Алла

Я лёг в свой склеп передохнуть на пару десятков лет, но когда проснулся, прошли века. Мой замок разрушен, клан исчез, а некромантов все считают детской сказкой. Меня принимают за лекаря. А всё потому, что мир болен. И пришло время сильнодействующих средств.

Продолжение истории портальщика. Андрей из нашего мира просыпается в теле юноши-простолюдина в суровом магическом мире. Забытое богами, баронство становится его тюрьмой: местный владетель, почуяв выгоду, намерен использовать уникальный дар Андрея — пространственную магию. Но барон не знает, с кем связался. Когда наемники приходят, чтобы убить ценный «актив», они гибнут, разрезанные порталами. Осознавая, что долго прятаться не удастся, Андрей начинает тайную игру. Он создает дорогие артефакты и...

До недавнего дня Михаил Шувалов не понимал, что все прежние его успехи были лишь разминкой. Теперь, когда на его друга натравили наркокартель, а начальницу и подругу похитили, игра пойдет уже по другим ставкам. Тайные организации, подковерные игры сильных мира сего... Зря они, конечно, так. Ставший попаданцем питерский опер тоже кое-что умеет. Например, находить. А еще - сводить счеты.

Арест графа-рейдера и разгром тюремной мафии — это обычный понедельник для княжича-полицейского. Но ставки в его игре растут постоянно, и вот уже на горизонте маячит тень «Ковчега» — организации, которая не остановится ни перед чем, ради сохранения тайны. А тут еще флешка всплывает, которую умирающий наемник передал, как наследство. И тайны Аники Ворониной поднимается из прошлого страшным призраком — топором не отмашешься.

Итак, что мы имеем? Пятьдесят четыре года опыта в теле семнадцатилетнего аристократа, дар, который показывает истинный потенциал любого человека, и билет в один конец до академии, куда ссылают тех, кого империя решила забыть. Мой отец уверен, что избавился от позора рода. Ну-ну. Эти «безнадёжные» не слабые — их просто никто нормально не учил. А я полжизни натаскивал посредственностей до уровня чемпионов и вижу в каждом из них то, чего не видит никто. Включая их самих. Так что спасибо,...

Итак, что мы имеем? Пятьдесят четыре года опыта в теле семнадцатилетнего аристократа, дар, который показывает истинный потенциал любого человека, и билет в один конец до академии, куда ссылают тех, кого империя решила забыть. Мой отец уверен, что избавился от позора рода. Ну-ну. Эти «безнадёжные» не слабые — их просто никто нормально не учил. А я полжизни натаскивал посредственностей до уровня чемпионов и вижу в каждом из них то, чего не видит никто. Включая их самих. Так что спасибо,...

Итак, что мы имеем? Пятьдесят четыре года опыта в теле семнадцатилетнего аристократа, дар, который показывает истинный потенциал любого человека, и билет в один конец до академии, куда ссылают тех, кого империя решила забыть. Мой отец уверен, что избавился от позора рода. Ну-ну. Эти «безнадёжные» не слабые — их просто никто нормально не учил. А я полжизни натаскивал посредственностей до уровня чемпионов и вижу в каждом из них то, чего не видит никто. Включая их самих. Так что спасибо,...

Итак, что мы имеем? Пятьдесят четыре года опыта в теле семнадцатилетнего аристократа, дар, который показывает истинный потенциал любого человека, и билет в один конец до академии, куда ссылают тех, кого империя решила забыть. Мой отец уверен, что избавился от позора рода. Ну-ну. Эти «безнадёжные» не слабые — их просто никто нормально не учил. А я полжизни натаскивал посредственностей до уровня чемпионов и вижу в каждом из них то, чего не видит никто. Включая их самих. Так что спасибо,...

Итак, что мы имеем? Пятьдесят четыре года опыта в теле семнадцатилетнего аристократа, дар, который показывает истинный потенциал любого человека, и билет в один конец до академии, куда ссылают тех, кого империя решила забыть. Мой отец уверен, что избавился от позора рода. Ну-ну. Эти «безнадёжные» не слабые — их просто никто нормально не учил. А я полжизни натаскивал посредственностей до уровня чемпионов и вижу в каждом из них то, чего не видит никто. Включая их самих. Так что спасибо,...

После неудачного брака я была твердо убеждена, что больше никогда не наступлю на эти грабли. Но, как водится, никогда не говори никогда… Другой мир, новое тело и ворох проблем, которые я просто не смогу решить, если срочно не выйду замуж. Могла ли я подумать, что после всего, что произошло со мной на Земле, я сама буду настаивать на замужестве?