Цитаты

Первым признаком и страстным миражом бессознательно умирающей страсти бывают упреки в недостатке любви тех, кого мы сами начинаем меньше любить.

Женское сердце

Поль Бурже

Может ли женщина, отдавшаяся мужчине из поклонения перед его талантом и благородством души, страстно увлечься другим, оставаясь в то же время преданной первому? Поль Бурже отвечает на этот вопрос утвердительно. В сердце женщины таятся неистощимые сокровища сострадания и милосердия. Встретив человека, глубоко несчастного и при этом страдающего незаслуженно, Жюльетта проникается к нему чувством безграничной нежности. Но в каждом человеке сильнее всех прочих чувств жажда наслаждения. Жюльетта...

Мы способны воспринимать лишь ограниченное количество впечатлений определенного порядка.

Женское сердце

Поль Бурже

Может ли женщина, отдавшаяся мужчине из поклонения перед его талантом и благородством души, страстно увлечься другим, оставаясь в то же время преданной первому? Поль Бурже отвечает на этот вопрос утвердительно. В сердце женщины таятся неистощимые сокровища сострадания и милосердия. Встретив человека, глубоко несчастного и при этом страдающего незаслуженно, Жюльетта проникается к нему чувством безграничной нежности. Но в каждом человеке сильнее всех прочих чувств жажда наслаждения. Жюльетта...

Интерес к распутникам начинается у честных женщин лишь с тридцати лет, когда добродетельная жизнь дала им все свои несколько суровые радости.

Женское сердце

Поль Бурже

Может ли женщина, отдавшаяся мужчине из поклонения перед его талантом и благородством души, страстно увлечься другим, оставаясь в то же время преданной первому? Поль Бурже отвечает на этот вопрос утвердительно. В сердце женщины таятся неистощимые сокровища сострадания и милосердия. Встретив человека, глубоко несчастного и при этом страдающего незаслуженно, Жюльетта проникается к нему чувством безграничной нежности. Но в каждом человеке сильнее всех прочих чувств жажда наслаждения. Жюльетта...

Всякий поступок будет изменой, если возлюбленная заранее знает, что совершая его, она огорчит своего друга.

Женское сердце

Поль Бурже

Может ли женщина, отдавшаяся мужчине из поклонения перед его талантом и благородством души, страстно увлечься другим, оставаясь в то же время преданной первому? Поль Бурже отвечает на этот вопрос утвердительно. В сердце женщины таятся неистощимые сокровища сострадания и милосердия. Встретив человека, глубоко несчастного и при этом страдающего незаслуженно, Жюльетта проникается к нему чувством безграничной нежности. Но в каждом человеке сильнее всех прочих чувств жажда наслаждения. Жюльетта...

И зачем своим молчанием допустил, чтобы их отношения дошли до такой точки, когда объяснения только подчеркивают непоправимые ошибки прошлого?

Женское сердце

Поль Бурже

Может ли женщина, отдавшаяся мужчине из поклонения перед его талантом и благородством души, страстно увлечься другим, оставаясь в то же время преданной первому? Поль Бурже отвечает на этот вопрос утвердительно. В сердце женщины таятся неистощимые сокровища сострадания и милосердия. Встретив человека, глубоко несчастного и при этом страдающего незаслуженно, Жюльетта проникается к нему чувством безграничной нежности. Но в каждом человеке сильнее всех прочих чувств жажда наслаждения. Жюльетта...

Женщина, желавшая вас убить, может быть, ранив вас ножом, упадет в ваши объятия; женщина, соблазненная коварным соперником, вернется к вам, сходя с ума от угрызений совести, так же как и та, которая, будучи вдали от вас, легкомысленно поддалась соблазну.

Женское сердце

Поль Бурже

Может ли женщина, отдавшаяся мужчине из поклонения перед его талантом и благородством души, страстно увлечься другим, оставаясь в то же время преданной первому? Поль Бурже отвечает на этот вопрос утвердительно. В сердце женщины таятся неистощимые сокровища сострадания и милосердия. Встретив человека, глубоко несчастного и при этом страдающего незаслуженно, Жюльетта проникается к нему чувством безграничной нежности. Но в каждом человеке сильнее всех прочих чувств жажда наслаждения. Жюльетта...

