То, что я продолжала жить в квартире с нелюбимым мужчиной, который предал меня, при этом ощущая себя чем-то получше половой тряпки, всё это душило, незаметно, но планомерно придавливая к земле.
Не нашлась еще такая женщина на земле, которая бы запросто приняла условия мужчины, без споров и пререканий!
– Я не жду от тебя романтики, – сказала я с обидой, убрав руку. Почему-то зацепилась именно за эту фразу, которая показалась унизительной и оскорбительной. Разве я говорила о чем-то подобном? Разве давала понять, что хочу ухаживаний?
– Может, думаешь, что не ждешь, а в душе – ждешь. У тебя внутри живет маленькая романтичная мечтательница, та самая, которую я видел на благотворительном вечере восемь лет назад, которая смотрела на меня с благоговением и мечтала, чтобы я подошел.
Наверное, когда любовь такая сильная и взаимная, можно простить многое, лишь бы оставаться вместе…
догадки – одно, а слова – совсем другое. Словами можно изменить всё.
— Он полагал, что народ присягнет Долгоруким?
— Александр Иванович, ну кто будет спрашивать народ? — хмыкнул Михаил. — им нового царя покажут, да и ладно.
— Весь обряд преображения — это обретение власти. Власти над тем зверем, который у каждого в душе есть.
— Я государыне на верность не для того присягал, чтобы по прихоти родительской клятву рушить!
Мы уже взрослые, и не надо от нас все скрывать.
— Ты сейчас о чем?
— Я в целом. Просто научись доверять нам. Мы же тоже не слепые и все видим…. И можем помочь, если не делом, то советом… или просто сочувствием.
Сложно разговаривать с человеком, когда чувства преобладают над разумом.