Пять лет пролетят быстро, и коллеги научат, как не замечать улики, отводить глаза и просто забивать на факты. А потом мы удивляемся, почему мир катится к чертям…
Уже тогда я понимала, что в нашей семье нет счастья, но привычка – страшная вещь. Я нашла себе и ему кучу оправданий, разложила вещи назад, в шкафы, и уснула с улыбкой на губах после бурного примирения в постели.
Заметив меня, гады заулыбались, так что было очень сложно строить из себя гордую недотрогу. На миг я даже задумалась, на кой мне снова серьезные отношения, когда несерьезные так и ходят вокруг, играя мускулами?
Вот так придешь иной раз к адвокату поговорить о разводе с супругом и невзначай начнешь обсуждать, в какой позе ему больше нравится…
– Будь здорова. – Когда здоровья желают таким тоном и с таким лицом, хочется пойти снять с себя порчу
– Это тебе мое вино смелости придало. Не зря я его берег столько лет. Может, еще бутылочку перед отъездом? Будем разить противника наповал разъяренным взглядом и дыханием.
Её коса разметалась, превратив прическу во что-то среднее между «еще ничего» и «плевать, пойду лохматая»,
есть несколько общеизвестных тестов, – заметив мой скептицизм, отмахнулся профессор. – Например, эта точка. Она отвлекает ваше внимание от чистого белого листа. Не будь ее – ваше воображение понеслось бы в безграничные дали, представляя тысячу картин, что можно изобразить там. Но вот это черное недоразумение размером с кончик иглы все портит, не так ли? Если уж рисовать что-то, то на листе без изъянов. Так мыслит большинство: узко и бесперспективно. Что же касается вашей ситуации – подобная точка станет якорем. Когда начнете уноситься в воспоминаниях – ну, мало ли, забудете пуговицу где-то, – воспроизведите в голове эту картинку: белый лист – все, что было прежде, а точка – то, за что вы должны цепляться руками и зубами. Сосредоточьтесь на ней, это ваше настоящее и все, кто вас в нем удерживает.
она дура, а спорить с подобными ей – все равно что ломиться в замурованные двери. Только покалечишься.
А я вся кипела, разве что пар из ушей не валил. Потому что все мужики – гады и им надо от нас только одно! Но это всегда не то, чего нам хочется…