Мои цитаты из книг
Однажды, полагаю, всем станет ясно, что лучшие фильмы по моим произведениям — это те, которые так и не сняли.
Это не автобиография, а коллаж из воспоминаний, мастерски составленный корифеем детективного жанра. Джон Ле Карре в «Голубином туннеле» рассказывает не историю своей жизни, а истории из своей жизни, и их у него немало. Германия начала шестидесятых, Россия начала девяностых, беседы с Маргарет Тэтчер и Ясиром Арафатом, попытки работать со Стэнли Кубриком и Фрэнсисом Фордом Копполой, встречи со знаменитыми разведчиками и шпионами и воспоминания о родителях — об ушедшей из семьи матери и об...
Каждый понимает смелость по-своему, и всякая точка зрения субъективна. Каждый задумывается, где его предел, когда и как он этого предела достигнет и как будет действовать — лучше или хуже других. О себе могу сказать только, что смелым или почти смелым чувствовал себя, если превозмогал противоположное качество — его можно определить как врожденную трусость. Чаще всего это происходило, когда люди вокруг меня проявляли больше смелости, чем мне досталось от природы; я смотрел на них и брал смелость взаймы.
Это не автобиография, а коллаж из воспоминаний, мастерски составленный корифеем детективного жанра. Джон Ле Карре в «Голубином туннеле» рассказывает не историю своей жизни, а истории из своей жизни, и их у него немало. Германия начала шестидесятых, Россия начала девяностых, беседы с Маргарет Тэтчер и Ясиром Арафатом, попытки работать со Стэнли Кубриком и Фрэнсисом Фордом Копполой, встречи со знаменитыми разведчиками и шпионами и воспоминания о родителях — об ушедшей из семьи матери и об...
Вероятно, в конечном счете история и правда в ответе за все. Когда сразу после войны американская радиотехническая разведка впервые поймала молодую Западную Германию в сеть, правительство Аденауэра, только оперившееся, слушало, что ему говорили, а говорили ему немного. Со временем отношения, может, и изменились, но только внешне. АНБ продолжала шпионить когда и за кем хотела — разрешение БНД ей было не нужно, и, скорее всего, при таком стиле работы с самого начала предполагалось шпионить за всем, что движется, и на территории принимающей стороны. Шпионы шпионят, потому что имеют такую возможность.
Это не автобиография, а коллаж из воспоминаний, мастерски составленный корифеем детективного жанра. Джон Ле Карре в «Голубином туннеле» рассказывает не историю своей жизни, а истории из своей жизни, и их у него немало. Германия начала шестидесятых, Россия начала девяностых, беседы с Маргарет Тэтчер и Ясиром Арафатом, попытки работать со Стэнли Кубриком и Фрэнсисом Фордом Копполой, встречи со знаменитыми разведчиками и шпионами и воспоминания о родителях — об ушедшей из семьи матери и об...
После разоблачений Сноудена британцы, разумеется, и у себя провели соответствующие расследования и пришли к тем же малоубедительным выводам. Они тоже затронули щекотливый вопрос, в какой мере наша радиотехническая разведка помогала американцам делать то, что сами американцы по закону не имели права делать. Конечно, поднялся ажиотаж, однако британцы с младых ногтей приучены обо всем молчать, и прикормленные СМИ призывают их быть посговорчивей, когда дело касается вмешательства в частную жизнь. Если нарушен закон, его быстренько переписали, чтобы с этим нарушением примирить. А если кто-то громко протестует, консервативная пресса тут же затыкает ему рот. Аргументы у нее такие: если отвернемся от Соединенных Штатов, кто мы после этого?
Это не автобиография, а коллаж из воспоминаний, мастерски составленный корифеем детективного жанра. Джон Ле Карре в «Голубином туннеле» рассказывает не историю своей жизни, а истории из своей жизни, и их у него немало. Германия начала шестидесятых, Россия начала девяностых, беседы с Маргарет Тэтчер и Ясиром Арафатом, попытки работать со Стэнли Кубриком и Фрэнсисом Фордом Копполой, встречи со знаменитыми разведчиками и шпионами и воспоминания о родителях — об ушедшей из семьи матери и об...
Правило первое холодной войны: всё, абсолютно всё, не то, чем кажется. У всех двойные мотивы, если не тройные.
