Цитаты
281677
Ох, батюшка уголовный кодекс, о своих собственных похоронах то я и забыл…
Если есть минутка тишины и свободного времени, то почему бы не раскрыть потрёпанный служебный блокнот и не вспомнить старые дела. В Лукошкино вроде бы как раз начала приходить осень. Мы отдыхали. Ничего не предвещало проблем, пока Бабу-ягу не угораздило рассказать нам сказочку на ночь. И началось...
– Ну ты и жучара майская! Ить лежит себе, как будто мёртвый, и в ус не дует. А ежели я тебя сейчас под рёбра щекотну, а? А?! Ладно, не боись, не выдам. Но чтоб поутру был у меня с докладом. Живой или мёртвый, мне без разницы, понял ли, сыскной воевода?
Если есть минутка тишины и свободного времени, то почему бы не раскрыть потрёпанный служебный блокнот и не вспомнить старые дела. В Лукошкино вроде бы как раз начала приходить осень. Мы отдыхали. Ничего не предвещало проблем, пока Бабу-ягу не угораздило рассказать нам сказочку на ночь. И началось...
– А а а а а!!!
– Уймите дуру, православные…
– А а а а а!!!
– Пущай орёт, у всех горе…
– А а а а а!!!
– Хоть энто мысль, не лишённая приятности. Придушите её слегка, кто там поблизости…
– А а а уп…
– Слава тебе господи, спасибо всем добрым людям… Какого человека потеряли, а? Я не про бабу, разумеется…
Если есть минутка тишины и свободного времени, то почему бы не раскрыть потрёпанный служебный блокнот и не вспомнить старые дела. В Лукошкино вроде бы как раз начала приходить осень. Мы отдыхали. Ничего не предвещало проблем, пока Бабу-ягу не угораздило рассказать нам сказочку на ночь. И началось...
Вставать утром, с петухами. С петухом. В хорошем смысле этого слова. Я имею в виду традиционный деревенский будильник с перьями и гребешком. С первых побудок моей заветной мечтой стало увидеть его в супе или на сковороде. И хотя Яга пока против, мечтать не запретишь!
Если есть минутка тишины и свободного времени, то почему бы не раскрыть потрёпанный служебный блокнот и не вспомнить старые дела. В Лукошкино вроде бы как раз начала приходить осень. Мы отдыхали. Ничего не предвещало проблем, пока Бабу-ягу не угораздило рассказать нам сказочку на ночь. И началось...
- А парня твоего пороть бы надо!
- Мы порем, - бессильно соврал я, ища взглядом Митю.
- Мало порете, - уверенно подчеркнул начальник стрелецкой охраны.
Если есть минутка тишины и свободного времени, то почему бы не раскрыть потрёпанный служебный блокнот и не вспомнить старые дела. В Лукошкино вроде бы как раз начала приходить осень. Мы отдыхали. Ничего не предвещало проблем, пока Бабу-ягу не угораздило рассказать нам сказочку на ночь. И началось...
Всей своей долгой жизнью он мог доказать, что про приключения лучше всего читать в книжках.
Что такое простое счастье? Чашка кофе на нагретой солнцем веранде. Гроздь винограда в теплой ладони. Любимая женщина, которая ждет от тебя ребенка. Но это счастье в любой момент у тебя могут отнять – ведь не зря говорят, что от тюрьмы не надо зарекаться. Адвокат Ольга Шеметова никогда не идет против закона и собственной совести. Но она уверена, что если защищаешь невиновного, то в борьбе все средства хороши. Она возвращает людям счастье и отчаянно хочет счастья для себя – обычного,...
- У вас есть версии?Я кивнула.- Целых две. Вторую считаю более вероятной.- Тогда давайте первую.Изумительная логика! Чисто мужская...
Десять лет в службе маршалов – много это или мало? Целая жизнь, если брать во внимание опыт, и всего лишь мгновение, когда это – твое предназначение. Тяжелый труд, бессонные ночи, ожидание, опасность и… как результат чья-то ставшая более спокойной жизнь. Но даже в любимой работе бывают моменты, когда ты задаешься вопросом: а стоило ли оно того? Элизабет Мирайя предстоит ответить на этот вопрос, когда обычное задание – взять очередного бегунка – сведет ее на одной планете с самаринянским жрецом...
admin
добавил цитату
из книги
«Самец взъерошенный»
6 лет назад
- А спать будешь в своей палатке! - закончила Вита разнос.
