— Где барин?
— В спальне, Аграфена Тихоновна. Болен. Доктор не велел беспокоить.
— Я не доктор. Я — тёща. Я не беспокою — я проведываю.
Настоящего человека на месте власти узнаёшь не по тому, как он одолевает врагов, — одолевать умеют многие, — а по тому, как обходится с поверженным.
Кто пляшет на могиле врага — мелок, как бы ни был силён.
- Нельзя недооценивать ведьм. Они же что хочешь могут внушить! Знаете, как бывает? У меня один знакомец жил себе спокойно, на бильярде по пятницам играл, по выходным на рыбалку ездил. А потом его в гости начала одна ведьма звать. Раз чай попил, другой. И сам не заметил, как на ней женился! Теперь ни рыбалки, ни бильярда. Ходит с ней под ручку в театр и улыбается постоянно.
Иногда надо бросать всякое добро в воду. Как древний философ заповедовал. Или святой, не помню. Трупы врагов, например. А то как они мимо тебя проплывут, если ты сам их туда не спихнёшь?
Термин «изъять» предложил князь, которому не понравилась терминология Грекова.
— Князья и их наследники не воруют, — заявил он. — Не тырят и не прут. Они отбивают и изымают. Добывают нужные для дела материалы.
Оказывается, молоко с мелом выглядит куда белее молока без мела. А кроме мела, у некоторых чего только не нашлось: и сода, и гипс, и мыло, и меламин. Такого молока напьешься — и не будешь знать, отчего помрешь. Хорошо жить в незнании…
«Разве можно обойтись без вишен и слив? Из них и вино интересное выходит, и наливки, и настойки. А вишневый ликер…»
Песец мечтательно поднял морду к небу, представляя божественный вкус всего перечисленного. И для него этот вкус был не виртуальным.
«Твой создатель был алкоголиком»?
«Не выдумывай. Он любил экспериментировать», — увильнул от прямого ответа Песец.
— А с ними чего только не делали. Даже распиливали.
«Варвары», — прокомментировал Песец.
«Не варвары, а ученые».
«Иногда это одно и то же, если человек ничего не знает о том, что изучает.
- Я с тобой.
- Яшенька!
- Софьюшка, - отозвался он в тон. – Ты же замужняя женщина! Неприлично взрослой замужней женщине одной на войну ходить…
– Только… и ты подумай. Я ж не изменюсь. И не успокоюсь. И дома сидеть, борщи варить – это не для меня… совсем не для меня…
- Борща я и сам сварить могу.
- Серьёзно?
- А то… Алёнка ж одна, а нас пятеро. Вот батя и говорил, что беречь надобно и вообще… у неё коромысло есть. Знаешь, какое тяжёлое? Тут не то, что борща готовить научишься, тут смысл жизни обретёшь.