Цитаты
281677
Мотив слепоты в славянской мифологии - это признак покойника, существа, принадлежащего к потустороннему миру.
Мифология восточных славян уходит корнями в далекую языческую древность. Но многие древние поверья хорошо сохранились в живой традиции русского, украинского и белорусского народов. Мифы о сотворении Земли, природы и человека, поверья о духах природы и домашних демонах, о высших богах Древней Руси и загробном мире – обо всем этом интересно и увлекательно рассказывается в книге. Мифы и легенды восточных славян изложены на основе устных преданий, собранных этнографами и филологами за последние...
Ещё в начале XX века крестьяне считали вполне естественным на Пасху "христосоваться" с домовым или лешим. Для этого после пасхальной заутрени в церкви они шли в лес с пасхальными яйцами и там громко говорили: "Христос воскрес, хозяин полевой, лесовой, домовой, водяной, с хозяюшкой и детками!"
Мифология восточных славян уходит корнями в далекую языческую древность. Но многие древние поверья хорошо сохранились в живой традиции русского, украинского и белорусского народов. Мифы о сотворении Земли, природы и человека, поверья о духах природы и домашних демонах, о высших богах Древней Руси и загробном мире – обо всем этом интересно и увлекательно рассказывается в книге. Мифы и легенды восточных славян изложены на основе устных преданий, собранных этнографами и филологами за последние...
Восточные славяне верили, что <...> радуга - это живое существо, такая большая выгнутая труба. Один конец радуги всегда опущен в реку или озеро, потому что она пьет оттуда воду - часто вместе с рыбами и лягушками. Потом эту воду она выпускает в виду дождя. Поэтому иногда с неба вместе с дождем падают рыбы и лягушки, выпитые радугой. Радуга имеет семь цветов по числу небес. Считали также, что, пройдя под радугой, человек меняет пол: мужчина становится женщиной, а женщина - мужчиной.
Мифология восточных славян уходит корнями в далекую языческую древность. Но многие древние поверья хорошо сохранились в живой традиции русского, украинского и белорусского народов. Мифы о сотворении Земли, природы и человека, поверья о духах природы и домашних демонах, о высших богах Древней Руси и загробном мире – обо всем этом интересно и увлекательно рассказывается в книге. Мифы и легенды восточных славян изложены на основе устных преданий, собранных этнографами и филологами за последние...
Стоять на страже — это значит день ото дня выдерживать отсутствие каких-либо происшествий, одни и те же люди приходят и уходят, и человеческий разум начинает скучать под тяжестью такой рутины.
Альфред Великий умер, и королевством правит его сын Эдуард. Уэссекс выстоял, но мир долго не продлится. Датчане на севере под предводительством викинга Кнута Длинного Меча готовы к вторжению и не успокоятся, пока не получат изумрудную корону. Утред, когда-то прославленный воин Альфреда, впал в немилость у нового короля и должен отправиться с группой изгоев на север, чтобы отбить старые семейные владения, огромную крепость в Нортумбрии, Беббанбург. Свершатся многие измены и многие воины падут,...
Я верил в христианского бога, но не верил, что он единственный. Он был ревнивым, угрюмым и одиноким созданием, ненавидящим других богов и замышляющим устроить против них заговор.
Иногда, когда я о нем думал, я представлял его похожим на Альфреда, только в Альфреде была доброта и любезность, но Альфред никогда не прекращал работать, размышлять или беспокоиться.
Бог христиан тоже никогда не прекращал работать и планировать. Мои боги любили отдохнуть в пиршественном зале или отвести своих богинь в постель, они были пьяными, беспутными и счастливыми, а пока они пировали и развлекались с женщинами, христианский бог завоевывал мир.