Это не автобиография, а коллаж из воспоминаний, мастерски составленный корифеем детективного жанра. Джон Ле Карре в «Голубином туннеле» рассказывает не историю своей жизни, а истории из своей жизни, и их у него немало. Германия начала шестидесятых, Россия начала девяностых, беседы с Маргарет Тэтчер и Ясиром Арафатом, попытки работать со Стэнли Кубриком и Фрэнсисом Фордом Копполой, встречи со знаменитыми разведчиками и шпионами и воспоминания о родителях — об ушедшей из семьи матери и об...
... что есть память для писателя, жизнь которого, деликатно выражаясь, клонится к закату? Для юриста правда — это голые факты. Можно ли в принципе такие факты отыскать — другой вопрос. Для писателя факт — это сырье, не руководитель, но инструмент, и дело писателя — сделать так, чтобы он заиграл. Истинная правда, если только она есть, заключена не в фактах, а в нюансах.
Это не автобиография, а коллаж из воспоминаний, мастерски составленный корифеем детективного жанра. Джон Ле Карре в «Голубином туннеле» рассказывает не историю своей жизни, а истории из своей жизни, и их у него немало. Германия начала шестидесятых, Россия начала девяностых, беседы с Маргарет Тэтчер и Ясиром Арафатом, попытки работать со Стэнли Кубриком и Фрэнсисом Фордом Копполой, встречи со знаменитыми разведчиками и шпионами и воспоминания о родителях — об ушедшей из семьи матери и об...
Она часто говорила, что запах – это путь, что нужно идти тропою ароматов туда, где таятся древние знания. И верила, что эта тропа ведет путника к самой сердцевине собственного «я». Она думала, что все остальные чувства – обман: то, что ты видишь и слышишь, – эфемерно, даже вкус может тебя подвести, и только запах никогда не солжет. Она верила, что обоняние – самое древнее чувство, данное человеку.
Все женщины семьи Россини занимались изготовлением духов. Элену воспитала строгая бабушка, которая сразу почувствовала во внучке природный дар и силу, необходимые для продолжения семейной традиции, а кроме того, Лючия Россини была уверена, что именно Элена разгадает семейный секрет и отыщет рецепт «совершенного аромата», надежно спрятанный основательницей династии Беатриче Россини. Лишенная материнской любви, Элена чувствует себя брошенной и одинокой. Тепло, которого ей так не хватает, она...
Мужчина оскорбляет женщину, когда не может добиться желаемого.
Все женщины семьи Россини занимались изготовлением духов. Элену воспитала строгая бабушка, которая сразу почувствовала во внучке природный дар и силу, необходимые для продолжения семейной традиции, а кроме того, Лючия Россини была уверена, что именно Элена разгадает семейный секрет и отыщет рецепт «совершенного аромата», надежно спрятанный основательницей династии Беатриче Россини. Лишенная материнской любви, Элена чувствует себя брошенной и одинокой. Тепло, которого ей так не хватает, она...
Язык ароматов – особый язык, и в эту минуту мы с тобой на нем говорим. Запомни, Элена: аромат говорит тебе правду. Только он имеет значение. Ему ты никогда не сможешь солгать. Аромат – это я и ты, он – наша суть.
Все женщины семьи Россини занимались изготовлением духов. Элену воспитала строгая бабушка, которая сразу почувствовала во внучке природный дар и силу, необходимые для продолжения семейной традиции, а кроме того, Лючия Россини была уверена, что именно Элена разгадает семейный секрет и отыщет рецепт «совершенного аромата», надежно спрятанный основательницей династии Беатриче Россини. Лишенная материнской любви, Элена чувствует себя брошенной и одинокой. Тепло, которого ей так не хватает, она...
... хорошо, чтобы у каждого кроме высшего образования было бы ещё начальное воспитание.
Перед вами лучшие фрагменты программы «НеФормат», которая на протяжении трёх с лишним лет оставалась самой популярной на радиостанции «Юмор FM», а количество просмотров отдельных выпусков на канале Ютьюб достигает 1,5 миллиона. В этой книге собраны цитаты и размышления ведущего передачи, остроумного, ироничного, невероятно образованного и очень популярного в нашей стране писателя-сатирика Михаила Задорнова. Не каждый имеет возможность прослушать полные версии откровенных, искромётных и лишённых...