– Кто был хоть один день королем или королевой в Нарнии, навсегда останется здесь королевой или королем. Несите достойно возложенное на вас бремя, сыновья и дочери Адама и Евы!
– А кинжал ты можешь пустить в ход, только чтобы защитить себя, в случае крайней нужды. Ты тоже не должна участвовать в битве.
– Почему, сэр? – спросила Люси. – Думаю, хотя и не знаю наверняка, что не струшу.
– Не в этом дело, – сказал Дед Мороз. – Страшны те битвы, в которых принимают участие женщины.
– А вообще, послушайтесь моего совета: если вы встретили кого-нибудь, кто собирается стать человеком, но еще им не стал, или был человеком раньше, но перестал им быть, или должен был бы быть человеком, но не человек, – не спускайте с него глаз и держите под рукой боевой топорик.
– Обвинять во лжи того, кто никогда вам не лгал, не шутка, отнюдь не шутка.
– Мы ведь еще не такие плохие, как они?
– Еще не такие, дочь Евы, – сказал лев. – Но с каждым столетием все хуже. Очень может быть, что самые плохие из вас узнают тайну, опасную, как то заклятие. Скоро, очень скоро, раньше, чем вы состаритесь, в великих странах вашего мира будут править тираны, которым так же безразличны радость, милость и правда, как злой королеве. От вас и от подобных вам зависит, долго ли они пробудут и много ли натворят. Это предупреждение.
– Она получила то, что хотела: неистощимую силу и бесконечную жизнь, как богиня. Но для злых сердцем долгота дней – лишь долгота бед, и она уже поняла это. Каждый получает то, что хочет, но не каждый этому рад.
– Навряд ли мне захочется жить, когда умрут все, кого я знаю. Поживу сколько надо, умру и пойду на небо.
– Чему же верить, если не чутью? – удивился бульдог.
– Мозгам, наверное, – застенчиво предположила слониха.
Когда пытаешься стать глупее, чем ты есть, это нередко удается.
То, что ты видишь и слышишь, в некоторой степени зависит от того, каков ты сам.