Наши чувства не умирают в нас без борьбы: они борются за существование со всей заключающейся в них жизненной силой.

Женское сердце

Поль Бурже

Может ли женщина, отдавшаяся мужчине из поклонения перед его талантом и благородством души, страстно увлечься другим, оставаясь в то же время преданной первому? Поль Бурже отвечает на этот вопрос утвердительно. В сердце женщины таятся неистощимые сокровища сострадания и милосердия. Встретив человека, глубоко несчастного и при этом страдающего незаслуженно, Жюльетта проникается к нему чувством безграничной нежности. Но в каждом человеке сильнее всех прочих чувств жажда наслаждения. Жюльетта...

Проступки наши чаще всего наказываются тем, что они вполне удаются.

Женское сердце

Поль Бурже

Может ли женщина, отдавшаяся мужчине из поклонения перед его талантом и благородством души, страстно увлечься другим, оставаясь в то же время преданной первому? Поль Бурже отвечает на этот вопрос утвердительно. В сердце женщины таятся неистощимые сокровища сострадания и милосердия. Встретив человека, глубоко несчастного и при этом страдающего незаслуженно, Жюльетта проникается к нему чувством безграничной нежности. Но в каждом человеке сильнее всех прочих чувств жажда наслаждения. Жюльетта...

"Никто не возбуждает столько любопытства, преисполненного завистью и восхищением, как куртизанки"

Письма маркизы

Лили Браун

Немецкая писательница Лили Браун (1865–1916), дочь известного прусского генерала, находившаяся в родстве с королевским домом Франции, вошла в историю мировой литературы лишь одним романом «Письма маркизы» — шедевром любовного жанра, воспевающим силу подлинных чувств. Эта увлекательная история выдающейся любви прекрасной маркизы Дельфины Монжуа и героя-романтика принца Евгения Монбельяра была издана в России лишь однажды — в осажденном Петрограде в 1919 году, в библиотеке «Всемирной литературы»...

— Ой, вот не надо меня прельщать ослиными ушами!
— Чем?
— Ну эльфами. Мне хватило Орландо Блума в роли Леголаса, чтобы разочароваться в эльфах, не говоря уже о том актере, который играл роль Владыки Эрлонда, не помню, как звать, и о «красавице» Галадриэль. Вообще не понимаю, почему как фэнтезийная книга — обязательно должны быть эти чудики, и главная героиня или герой должны именно среди елок и зарослей камыша найти свою остроухую любовь! Вот тоже мне каноны красоты! Бледные, длинные, плоские, с ослиными ушами и базедовой болезнью.

Иллюзия выбора. Обман

Галина Долгова

Мечтали ли вы стать принцем? Молодым, красивым, сильным, владеющим магией? А я вот нет! Мне и женщиной вполне нравилось, и мир мой меня устраивал. Правда, выбора никакого нет: либо живи обманом в новом для тебя мире, либо умри! А тут еще заговор, грозящий уничтожить пусть и ненавистное, но уже родное тело, проклятие, нависшее над миром, да и от чувств никуда не деться… Вот только кто же меня мужчиной-то полюбит?!

— Она мне не нравится. И поверь, лучше подбери себе другую королеву. Эта стерва, может, и первая красавица Дома Огня, но знаешь, как у нас говорят: с лица воду не пить. Жить-то не с красотой, а с характером. Любая внешность приедается, и остается только внутренняя сущность, а постоянно жить в состоянии войны… не советую. Семья — это тыл. И он должен быть надежным.

Иллюзия выбора. Обман

Галина Долгова

Мечтали ли вы стать принцем? Молодым, красивым, сильным, владеющим магией? А я вот нет! Мне и женщиной вполне нравилось, и мир мой меня устраивал. Правда, выбора никакого нет: либо живи обманом в новом для тебя мире, либо умри! А тут еще заговор, грозящий уничтожить пусть и ненавистное, но уже родное тело, проклятие, нависшее над миром, да и от чувств никуда не деться… Вот только кто же меня мужчиной-то полюбит?!

