Мои цитаты из книг
Умственный «труд» неправильно назван трудом, — это удовольствие, наслаждение, и высшая награда его в нем самом.
Предприимчивый янки, получив во время стычки удар по голове, попадает из Коннектикута конца XIX века в эпоху короля Артура. Благодаря кипучей энергии американца рыцари и вельможи, чародеи и монахи, прекрасные девы и простой народ приобщаются к благам цивилизации. И с удивлением узнают, что такое мыло, порох, электричество, газеты, телеграф и многое другое.
Пророчество — самая спокойная профессия на свете. Когда на вас накатывает дух прорицания, вы берете свой рассудок, кладете его куда-нибудь в прохладное место, чтобы он не испортился, и принимаетесь работать языком: язык работает вхолостую, без участия рассудка; в результате получается пророчество.
Предприимчивый янки, получив во время стычки удар по голове, попадает из Коннектикута конца XIX века в эпоху короля Артура. Благодаря кипучей энергии американца рыцари и вельможи, чародеи и монахи, прекрасные девы и простой народ приобщаются к благам цивилизации. И с удивлением узнают, что такое мыло, порох, электричество, газеты, телеграф и многое другое.
Видите ли, я понимаю верность как верность родине, а не ее учреждениям и правителям. Родина — это истинное, прочное, вечное; родину нужно беречь, надо любить ее, нужно быть ей верным; учреждения же — нечто внешнее, вроде одежды, а одежда может износиться, порваться, сделаться неудобной, перестать защищать тело от холода, болезни и смерти.
Предприимчивый янки, получив во время стычки удар по голове, попадает из Коннектикута конца XIX века в эпоху короля Артура. Благодаря кипучей энергии американца рыцари и вельможи, чародеи и монахи, прекрасные девы и простой народ приобщаются к благам цивилизации. И с удивлением узнают, что такое мыло, порох, электричество, газеты, телеграф и многое другое.
Она была послушная девушка, с добрым сердцем, но болтала без устали, молола, словно мельница, пока у вас не начинала болеть голова, словно от стука городских пролеток и телег. Она стала бы совсем милой девушкой, если бы ей можно было заткнуть рот пробкой.
Предприимчивый янки, получив во время стычки удар по голове, попадает из Коннектикута конца XIX века в эпоху короля Артура. Благодаря кипучей энергии американца рыцари и вельможи, чародеи и монахи, прекрасные девы и простой народ приобщаются к благам цивилизации. И с удивлением узнают, что такое мыло, порох, электричество, газеты, телеграф и многое другое.
Неограниченная власть — превосходная штука, когда она находится в надежных руках. Небесное самодержавие — самый лучший образ правления. Земное самодержавие тоже было бы самым лучшим образом правления, если бы самодержец был лучшим человеком на земле и если бы его жизнь продолжалась вечно. Но так как даже самый совершеннейший человек на земле должен умереть и оставить свою власть далеко не столь совершенному преемнику, земное самодержавие — не только плохой образ правления, а самый худший из всех возможных.
Предприимчивый янки, получив во время стычки удар по голове, попадает из Коннектикута конца XIX века в эпоху короля Артура. Благодаря кипучей энергии американца рыцари и вельможи, чародеи и монахи, прекрасные девы и простой народ приобщаются к благам цивилизации. И с удивлением узнают, что такое мыло, порох, электричество, газеты, телеграф и многое другое.
... я боялся создания единой церкви: такая церковь — власть могущественная, могущественнее всякой другой; обычно церковную власть прибирают к рукам корыстные люди, и она постепенно убивает человеческую свободу и парализует человеческую мысль
Предприимчивый янки, получив во время стычки удар по голове, попадает из Коннектикута конца XIX века в эпоху короля Артура. Благодаря кипучей энергии американца рыцари и вельможи, чародеи и монахи, прекрасные девы и простой народ приобщаются к благам цивилизации. И с удивлением узнают, что такое мыло, порох, электричество, газеты, телеграф и многое другое.
... так уж устроено на свете, что человек, перестав беспокоиться об одном, начинает беспокоиться о другом.
Предприимчивый янки, получив во время стычки удар по голове, попадает из Коннектикута конца XIX века в эпоху короля Артура. Благодаря кипучей энергии американца рыцари и вельможи, чародеи и монахи, прекрасные девы и простой народ приобщаются к благам цивилизации. И с удивлением узнают, что такое мыло, порох, электричество, газеты, телеграф и многое другое.
И все-таки в этих больших простодушных существах было что-то милое и привлекательное. Правда, мозгов в этой огромной детской не хватило бы и на то, чтобы насадить их на рыболовный крючок для приманки; но мозги в подобном обществе и не нужны, — напротив, они только мешали бы и всех стесняли, лишили бы это общество его законченности и, пожалуй, сделали бы невозможным самое его существование.
Предприимчивый янки, получив во время стычки удар по голове, попадает из Коннектикута конца XIX века в эпоху короля Артура. Благодаря кипучей энергии американца рыцари и вельможи, чародеи и монахи, прекрасные девы и простой народ приобщаются к благам цивилизации. И с удивлением узнают, что такое мыло, порох, электричество, газеты, телеграф и многое другое.
- Скажите, вы служите в этом сумасшедшем доме или просто пришли навестить кого-нибудь из родных?
Он тупо поглядел на меня и сказал:
— Прекрасный сэр, мне кажется…
— Довольно, — сказал я. — Вы, я вижу, тоже пациент.
Предприимчивый янки, получив во время стычки удар по голове, попадает из Коннектикута конца XIX века в эпоху короля Артура. Благодаря кипучей энергии американца рыцари и вельможи, чародеи и монахи, прекрасные девы и простой народ приобщаются к благам цивилизации. И с удивлением узнают, что такое мыло, порох, электричество, газеты, телеграф и многое другое.
Того, кто любит тебя, обмануть очень просто. А того, кого любишь сам, – почти невозможно. Каждая улыбка, каждая уверенная фраза выйдут наигранными и ненастоящими. Словно ты, говоря вполголоса одно, выкрикиваешь при этом совсем другое. Когда любишь, даришь частичку себя.
Сергей Лукьяненко – имя, которое для всех истинных ценителей российской фантастики не нуждается ни в комментариях, ни в представлениях. Имя, которое говорит само за себя.Эта книга – сборник рассказов и повестей, которые сам автор считает лучшими в своем творчестве. Каждое из произведений сборника оригинально и своеобразно. Меняются сюжеты и персонажи, меняется манера повествования, однако неизменным остается одно – фирменный, неподражаемый стиль Сергея Лукьяненко.В сборник вошли...