Все женщины одинаковы, неважно, с хвостами они или без. Как не по ним, так отлучают от тела.
admin
добавил цитату
из книги
«Самец взъерошенный»
6 лет назад
В моей стране, - продолжил Игрр, - есть люди, которые во всём видят заговоры. Есть даже такая теория - конспирология. Её приверженцы везде ищут врагов. На самом деле глупость и жадность людей, небрежность в исполнении ими своих обязанностей страшнее любого заговора.
admin
добавил цитату
из книги
«Самец взъерошенный»
6 лет назад
Говард с трудом сдержал улыбку. Дикари... Рядятся в тоги, принимают законы, гордятся цивилизованностью, но если чуть поскрести, вылезает индеец. Те даже с приходом колонизаторов продолжали резать друг друга - племенные распри им оказались важнее, чем противостояние реальной угрозе. Поэтому предки Говарда так легко завоевали Америку.
admin
добавил цитату
из книги
«Самец взъерошенный»
6 лет назад
Когда я произносил «Нет!», лица претенденток становились обиженными, как у детей. Они желали знать: почему? В любом мире женщины требуют ответа на этот вопрос, спрашивается, зачем? Результат не изменится, а вот дополнительные огорчения гарантированы. Не спрашивай, и тогда можно объяснить себе, что угодила под дурное настроение. Или, скажем, что избранника настигло несварение желудка и ему стало не до любви. Тогда останешься при мнении, что по-прежнему неотразима. Зачем видеть, как мужик мямлит, пытаясь придумать нечто правдоподобное, в результате чего обижает тебя еще больше.
admin
добавил цитату
из книги
«Самец взъерошенный»
6 лет назад
Матриархат не превращает женщин в мужчин. Да, они жестче, решительнее и снисходительно поглядывают на мужиков. Им доставляет удовольствие нами командовать. Но точно так же ведут себя наши бизнес-леди и прочие шефы в юбках. Приходилось видеть. Однако в душе даже большая начальница остается женщиной. Она хочет, чтоб ею восхищались, говорили комплименты и признавались в любви.
Всем надо что-то в себя влить, прежде чем переступить школьный порог. Иначе - груз чужих ожиданий в два счета раздавит вас в лепешку.
Эта книга — художественный вымысел. Все события и диалоги, а также герои, за исключением известных исторических и публичных персонажей, — плоды воображения автора. Ситуации и разговоры, где фигурируют исторические или публичные персонажи, также являются вымышленными и не претендуют на объективное отображение действительности. Любые совпадения с настоящими людьми, живыми или покойными, — случайны.
Я рассматриваю зловещую громадину, и все, что до сих пор казалось мне сном или трипом, вдруг становится явью. История оживает. Это больше не глава из учебника и не дневниковая запись. Это реальность. Тампль - настоящий. И в нем умирает ребенок...
Эта книга — художественный вымысел. Все события и диалоги, а также герои, за исключением известных исторических и публичных персонажей, — плоды воображения автора. Ситуации и разговоры, где фигурируют исторические или публичные персонажи, также являются вымышленными и не претендуют на объективное отображение действительности. Любые совпадения с настоящими людьми, живыми или покойными, — случайны.
Я мечтаю, чтобы отец понял, что музыка - это жизнь. Что она вечна. Она сильнее смерти. Сильнее времени. И эта сила - последнее, что помогает держаться, когда надеяться не на что.
Эта книга — художественный вымысел. Все события и диалоги, а также герои, за исключением известных исторических и публичных персонажей, — плоды воображения автора. Ситуации и разговоры, где фигурируют исторические или публичные персонажи, также являются вымышленными и не претендуют на объективное отображение действительности. Любые совпадения с настоящими людьми, живыми или покойными, — случайны.
Париж - он весь из музыки и призраков.
