– Я подумала, но промолчала, - пошутила я, но, судя выразительному взгляду Юны, лучше бы действительно держала язык за зубами. Сразу сошла бы за умную.
Десять лет подряд он так энергично выбивал из памяти спортивные знания, что к нашей тренировке забыл окончательно. Даже пресловутая мышечная память валялась в летаргическом сне.
– Гаррет не любит сладкое, - зачем-то оповестила Юна.
– Видишь, Мейз? - фыркнула я, отходя от перил. – Он такая большая сволочь, что даже сладкое не любит.
– Он не сволочь! – рефлекторно возразила подружка, но под нашими осуждающими взглядами сникла: – Он маленькая сволочь… Ладно, вы правы! Все хорошие люди любят сладенькое и шоколадки в блестящих обертках.
Парочка немедленно приблизилась к перилам и синхронно отпрянула на шаг, получив задорный магический разряд. На секунду показалось, что у Мейза даже кудри стали чуточку пышнее.
В голове неожиданно всплыла старая шутка: «Вы не любите Норсентскую классическую поэзию? Вы просто никогда не читали этих стихов у надгробья злейшего врага!»
А Ваэрд вдруг устроил представление с раздеванием!
Замерев от такого удивительного поворота, я проследила, как с непроницаемым видом он расстегнул пиджак и стянул его с крепких плеч, оставшись в белой сорочке из дорогого материала. К сoжалению, на этом разврат закончился. Как-то слабенько и без огонька.
Просто оставь Эдварда мне. Он все равно долго не протянет. – Я ловко отобрала тяжелый горшок и потащила обpатно к подоконнику. - Поверь, я уж постараюсь за ним присмотреть. У меня все растения почему-то от заботы подыхают…
– Иногда даже хорошие люди поступают плохо, - сумничала я в духе моего любимого отца, временами страшного зануды,
– Вообще-то, твой лучший друг очень симпатичный, - совершенно несвоевременно заметила она.
– Серьезно? – искренне удивилась я, что кто-то мог считать высокомерную оглоблю милее – собственно – оглобли.
Знаете, что… в детских сказках миссия феи-крестной всегда заканчивалась, когда влюбленные оставались в однoм помещении. Ни разу не встречала, чтобы эта святая женщина не только доставляла красавицу к принцу на дурацкую вечеринку, куда не завалилась бы даже в помутнении рассудка, но ещё их знакомила, расхваливала, как заправская сваха, и вообще утрясала любовные дела.