Альфред Великий умер, и королевством правит его сын Эдуард. Уэссекс выстоял, но мир долго не продлится. Датчане на севере под предводительством викинга Кнута Длинного Меча готовы к вторжению и не успокоятся, пока не получат изумрудную корону. Утред, когда-то прославленный воин Альфреда, впал в немилость у нового короля и должен отправиться с группой изгоев на север, чтобы отбить старые семейные владения, огромную крепость в Нортумбрии, Беббанбург. Свершатся многие измены и многие воины падут,...
– Священники похожи на Оффу, – продолжил я. – Они хотят, чтобы мы были их собаками: хорошо обученными, благодарными и покорными. Почему? Просто это помогает им богатеть. Они учат тебя, что гордость – грех? Но ты ведь мужчина! Это все равно что говорить, будто грешно дышать, – как только ты станешь испытывать стыд за то, что дышишь, церковники сунут тебе отпущение в обмен на пригоршню серебра.
Альфред Великий умер, и королевством правит его сын Эдуард. Уэссекс выстоял, но мир долго не продлится. Датчане на севере под предводительством викинга Кнута Длинного Меча готовы к вторжению и не успокоятся, пока не получат изумрудную корону. Утред, когда-то прославленный воин Альфреда, впал в немилость у нового короля и должен отправиться с группой изгоев на север, чтобы отбить старые семейные владения, огромную крепость в Нортумбрии, Беббанбург. Свершатся многие измены и многие воины падут,...
Остатки Рима всегда печалят меня, просто потому, что они доказательство нашего неизбежного сползания во тьму.
Альфред Великий умер, и королевством правит его сын Эдуард. Уэссекс выстоял, но мир долго не продлится. Датчане на севере под предводительством викинга Кнута Длинного Меча готовы к вторжению и не успокоятся, пока не получат изумрудную корону. Утред, когда-то прославленный воин Альфреда, впал в немилость у нового короля и должен отправиться с группой изгоев на север, чтобы отбить старые семейные владения, огромную крепость в Нортумбрии, Беббанбург. Свершатся многие измены и многие воины падут,...
....
- Он придет за мной.
- От скромности ты не умрешь.
- Я задел его гордость. Он придет.
- Ох уж эти мужчины и их гордость!
- Хочешь, чтобы я стал скромным?
- Да уж скорее я увижу, как луна перевернется в небе ....
...
Альфред Великий умер, и королевством правит его сын Эдуард. Уэссекс выстоял, но мир долго не продлится. Датчане на севере под предводительством викинга Кнута Длинного Меча готовы к вторжению и не успокоятся, пока не получат изумрудную корону. Утред, когда-то прославленный воин Альфреда, впал в немилость у нового короля и должен отправиться с группой изгоев на север, чтобы отбить старые семейные владения, огромную крепость в Нортумбрии, Беббанбург. Свершатся многие измены и многие воины падут,...
Я любил море. Я прожил довольно долго и был знаком с превратностями судьбы, заботами, что висели тяжким грузом на человеческой душе, и печалями, от которых появлялась седина в волосах и тяжесть на сердце, но все это отлетало прочь на дороге китов. Лишь в море человек ощущал себя по-настоящему свободным.
Альфред Великий умер, и королевством правит его сын Эдуард. Уэссекс выстоял, но мир долго не продлится. Датчане на севере под предводительством викинга Кнута Длинного Меча готовы к вторжению и не успокоятся, пока не получат изумрудную корону. Утред, когда-то прославленный воин Альфреда, впал в немилость у нового короля и должен отправиться с группой изгоев на север, чтобы отбить старые семейные владения, огромную крепость в Нортумбрии, Беббанбург. Свершатся многие измены и многие воины падут,...
Урд, Верданди и Скульд — три норны, те женщины, что ткут нити нашей судьбы у подножия дерева Иггдрасиль, огромного ясеня, на котором держится наш мир. <......> Так пусть Урд, Верданди и Скульд решат нашу судьбу. Они не слишком добры, вообще-то, они злобные и отвратительные ведьмы, а ножницы Скульд остро наточены.