Эта книга — художественный вымысел. Все события и диалоги, а также герои, за исключением известных исторических и публичных персонажей, — плоды воображения автора. Ситуации и разговоры, где фигурируют исторические или публичные персонажи, также являются вымышленными и не претендуют на объективное отображение действительности. Любые совпадения с настоящими людьми, живыми или покойными, — случайны.
- Может, тебе это на пользу пойдет, - произносит отец, когда мы выезжаем на кольцевую. - Отвлечешься.
- Ты про что?
- Про смену декораций. Про Париж.
- О да. Мой брат погиб, моя мать спятила, ура, давайте же отвлечемся и скушаем круассан!
Оставшуюся дорогу мы не разговариваем.
Эта книга — художественный вымысел. Все события и диалоги, а также герои, за исключением известных исторических и публичных персонажей, — плоды воображения автора. Ситуации и разговоры, где фигурируют исторические или публичные персонажи, также являются вымышленными и не претендуют на объективное отображение действительности. Любые совпадения с настоящими людьми, живыми или покойными, — случайны.
Я больше не боюсь ни боли, ни крови. Меня не пугают ни стражники, ни гильотина.
Единственное, что теперь внушает мне страх - это любовь.
Ибо я видела ее , испытала ее и знаю наверняка : губит любовь , а не смерть.
Эта книга — художественный вымысел. Все события и диалоги, а также герои, за исключением известных исторических и публичных персонажей, — плоды воображения автора. Ситуации и разговоры, где фигурируют исторические или публичные персонажи, также являются вымышленными и не претендуют на объективное отображение действительности. Любые совпадения с настоящими людьми, живыми или покойными, — случайны.
...история — это как тест Роршаха. То, что вы видите, глядя на нее, рассказывает о вас самих не меньше, чем о событиях прошлого.
Эта книга — художественный вымысел. Все события и диалоги, а также герои, за исключением известных исторических и публичных персонажей, — плоды воображения автора. Ситуации и разговоры, где фигурируют исторические или публичные персонажи, также являются вымышленными и не претендуют на объективное отображение действительности. Любые совпадения с настоящими людьми, живыми или покойными, — случайны.
— Нормально? Позволь тебе не поверить, — произносит он. —
Я, знаешь, когда думаю про тот день, всякий раз вспоминаю монолог Лира над мертвой Корделией. «Зачем живут собаки, лошадь, крыса — в тебе ж дыханья нет? Ты не вернешься!..» Я нахожу большое утешение в работах мастера. А ты не пробовала? Шекспир задается такими глубокими экзистенциальными вопросами…
— Губка Боб Квадратные Штаны тоже ими задается. Но что-то у обоих напряг с глубокими экзистенциальными ответами.
Руперт смеется, хотя глаза у него грустные.
— Ник по тебе скучает. И я скучаю, — говорит он и обнимает меня. Люди часто меня обнимают. Видимо, это должно как-то помогать.
По крайней мере им.
Эта книга — художественный вымысел. Все события и диалоги, а также герои, за исключением известных исторических и публичных персонажей, — плоды воображения автора. Ситуации и разговоры, где фигурируют исторические или публичные персонажи, также являются вымышленными и не претендуют на объективное отображение действительности. Любые совпадения с настоящими людьми, живыми или покойными, — случайны.
Весь этот бардак, который называется историей, происходит потому, что короли и президенты не умеют довольствоваться вкусным ужином и хорошей компанией. А умели бы - всем бы жилось гораздо лучше.
Эта книга — художественный вымысел. Все события и диалоги, а также герои, за исключением известных исторических и публичных персонажей, — плоды воображения автора. Ситуации и разговоры, где фигурируют исторические или публичные персонажи, также являются вымышленными и не претендуют на объективное отображение действительности. Любые совпадения с настоящими людьми, живыми или покойными, — случайны.
Ради тебя я заставлю небо плакать серебром и золотом. Я сотрясу ночную мглу, разорву ее в клочья и заставлю истекать миллионом звезд. Отвернись от темноты, от безумия, от боли. Открой глаза. Почувствуй, что я рядом. Что я - помню и надеюсь.
Открой глаза и взгляни на свет.