Механика решений полна загадок.

Миллионы Стрэттон-парка

Дик Фрэнсис

После смерти лорда Уильяма Стрэттона ипподром Стрэттон-Парк переходит во владение его наследникам, которые никак не могут поделить столь лакомый кусочек. Противоречия, раздирающие семью Стрэттон, обостряются с появлением Ли Морриса — молодого, энергичного архитектора. Только от него зависит, на чью сторону склонится чаша весов. Мощный взрыв, прогремевший на трибунах ипподрома, должен послужить предупреждением Моррису, что игроки уже сделали свои ставки в этой безжалостной гонке за миллионами...

У ревизионистов есть огромный счет к официальным историкам. И оплата этого счета будет смертельной для нынешней официозной версии хронологии.

История человечества, которую от вас скрывают. Фальсификация как метод

Аксель Хистор

Фамилия создателя современной шкалы исторических событий Скалигера переводится как «господин шкалы». Странное совпадение, не так ли? А то ли еще открывается, если получше приглядеться к личностям тех ученых, которые создали современную историческую науку! Да и существовали ли они, эти ученые? В этом у автора книги есть большие и обоснованные сомнения. В своей книге А. Хистор приходит к сенсационному выводу: все, о чем мы узнали в школе на уроках истории – возможно, всего лишь ловкая...

Последняя четверть XIX в. в истории России известна как время религиозного мракобесия, наступившего вслед за либеральными реформами середины столетия. Вдохновителем этой реакции стал церковный политик Победоносцев.
Аналогичная история была в Германии, где на смену политике «Культуркампф» пришла явно мракобесная эпоха. Главным проводником этой реакции стал церковный политик Виндтхорст – глава католической партии «Центр».

Победоносцев и Виндтхорст. Несложно догадаться, что это один и тот же человек.

История человечества, которую от вас скрывают. Фальсификация как метод

Аксель Хистор

Фамилия создателя современной шкалы исторических событий Скалигера переводится как «господин шкалы». Странное совпадение, не так ли? А то ли еще открывается, если получше приглядеться к личностям тех ученых, которые создали современную историческую науку! Да и существовали ли они, эти ученые? В этом у автора книги есть большие и обоснованные сомнения. В своей книге А. Хистор приходит к сенсационному выводу: все, о чем мы узнали в школе на уроках истории – возможно, всего лишь ловкая...

Официальная история вообще весьма напоминает одну большую психиатрическую палату. Поскольку тождества между персонажами этой истории бывают иногда такими, что хочется смеяться.

История человечества, которую от вас скрывают. Фальсификация как метод

Аксель Хистор

Фамилия создателя современной шкалы исторических событий Скалигера переводится как «господин шкалы». Странное совпадение, не так ли? А то ли еще открывается, если получше приглядеться к личностям тех ученых, которые создали современную историческую науку! Да и существовали ли они, эти ученые? В этом у автора книги есть большие и обоснованные сомнения. В своей книге А. Хистор приходит к сенсационному выводу: все, о чем мы узнали в школе на уроках истории – возможно, всего лишь ловкая...

Ради чего американские войска уничтожили город Дрезден? Возможно, целью были библиотеки, в которых содержалось неугодное для союзников знание истинной истории человечества? И разве люстрации во всех германских библиотеках делалась в 1945 году не с целью «опровергнуть бредни нацистов о великом германском прошлом»?

История человечества, которую от вас скрывают. Фальсификация как метод

Аксель Хистор

Фамилия создателя современной шкалы исторических событий Скалигера переводится как «господин шкалы». Странное совпадение, не так ли? А то ли еще открывается, если получше приглядеться к личностям тех ученых, которые создали современную историческую науку! Да и существовали ли они, эти ученые? В этом у автора книги есть большие и обоснованные сомнения. В своей книге А. Хистор приходит к сенсационному выводу: все, о чем мы узнали в школе на уроках истории – возможно, всего лишь ловкая...