Когда эти лезвия режут, слезы проливаются в колодец Урд неподалеку от мирового дерева, а этот колодец питает водой Иггдрасиль, но если погибнет Иггдрасиль, то погибнет и весь мир, так что колодец всегда должен быть полон, а значит, должны быть и слезы. Мы плачем, чтобы мир мог выжить.
Альфред Великий умер, и королевством правит его сын Эдуард. Уэссекс выстоял, но мир долго не продлится. Датчане на севере под предводительством викинга Кнута Длинного Меча готовы к вторжению и не успокоятся, пока не получат изумрудную корону. Утред, когда-то прославленный воин Альфреда, впал в немилость у нового короля и должен отправиться с группой изгоев на север, чтобы отбить старые семейные владения, огромную крепость в Нортумбрии, Беббанбург. Свершатся многие измены и многие воины падут,...
Битва — это стена из щитов. Это когда ты чуешь запах дыхания твоего врага, что пытается выпотрошить тебя топором, это кровь и дерьмо, вопли, боль и ужас. Это когда ты топчешь потроха собственных друзей, которых разделал враг. Это воины, стискивающие зубы так сильно, что они крошатся.
Альфред Великий умер, и королевством правит его сын Эдуард. Уэссекс выстоял, но мир долго не продлится. Датчане на севере под предводительством викинга Кнута Длинного Меча готовы к вторжению и не успокоятся, пока не получат изумрудную корону. Утред, когда-то прославленный воин Альфреда, впал в немилость у нового короля и должен отправиться с группой изгоев на север, чтобы отбить старые семейные владения, огромную крепость в Нортумбрии, Беббанбург. Свершатся многие измены и многие воины падут,...
— Брось меч, — велел он. — Я погружу его в твое брюхо, — отозвался я.
Альфред Великий умер, и королевством правит его сын Эдуард. Уэссекс выстоял, но мир долго не продлится. Датчане на севере под предводительством викинга Кнута Длинного Меча готовы к вторжению и не успокоятся, пока не получат изумрудную корону. Утред, когда-то прославленный воин Альфреда, впал в немилость у нового короля и должен отправиться с группой изгоев на север, чтобы отбить старые семейные владения, огромную крепость в Нортумбрии, Беббанбург. Свершатся многие измены и многие воины падут,...
— Язык проглотил, Утред? — усмехнулся он. — К чему тратить слова на козье дерьмо? — ответил я.
Альфред Великий умер, и королевством правит его сын Эдуард. Уэссекс выстоял, но мир долго не продлится. Датчане на севере под предводительством викинга Кнута Длинного Меча готовы к вторжению и не успокоятся, пока не получат изумрудную корону. Утред, когда-то прославленный воин Альфреда, впал в немилость у нового короля и должен отправиться с группой изгоев на север, чтобы отбить старые семейные владения, огромную крепость в Нортумбрии, Беббанбург. Свершатся многие измены и многие воины падут,...
"Коварно эта наша жизнь земная человеческая устроена. Несправедливо как-то. Окружит, к примеру, счастье человека плотным кольцом, и начнет он Бога благодарить за него, и вдруг будто обратным ходом и навлечет на себя неудовольствие Всевышнего."
Простодушная и сердобольная медсестра Таня была вполне довольна своей жизнью — живет вместе с любимой бабушкой в собственной квартире, вот шубу себе с премии купила красивую, еда всегда в доме есть, ну а то, что не красавица и мужчины на нее не заглядываются, — да это ли главное? И так уж получилось, что жизненный поворот в Таниной судьбе случился совсем недалеко от ее дома, в соседнем дворе. Из машины, преградившей путь, буквально к ее ногам вывалился маленький мальчик, а сама машина, едва...
Потом, будто преодолев что-то в себе, снова затянулась, заговорила короткими отрывистыми фразами, будто хлестала плетью по запоздалой своей материнской виноватости. Фраза -удар плетью. Еще фраза - еще удар...
