Мои цитаты из книг
Наслаждение накатывает как штурмовая волна ОМОНа, внезапно и неотвратимо.
Застрять в лесу со своим новым боссом то ещё удовольствие. Особенно когда он, суровый майор Дамир Басаев, гора стальных мышц и мой личный авторитарный кошмар. Служебный УАЗик намертво тонет в грязи, связь не ловит, а ледяной ливень загоняет нас в заброшенный охотничий домик. И чтобы мы не околели от холода, Басаев отдаёт возмутительный приказ: снять мокрую одежду и греться вместе. Под одним старым покрывалом. Вот только как мне, девушке с пышными формами, пережить эту ночь и не нарушить устав,...
— Дамир Артурович, — выдыхаю я. — Это… статья. Использование служебного положения в личных целях.
— Готов понести высшую меру наказания, лейтенант, — его губы обжигают моё плечо, спускаясь к основанию шеи и он бесстыдно вдыхает мой аромат. — Сразу после того, как мы закончим наш следственный эксперимент.
— Какой ещё экс… — договорить я не успеваю...
Застрять в лесу со своим новым боссом то ещё удовольствие. Особенно когда он, суровый майор Дамир Басаев, гора стальных мышц и мой личный авторитарный кошмар. Служебный УАЗик намертво тонет в грязи, связь не ловит, а ледяной ливень загоняет нас в заброшенный охотничий домик. И чтобы мы не околели от холода, Басаев отдаёт возмутительный приказ: снять мокрую одежду и греться вместе. Под одним старым покрывалом. Вот только как мне, девушке с пышными формами, пережить эту ночь и не нарушить устав,...
— Дамир, — я острым ноготком провожу по его загорелой груди, чувствуя, как между нами искрит воздух. — А если… если я не справлюсь с таким напором? У вас там… реально тяжёлая артиллерия.
Застрять в лесу со своим новым боссом то ещё удовольствие. Особенно когда он, суровый майор Дамир Басаев, гора стальных мышц и мой личный авторитарный кошмар. Служебный УАЗик намертво тонет в грязи, связь не ловит, а ледяной ливень загоняет нас в заброшенный охотничий домик. И чтобы мы не околели от холода, Басаев отдаёт возмутительный приказ: снять мокрую одежду и греться вместе. Под одним старым покрывалом. Вот только как мне, девушке с пышными формами, пережить эту ночь и не нарушить устав,...
— Дамир Артурович… — я пытаюсь найти в себе остатки лейтенантской гордости, но получается только сдавленный выдох. — У вас… э-э… табельное оружие явно не по уставу. Слишком крупный калибр.
Он хищно ухмыляется, и в этом взгляде я читаю приговор: помилования точно не будет.
Застрять в лесу со своим новым боссом то ещё удовольствие. Особенно когда он, суровый майор Дамир Басаев, гора стальных мышц и мой личный авторитарный кошмар. Служебный УАЗик намертво тонет в грязи, связь не ловит, а ледяной ливень загоняет нас в заброшенный охотничий домик. И чтобы мы не околели от холода, Басаев отдаёт возмутительный приказ: снять мокрую одежду и греться вместе. Под одним старым покрывалом. Вот только как мне, девушке с пышными формами, пережить эту ночь и не нарушить устав,...
Мой внутренний полицейский радар окончательно выходит из строя и подаёт сигналы бедствия. Вместо того чтобы зачитать майору Басаеву его права, потребовать адвоката и отстраниться, я просто тихо скулю, когда он плавно опускается на колени прямо на скрипучий пол между моих раздвинутых ног. Пыльное покрывало окончательно летит куда-то в сторону, к чёрту всю эту маскировку!
Застрять в лесу со своим новым боссом то ещё удовольствие. Особенно когда он, суровый майор Дамир Басаев, гора стальных мышц и мой личный авторитарный кошмар. Служебный УАЗик намертво тонет в грязи, связь не ловит, а ледяной ливень загоняет нас в заброшенный охотничий домик. И чтобы мы не околели от холода, Басаев отдаёт возмутительный приказ: снять мокрую одежду и греться вместе. Под одним старым покрывалом. Вот только как мне, девушке с пышными формами, пережить эту ночь и не нарушить устав,...
Гора мышц, лёгкая небритость, о которую при желании можно точить табельное оружие, и взгляд карих глаз, от которого хотелось немедленно написать явку с повинной.
Застрять в лесу со своим новым боссом то ещё удовольствие. Особенно когда он, суровый майор Дамир Басаев, гора стальных мышц и мой личный авторитарный кошмар. Служебный УАЗик намертво тонет в грязи, связь не ловит, а ледяной ливень загоняет нас в заброшенный охотничий домик. И чтобы мы не околели от холода, Басаев отдаёт возмутительный приказ: снять мокрую одежду и греться вместе. Под одним старым покрывалом. Вот только как мне, девушке с пышными формами, пережить эту ночь и не нарушить устав,...
Любимой комнатой по праву стала кухня — самая современная, уютная, не пестрящая серыми отпечатками почивших людей. В доме, где умирали люди, всегда оставались такие следы, похожие на клочья паутины и пыльный налёт. Эта серость не стиралась и не отмывалась, постепенно выцветала, но не исчезала. Чем больше горя видели стены, тем плотнее их оплетало кружево скорби.
В юности нам кажется, что мы бессмертны, нас непременно ждет незаурядное будущее и великие дела. Верится, что впереди уйма свободного времени на любовь, глупые мелкие обиды и на то, чтобы исправить бездумно совершенные ошибки. Но проходит время... все меняется. И вот уже кажется, что в прошлом деревья были выше, трава зеленее. А еще... тоска чернее и боль пронзительнее. Соня убежала от прошлого, но оно вернулось и потребовало дать ответ. Что же такое настоящая любовь – великая трагедия или...
У меня есть все, о чем может мечтать мужчина: любимая женщина рядом, трое здоровых детей и мозги, чтобы все это ценить.
Вот только меня давно не привлекает пустой трах. Когда ты привык есть любимые блюда каждый день, сложно переключится на рис просто для того, чтобы забить голод. Уж лучше потерпеть. В день, когда я пришел к Еве с просьбой дать мне шанс, я сделал выбор. А свой выбор я привык уважать.
Как у мужчин всё просто. Измена — обыденное явление, легко вписывается между обедом и ужином.
В юности нам кажется, что мы бессмертны, нас непременно ждет незаурядное будущее и великие дела. Верится, что впереди уйма свободного времени на любовь, глупые мелкие обиды и на то, чтобы исправить бездумно совершенные ошибки. Но проходит время... все меняется. И вот уже кажется, что в прошлом деревья были выше, трава зеленее. А еще... тоска чернее и боль пронзительнее. Соня убежала от прошлого, но оно вернулось и потребовало дать ответ. Что же такое настоящая любовь – великая трагедия или...