Официальная история писалась руками гуманитариев, пишется руками гуманитариев, и правка ее проходит тоже через руки гуманитариев. Возможно, следовало бы хорошенько ударить по этим лохматым ручонкам, потому что иногда на страницах официозной истории можно встретить такие ляпсусы, которые уже ни в какие ворота не лезут!

История человечества, которую от вас скрывают. Фальсификация как метод

Аксель Хистор

Фамилия создателя современной шкалы исторических событий Скалигера переводится как «господин шкалы». Странное совпадение, не так ли? А то ли еще открывается, если получше приглядеться к личностям тех ученых, которые создали современную историческую науку! Да и существовали ли они, эти ученые? В этом у автора книги есть большие и обоснованные сомнения. В своей книге А. Хистор приходит к сенсационному выводу: все, о чем мы узнали в школе на уроках истории – возможно, всего лишь ловкая...

Достоверная история начинается лишь после 1945 года – да и то с оговорками, ибо и сегодня правители любят переписывать текущую историю под себя.

История человечества, которую от вас скрывают. Фальсификация как метод

Аксель Хистор

Фамилия создателя современной шкалы исторических событий Скалигера переводится как «господин шкалы». Странное совпадение, не так ли? А то ли еще открывается, если получше приглядеться к личностям тех ученых, которые создали современную историческую науку! Да и существовали ли они, эти ученые? В этом у автора книги есть большие и обоснованные сомнения. В своей книге А. Хистор приходит к сенсационному выводу: все, о чем мы узнали в школе на уроках истории – возможно, всего лишь ловкая...

Широко известно, что советские спецслужбы изымали из советских библиотек любые книги и газеты, выпущенные в 1930-х годах. Целью этих изъятий были, в первую очередь, фотографии бывших советских государственных деятелей – которых якобы «расстреляли в 37-м году». Чтобы жители СССР не смогли заглянуть в старые газеты и книги, и не смогли увидеть там фотографии «бывших» государственных служащих и производились изъятия документов.

История человечества, которую от вас скрывают. Фальсификация как метод

Аксель Хистор

Фамилия создателя современной шкалы исторических событий Скалигера переводится как «господин шкалы». Странное совпадение, не так ли? А то ли еще открывается, если получше приглядеться к личностям тех ученых, которые создали современную историческую науку! Да и существовали ли они, эти ученые? В этом у автора книги есть большие и обоснованные сомнения. В своей книге А. Хистор приходит к сенсационному выводу: все, о чем мы узнали в школе на уроках истории – возможно, всего лишь ловкая...

Правительство СССР называлось «Совет Народных Комиссаров». При нем было, в частности, такое ведомство как «управление делами Совета Народных Комиссаров». Первым главой этого управления был Николай Горбунов (с 1923 по 1930).
В это же время, в Германии, одним из последних канцлеров Веймарской республики был Генрих Брюнинг. Он был канцлером с марта 1930 по май 1932.
Горбунов был известен сначала как личный секретарь Ленина, а только спустя годы стал большим чиновником. До того, как стать чиновником, Брюнинг сначала учился в университете, где был под большим влиянием историка Фридриха Майнеке.

Управделами Горбунов и канцлер Брюнинг

История человечества, которую от вас скрывают. Фальсификация как метод

Аксель Хистор

Фамилия создателя современной шкалы исторических событий Скалигера переводится как «господин шкалы». Странное совпадение, не так ли? А то ли еще открывается, если получше приглядеться к личностям тех ученых, которые создали современную историческую науку! Да и существовали ли они, эти ученые? В этом у автора книги есть большие и обоснованные сомнения. В своей книге А. Хистор приходит к сенсационному выводу: все, о чем мы узнали в школе на уроках истории – возможно, всего лишь ловкая...