Простодушная и сердобольная медсестра Таня была вполне довольна своей жизнью — живет вместе с любимой бабушкой в собственной квартире, вот шубу себе с премии купила красивую, еда всегда в доме есть, ну а то, что не красавица и мужчины на нее не заглядываются, — да это ли главное? И так уж получилось, что жизненный поворот в Таниной судьбе случился совсем недалеко от ее дома, в соседнем дворе. Из машины, преградившей путь, буквально к ее ногам вывалился маленький мальчик, а сама машина, едва...
Ошибку можно простить, бездарность — нет.
В этой книге описывается история, произошедшая примерно за месяц жизни ведьмака Геральта из Ривии, профессионального истребителя чудовищ. Время действия — между событиями рассказов «Последнее желание» и «Ведьмак». Книга эта о людях, о нелюдях и о чудовищах, живущих в чужом, выдуманном мире. Но когда ее читаешь, возникают яркие и четкие ассоциации с событиями в нашей реальности. «Ведьмак. Сезон гроз» — особый роман в истории саги: не начало и не продолжение. Как пишет автор: «Сказание...
Это хорошо, когда испытываешь страх. Если ты чувствуешь страх, значит, есть чего бояться, значит, будь настороже. Страх не надо преодолевать. Только не следует ему поддаваться. И стоит у него учиться.
В этой книге описывается история, произошедшая примерно за месяц жизни ведьмака Геральта из Ривии, профессионального истребителя чудовищ. Время действия — между событиями рассказов «Последнее желание» и «Ведьмак». Книга эта о людях, о нелюдях и о чудовищах, живущих в чужом, выдуманном мире. Но когда ее читаешь, возникают яркие и четкие ассоциации с событиями в нашей реальности. «Ведьмак. Сезон гроз» — особый роман в истории саги: не начало и не продолжение. Как пишет автор: «Сказание...
Как в том анекдоте о козе и капусте. Не знаете? Как-то заперли вместе козу и кочан капусты. Утром капусты как не бывало, а коза срет зеленым. Но доказательств не хватает, и свидетелей нет, поэтому дело закрыто: causa finita.
В этой книге описывается история, произошедшая примерно за месяц жизни ведьмака Геральта из Ривии, профессионального истребителя чудовищ. Время действия — между событиями рассказов «Последнее желание» и «Ведьмак». Книга эта о людях, о нелюдях и о чудовищах, живущих в чужом, выдуманном мире. Но когда ее читаешь, возникают яркие и четкие ассоциации с событиями в нашей реальности. «Ведьмак. Сезон гроз» — особый роман в истории саги: не начало и не продолжение. Как пишет автор: «Сказание...
Литта умела распознавать настоящего мужчину даже на расстоянии, основываясь на малых и внешне неприметных признаках. Настоящий мужчина, уяснила чародейка, увлекается рыбалкой, но исключительно на мушку. Коллекционирует солдатиков, эротические рисунки и собственноручно изготовленные модели парусников в бутылках, а уж пустых бутылок от дорогих напитков в его доме хватает всегда. Он умеет хорошо готовить, ему удаются истинные шедевры кулинарного искусства. Ну и, говоря в целом, самый вид его уже пробуждает желание.
В этой книге описывается история, произошедшая примерно за месяц жизни ведьмака Геральта из Ривии, профессионального истребителя чудовищ. Время действия — между событиями рассказов «Последнее желание» и «Ведьмак». Книга эта о людях, о нелюдях и о чудовищах, живущих в чужом, выдуманном мире. Но когда ее читаешь, возникают яркие и четкие ассоциации с событиями в нашей реальности. «Ведьмак. Сезон гроз» — особый роман в истории саги: не начало и не продолжение. Как пишет автор: «Сказание...
История, - улыбнулся ведьмак, - это пересказ, преимущественно ложный, событий, преимущественно незначительных, изложенный нам историками, преимущественно - недалекого ума.