Эта книга — художественный вымысел. Все события и диалоги, а также герои, за исключением известных исторических и публичных персонажей, — плоды воображения автора. Ситуации и разговоры, где фигурируют исторические или публичные персонажи, также являются вымышленными и не претендуют на объективное отображение действительности. Любые совпадения с настоящими людьми, живыми или покойными, — случайны.
Я сижу и мечтаю. О том, чтобы он научился понимать музыку. И меня. Чтобы он хоть на минуту закрыл глаза и послушал концерт в ля миноре Малербо — «Концерт фейерверков» — и почувствовал то же, что и я. Как звук вибрирует аж в самых костях. Как сердце бьется в ритме четвертушек и восьмых. Мечтаю, чтобы он послушал «Idioteque» «радиохэдов» и распознал в приглушенном металлическом скрежете тристан-аккорд, который Вагнер использовал в начале «Тристана и Изольды». Может, он бы даже заметил, что этот конкретный скрежет позаимствован у Пола Лански, который написал его на компьютере и назвал «Mild und Leise». А может, он не заметил бы этого, но роковой аккорд из четырех нот узнал бы точно. Его назвали в честь Вагнера, но Вагнер его не изобрел, а услышал в «Концерте фейерверков» Малербо и позаимствовал — только дал ему звучать дольше и заставил разрешаться в ля мажор вместо ре мажора. А потом передал по наследству Дебюсси, который использовал его в опере «Пеллеас и Мелизанда». Дебюсси, в свою очередь, передал его Бергу, который переиначил его для своей «Лирической сюиты», и дальше он перешел к Лански. А «радиохэды» на шли его у Лански и передали мне.
Эта книга — художественный вымысел. Все события и диалоги, а также герои, за исключением известных исторических и публичных персонажей, — плоды воображения автора. Ситуации и разговоры, где фигурируют исторические или публичные персонажи, также являются вымышленными и не претендуют на объективное отображение действительности. Любые совпадения с настоящими людьми, живыми или покойными, — случайны.
— Ты знаешь, что Бах потерял малолетнюю дочь, а потом трех сыновей, а потом и жену, Марию-Барбару? — говорит Натан. — Знаешь?
Я вздыхаю и прихожу в себя.
— Нет.
— Потом они со второй женой, Анной-Магдаленой, потеряли еще четырех дочек и трех сыновей. Одиннадцать любимых детей.
Он их всех похоронил. Одиннадцать, да?
— Что вы хотите сказать, Натан? Что одиннадцать — это больше, чем один? И я не вправе?..
— Многие исследователи задавались вопросом: как Бах сумел пережить эти утраты? Почему не перестал дышать, почему его сердце не остановилось? А главное — как он смог и дальше писать музыку? Кантаты, сюиты для виолончели, мессы, концерты… Самую прекрасную музыку, какую доводилось слышать миру. Знаешь, как он смог? Я тебе скажу.
— Ну и как?
— Нота за нотой.
— Да, только, Натан, вот в чем все дело: я не Бах. Никто больше не Бах.
Эта книга — художественный вымысел. Все события и диалоги, а также герои, за исключением известных исторических и публичных персонажей, — плоды воображения автора. Ситуации и разговоры, где фигурируют исторические или публичные персонажи, также являются вымышленными и не претендуют на объективное отображение действительности. Любые совпадения с настоящими людьми, живыми или покойными, — случайны.
Видимо, если что-то сломано внутри — начинаешь ломать все снаружи. Даже хорошее. И как, спрашивается, избавиться от этой идиотской привычки? Уверовать в Господа? Съесть шоколадку? Купить новые туфли? Что поможет наверняка? Однажды я спросила у Натана, думая, что он знает, с его-то биографией. Но он сказал, что мне придется искать ответ самой. Что в этом поиске помощников не бывает.
Эта книга — художественный вымысел. Все события и диалоги, а также герои, за исключением известных исторических и публичных персонажей, — плоды воображения автора. Ситуации и разговоры, где фигурируют исторические или публичные персонажи, также являются вымышленными и не претендуют на объективное отображение действительности. Любые совпадения с настоящими людьми, живыми или покойными, — случайны.