Энтони Берджесс – английский писатель, автор романа «Заводной апельсин». Известен тем, что его жена была изнасилована американцами во время войны. Кстати, биография у Берджесса мутная. В 1950-х годах он работал (никому не известный) в Малайзии, Брунее и других подобных местах. Работал, естественно, на мелких должностях. А в 1959 году приключился странный случай – Берджесс, работая в качестве школьного учителя, упал в обморок на уроке, и врачи вынесли ему приговор – «жить осталось не больше года». На некоторое время Берджесс пропал из общества, но вскоре начал резво печатать романы, и публиковаться. Разумеется, забыв быстро умереть, он прожил еще много лет.
Это может означать, что реальный мелкий клерк по фамилии «Берджесс» вполне прозаически умер в 1959 году, а его документы были переданы в пользование бывшему Видкуну Квислингу – чтобы легализовать его в послевоенной Англии. Это обычная практика спецслужб по созданию новой легенды для агента. И таких легенд у агента может быть сколько угодно. Для каждой страны – своя легенда, свой паспорт, и даже свои «родственники» (которые в случае чего будут клятвенно подтверждать истинность легенды).

Квислинг и Берджесс

История человечества, которую от вас скрывают. Фальсификация как метод

Аксель Хистор

Фамилия создателя современной шкалы исторических событий Скалигера переводится как «господин шкалы». Странное совпадение, не так ли? А то ли еще открывается, если получше приглядеться к личностям тех ученых, которые создали современную историческую науку! Да и существовали ли они, эти ученые? В этом у автора книги есть большие и обоснованные сомнения. В своей книге А. Хистор приходит к сенсационному выводу: все, о чем мы узнали в школе на уроках истории – возможно, всего лишь ловкая...

Вензель князя Николая Николаевича был обнаружен археологами на римской колонне в «античном» ливанском городе Баальбеке. Официальные историки угрюмо обходят молчанием этот факт, ибо тогда им придется передатировать «античность» на конец XIX столетия, а заодно и объяснять, какое отношение русский великий князь имеет к ливанским городам. Уж не было ли у него там поместий с тысячами душ крепостных?! И не находилась ли провинция «Ливан» в составе Российской империи, под названием «Ливония»?

История человечества, которую от вас скрывают. Фальсификация как метод

Аксель Хистор

Фамилия создателя современной шкалы исторических событий Скалигера переводится как «господин шкалы». Странное совпадение, не так ли? А то ли еще открывается, если получше приглядеться к личностям тех ученых, которые создали современную историческую науку! Да и существовали ли они, эти ученые? В этом у автора книги есть большие и обоснованные сомнения. В своей книге А. Хистор приходит к сенсационному выводу: все, о чем мы узнали в школе на уроках истории – возможно, всего лишь ловкая...

Как уже узнал Мечислав, он жил на этаже военных специалистов. Всего военным отдали два уровня – десятый и восьмой. Значит, всего сто двадцать человек. Хоть и обрядились все в гражданку, но выправку не спрячешь, сразу видно, что встретившиеся ему на пути в столовую мужчины – бывшие военные. Такие фигуры у гражданских встречаются не часто.

Если бы он сидел чуть ближе к Ольге и другим учёным, прибывшим с ней, то стал бы свидетелем очень интересного разговора.
– … что ж, теперь я согласен, что не стоило говорить им всей правды, – очень тихо, почти шёпотом, произнёс пожилой мужчина.
Куратор ковчега кивнула.
– Я всегда придерживалась этой мысли. Не стоит им знать, что мы никогда не вернёмся в этот мир. Эксперименты с потоком привели к совершенно неожиданному результату: мы вместо путешествия во времени нашли новый дом. Там мы сможем начать всё сначала.
Сидящий рядом с ней учёный согласно кивнул.

Проект ни к чему не обязывал. Просто он значился в списках участников. Майор жил обычной жизнью, работал могильщиком на одном из кладбищ, имел хорошие деньги. Но три последних года он ждал одного этого звонка. Что ж, пора собираться. Хотя, что брать отставному спецназовцу? Экстренная сумка уже готова. Осталось только одна деталь: маленький мощный нетбук с тринадцатидюймовым дисплеем.
Взвесив сумку в руке, Молот улыбнулся: не больше пяти килограмм. На то, чтобы умыться, одеться и позавтракать на скорую руку, ушло восемь с половиной минут.
Спустя семнадцать минут после ночного звонка отставной майор закрыл дверь в свою квартиру. Закрыл навсегда.