шорэмской гавани подняла с морского дна завернутый в пластик труп. Логически объяснимая версия, что покойник был захоронен в море, отвергнута как безосновательная, поскольку вскрытие показало: у погибшего отсутствуют жизненно важные органы. Загадка неизмеримо усложняется: либо это ритуальное убийство, либо органы изъяты для трансплантации. Суперинтендент Рой Грейс собирает свою любимую команду криминалистов и приступает к расследованию…

- Жизнь - игра. - Игра? Что это значит? - Просто игра. Выиграл - живешь, проиграл - умираешь.

Умри завтра

Питер Джеймс

Драга «Арко Ди» во время работы в Шорэмской гавани подняла с морского дна завернутый в пластик труп. Логически объяснимая версия, что покойник был захоронен в море, отвергнута как безосновательная, поскольку вскрытие показало: у погибшего отсутствуют жизненно важные органы. Загадка неизмеримо усложняется: либо это ритуальное убийство, либо органы изъяты для трансплантации. Суперинтендент Рой Грейс собирает свою любимую команду криминалистов и приступает к расследованию…

У богов нет кары тяжелее страданий матери, пережившей своего ребенка.

Умри завтра

Питер Джеймс

Драга «Арко Ди» во время работы в Шорэмской гавани подняла с морского дна завернутый в пластик труп. Логически объяснимая версия, что покойник был захоронен в море, отвергнута как безосновательная, поскольку вскрытие показало: у погибшего отсутствуют жизненно важные органы. Загадка неизмеримо усложняется: либо это ритуальное убийство, либо органы изъяты для трансплантации. Суперинтендент Рой Грейс собирает свою любимую команду криминалистов и приступает к расследованию…

– Встречала когда-нибудь Джека Скеррита?
– Видела мельком несколько раз.
Главный суперинтендент Джек Скеррит – шеф уголовной полиции, самый старший детектив в Суссексе. И самый уважаемый.
– Я с ним пару лет назад выпивал в одном брайтонском баре, – сказал Гай Батчелор, – когда он начальствовал в Брайтоне и Хоуве. Обсуждали заработки копов. Джек сообщил, что получает в год семьдесят три тысячи фунтов плюс еще пару кусков на содержание. Говорит, вроде, кажется, много, но меньше директора школы, хотя несешь ответственность за весь город. Потом добавил то, чего я никогда не забуду.
Эмма Джейн вопросительно посмотрела на Батчелора.
– «На этой работе богатство идет изнутри».
– Красиво.
– И верно. Я, делая свое дело, каждый день чувствую себя миллионером. Никогда не хотел быть кем-нибудь другим, кроме копа.

Умри завтра

Питер Джеймс

Драга «Арко Ди» во время работы в Шорэмской гавани подняла с морского дна завернутый в пластик труп. Логически объяснимая версия, что покойник был захоронен в море, отвергнута как безосновательная, поскольку вскрытие показало: у погибшего отсутствуют жизненно важные органы. Загадка неизмеримо усложняется: либо это ритуальное убийство, либо органы изъяты для трансплантации. Суперинтендент Рой Грейс собирает свою любимую команду криминалистов и приступает к расследованию…

Если нуждаешься в опоре, чтобы жить, значит обязательно исчезнешь, когда исчезнет опора. Иссякнешь. Надо научиться гореть свободно. Тогда никогда не погаснешь. Каждый свободный духом стремится когда-нибудь стать свободно кочующим на ветру пламенем.

Умри завтра

Питер Джеймс

Драга «Арко Ди» во время работы в Шорэмской гавани подняла с морского дна завернутый в пластик труп. Логически объяснимая версия, что покойник был захоронен в море, отвергнута как безосновательная, поскольку вскрытие показало: у погибшего отсутствуют жизненно важные органы. Загадка неизмеримо усложняется: либо это ритуальное убийство, либо органы изъяты для трансплантации. Суперинтендент Рой Грейс собирает свою любимую команду криминалистов и приступает к расследованию…

– Никак не могу понять, почему вы решили ввязаться в это дело – спасать детей? – вдруг сказал Мартин. – У вас же нет программ, вы свободны в своём выборе. Это опасное занятие, фрики могут ранить или убить. Зачем вам всё это?
– Потому что мы люди, железяка, – хмуро сказал Фёдор, – мы взрослые люди, и мы принимаем решения сами. Мы помогаем своим. И точка.

Мы можем жить среди людей

Варвара Еналь

На огромной, как город, орбитальной станции МОАГ живут счастливые, красивые, умные дети. Их воспитывают, обучают и обслуживают роботы – заботливые няньки, учителя, охранники. Но где же их родители, почему они никогда не навещают детей? И какое будущее уготовано школьникам, которые сейчас учатся на программистов, космических штурманов, робототехников? Интересная работа, исполнение всех желаний, путешествия по Вселенной или что-то жуткое, непонятное, о чем говорится в страшной считалке, которую...

– Хорошо. Идёт. Договор, – выдохнула Таис, положила руку на плечо друга и ещё раз подтвердила: – Договор.
– Если живём, то вместе, – уточнил Фёдор, – если умираем, то тоже вместе.
– Да. Договорились.

Мы можем жить среди людей

Варвара Еналь

На огромной, как город, орбитальной станции МОАГ живут счастливые, красивые, умные дети. Их воспитывают, обучают и обслуживают роботы – заботливые няньки, учителя, охранники. Но где же их родители, почему они никогда не навещают детей? И какое будущее уготовано школьникам, которые сейчас учатся на программистов, космических штурманов, робототехников? Интересная работа, исполнение всех желаний, путешествия по Вселенной или что-то жуткое, непонятное, о чем говорится в страшной считалке, которую...

Разум, однажды расцветший, не вернется более к изначальному ничтожеству

Убийственно просто

Питер Джеймс

Прощаясь с холостяцкой жизнью, Майкл Харрисон устроил мальчишник, закончившийся трагично: сам он, главный виновник праздника, бесследно исчез, а четверо его лучших друзей погибли. Расследовать преступление берется детектив Рой Грейс, который подобные исчезновения принимает как личный вызов – когда-то при невыясненных обстоятельствах пропала его жена, и с тех пор у него на сердце незаживающая рана.

Вот вам одно из неудобств работы полицейского: подонки не выбирают, когда воровать, убивать и грабить.

Убийственно просто

Питер Джеймс

Прощаясь с холостяцкой жизнью, Майкл Харрисон устроил мальчишник, закончившийся трагично: сам он, главный виновник праздника, бесследно исчез, а четверо его лучших друзей погибли. Расследовать преступление берется детектив Рой Грейс, который подобные исчезновения принимает как личный вызов – когда-то при невыясненных обстоятельствах пропала его жена, и с тех пор у него на сердце незаживающая рана.