Мои цитаты из книг
Неограниченная власть — превосходная штука, когда она находится в надежных руках. Небесное самодержавие — самый лучший образ правления. Земное самодержавие тоже было бы самым лучшим образом правления, если бы самодержец был лучшим человеком на земле и если бы его жизнь продолжалась вечно. Но так как даже самый совершеннейший человек на земле должен умереть и оставить свою власть далеко не столь совершенному преемнику, земное самодержавие — не только плохой образ правления, а самый худший из всех возможных.
Предприимчивый янки, получив во время стычки удар по голове, попадает из Коннектикута конца XIX века в эпоху короля Артура. Благодаря кипучей энергии американца рыцари и вельможи, чародеи и монахи, прекрасные девы и простой народ приобщаются к благам цивилизации. И с удивлением узнают, что такое мыло, порох, электричество, газеты, телеграф и многое другое.
... я боялся создания единой церкви: такая церковь — власть могущественная, могущественнее всякой другой; обычно церковную власть прибирают к рукам корыстные люди, и она постепенно убивает человеческую свободу и парализует человеческую мысль
Предприимчивый янки, получив во время стычки удар по голове, попадает из Коннектикута конца XIX века в эпоху короля Артура. Благодаря кипучей энергии американца рыцари и вельможи, чародеи и монахи, прекрасные девы и простой народ приобщаются к благам цивилизации. И с удивлением узнают, что такое мыло, порох, электричество, газеты, телеграф и многое другое.
... так уж устроено на свете, что человек, перестав беспокоиться об одном, начинает беспокоиться о другом.
Предприимчивый янки, получив во время стычки удар по голове, попадает из Коннектикута конца XIX века в эпоху короля Артура. Благодаря кипучей энергии американца рыцари и вельможи, чародеи и монахи, прекрасные девы и простой народ приобщаются к благам цивилизации. И с удивлением узнают, что такое мыло, порох, электричество, газеты, телеграф и многое другое.
И все-таки в этих больших простодушных существах было что-то милое и привлекательное. Правда, мозгов в этой огромной детской не хватило бы и на то, чтобы насадить их на рыболовный крючок для приманки; но мозги в подобном обществе и не нужны, — напротив, они только мешали бы и всех стесняли, лишили бы это общество его законченности и, пожалуй, сделали бы невозможным самое его существование.
Предприимчивый янки, получив во время стычки удар по голове, попадает из Коннектикута конца XIX века в эпоху короля Артура. Благодаря кипучей энергии американца рыцари и вельможи, чародеи и монахи, прекрасные девы и простой народ приобщаются к благам цивилизации. И с удивлением узнают, что такое мыло, порох, электричество, газеты, телеграф и многое другое.
- Скажите, вы служите в этом сумасшедшем доме или просто пришли навестить кого-нибудь из родных?
Он тупо поглядел на меня и сказал:
— Прекрасный сэр, мне кажется…
— Довольно, — сказал я. — Вы, я вижу, тоже пациент.
Предприимчивый янки, получив во время стычки удар по голове, попадает из Коннектикута конца XIX века в эпоху короля Артура. Благодаря кипучей энергии американца рыцари и вельможи, чародеи и монахи, прекрасные девы и простой народ приобщаются к благам цивилизации. И с удивлением узнают, что такое мыло, порох, электричество, газеты, телеграф и многое другое.
Того, кто любит тебя, обмануть очень просто. А того, кого любишь сам, – почти невозможно. Каждая улыбка, каждая уверенная фраза выйдут наигранными и ненастоящими. Словно ты, говоря вполголоса одно, выкрикиваешь при этом совсем другое. Когда любишь, даришь частичку себя.
Сергей Лукьяненко – имя, которое для всех истинных ценителей российской фантастики не нуждается ни в комментариях, ни в представлениях. Имя, которое говорит само за себя.Эта книга – сборник рассказов и повестей, которые сам автор считает лучшими в своем творчестве. Каждое из произведений сборника оригинально и своеобразно. Меняются сюжеты и персонажи, меняется манера повествования, однако неизменным остается одно – фирменный, неподражаемый стиль Сергея Лукьяненко.В сборник вошли...
Таланты можно найти у каждого, только пока это у нас не очень-то получается. Но есть и другой выход. Заниматься своим делом, даже если таланта в тебе – миллионная доля, а остальное – просто труд и терпение. Заниматься, зная, что никогда не сотворишь чуда, что на всю жизнь останешься одним из миллиона бесталанных, которые пользы-то принесут как один-два настоящих гения.
Сергей Лукьяненко – имя, которое для всех истинных ценителей российской фантастики не нуждается ни в комментариях, ни в представлениях. Имя, которое говорит само за себя.Эта книга – сборник рассказов и повестей, которые сам автор считает лучшими в своем творчестве. Каждое из произведений сборника оригинально и своеобразно. Меняются сюжеты и персонажи, меняется манера повествования, однако неизменным остается одно – фирменный, неподражаемый стиль Сергея Лукьяненко.В сборник вошли...
... мужик — это такой зверь, что сам капкан насторожит, сам приманку положит, да сам в него и попадет. Ты, знай, спокойно жди.
В повести «Благостный четверг» читателям предстоит узнать, как сложились судьбы героев «Консервного ряда» после Второй мировой войны. Док — циничный и печальный «ангел-хранитель» Консервного ряда, квартала в маленьком приморском городке, где обитают рыбаки и воры, мелкие торговцы и мошенники, усталые работницы и проститутки. Он прошел войну — и теперь не может жить как прежде, весело и привольно, в ладу с собой. Он одинок, одинок тяжело и мучительно, — и смутно у него на душе. Но однажды судьба...
Не всякий полагает пятницу днем несчастливым, однако почти все сходятся на том, что это день томительный.… Пятница, она уже не работница, но еще и не отпускница, — одним словом, ожидательница.
В повести «Благостный четверг» читателям предстоит узнать, как сложились судьбы героев «Консервного ряда» после Второй мировой войны. Док — циничный и печальный «ангел-хранитель» Консервного ряда, квартала в маленьком приморском городке, где обитают рыбаки и воры, мелкие торговцы и мошенники, усталые работницы и проститутки. Он прошел войну — и теперь не может жить как прежде, весело и привольно, в ладу с собой. Он одинок, одинок тяжело и мучительно, — и смутно у него на душе. Но однажды судьба...
Мыслить — вообще не просто. Для Элена же это был сущий подвиг. Разрозненные образы, обрывки воспоминаний, отдельные слова, осколки фраз толклись беспомощно у него в голове. Ни дать ни взять автомобильная пробка на бойком перекрестке; машины фырчат, сигналят, а Элен стоит посередке, размахивает руками — направо, налево, прямо — куда там, не разъехаться…
В повести «Благостный четверг» читателям предстоит узнать, как сложились судьбы героев «Консервного ряда» после Второй мировой войны. Док — циничный и печальный «ангел-хранитель» Консервного ряда, квартала в маленьком приморском городке, где обитают рыбаки и воры, мелкие торговцы и мошенники, усталые работницы и проститутки. Он прошел войну — и теперь не может жить как прежде, весело и привольно, в ладу с собой. Он одинок, одинок тяжело и мучительно, — и смутно у него на душе. Но однажды судьба...