В этой книге описывается история, произошедшая примерно за месяц жизни ведьмака Геральта из Ривии, профессионального истребителя чудовищ. Время действия — между событиями рассказов «Последнее желание» и «Ведьмак». Книга эта о людях, о нелюдях и о чудовищах, живущих в чужом, выдуманном мире. Но когда ее читаешь, возникают яркие и четкие ассоциации с событиями в нашей реальности. «Ведьмак. Сезон гроз» — особый роман в истории саги: не начало и не продолжение. Как пишет автор: «Сказание...
- В этой стране суды независимы! - Суды - да. А судьи - нет.
В этой книге описывается история, произошедшая примерно за месяц жизни ведьмака Геральта из Ривии, профессионального истребителя чудовищ. Время действия — между событиями рассказов «Последнее желание» и «Ведьмак». Книга эта о людях, о нелюдях и о чудовищах, живущих в чужом, выдуманном мире. Но когда ее читаешь, возникают яркие и четкие ассоциации с событиями в нашей реальности. «Ведьмак. Сезон гроз» — особый роман в истории саги: не начало и не продолжение. Как пишет автор: «Сказание...
Берегитесь разочарований, ибо впечатления бывают ошибочны. Вещи редко бывают такими, какими кажутся. А женщины — никогда.
Лютик, «Полвека поэзии»
В этой книге описывается история, произошедшая примерно за месяц жизни ведьмака Геральта из Ривии, профессионального истребителя чудовищ. Время действия — между событиями рассказов «Последнее желание» и «Ведьмак». Книга эта о людях, о нелюдях и о чудовищах, живущих в чужом, выдуманном мире. Но когда ее читаешь, возникают яркие и четкие ассоциации с событиями в нашей реальности. «Ведьмак. Сезон гроз» — особый роман в истории саги: не начало и не продолжение. Как пишет автор: «Сказание...
Какой смысл знать что-то, если ты не можешь этим похвастаться?
В этой книге описывается история, произошедшая примерно за месяц жизни ведьмака Геральта из Ривии, профессионального истребителя чудовищ. Время действия — между событиями рассказов «Последнее желание» и «Ведьмак». Книга эта о людях, о нелюдях и о чудовищах, живущих в чужом, выдуманном мире. Но когда ее читаешь, возникают яркие и четкие ассоциации с событиями в нашей реальности. «Ведьмак. Сезон гроз» — особый роман в истории саги: не начало и не продолжение. Как пишет автор: «Сказание...
Рассказать тебе, хороший ведьмак, кто такие хорошие люди? Это те, кому судьба поскупилась дать шанс воспользоваться благами бытия плохих.
В этой книге описывается история, произошедшая примерно за месяц жизни ведьмака Геральта из Ривии, профессионального истребителя чудовищ. Время действия — между событиями рассказов «Последнее желание» и «Ведьмак». Книга эта о людях, о нелюдях и о чудовищах, живущих в чужом, выдуманном мире. Но когда ее читаешь, возникают яркие и четкие ассоциации с событиями в нашей реальности. «Ведьмак. Сезон гроз» — особый роман в истории саги: не начало и не продолжение. Как пишет автор: «Сказание...
И если для этого потребуется государственный переворот, его совершит один из этих двух. С обоими я знаком через кузена. Оба они... такое впечатление... скользкие как гвно в майонезе. Если ты понимаешь, что я имею в виду.
В этой книге описывается история, произошедшая примерно за месяц жизни ведьмака Геральта из Ривии, профессионального истребителя чудовищ. Время действия — между событиями рассказов «Последнее желание» и «Ведьмак». Книга эта о людях, о нелюдях и о чудовищах, живущих в чужом, выдуманном мире. Но когда ее читаешь, возникают яркие и четкие ассоциации с событиями в нашей реальности. «Ведьмак. Сезон гроз» — особый роман в истории саги: не начало и не продолжение. Как пишет автор: «Сказание...