- Делия?
– Дура. Набитая и недобитая. Могла бы что угодно, если ее как следует мотивировать.
– Такая дура?
– Полная.
– А такая красивая…
– Врешь как засватанный, – определила я. – Пробуем еще раз, до пяти попыток?
Лэрр скрипнул зубами.
– А если это не моя тайна?
– У тебя осталось еще три попытки.
– Ну ты и стерва.
А ты, миляга, пробуешь надуть бухгалтера с тридцатилетним опытом работы. Наивняк называется. И не такие пытались, да там и остались.
Приехала Эрвина Жескар.
Я полюбовалась, покачала головой. Что тут скажешь? Боевая лошадь в атаке на козла.
Жестоко? А ни фига!
Очень лошадеобразная дама, длинная, мосластая, с волосами неопределенно-пегого цвета, с лицом, словно засиженным веснушками, и невыразительными глазками. Да, Делии даже стараться не надо было. Встань рядом с этим сокровищем – и улыбайся. И ты уже мисс планеты.
Как известно, жена – это вторая половинка. А если она дура? Женишься на умной женщине, так и будешь всю жизнь сыром по маслу кататься. Женишься на дуре – будешь ежиком в нефти. Печально, но факт.
ларра Делия, почему вы мне уже не нравитесь?
Ответа долго ждать не пришлось.
Ларра Делия мне не понравилась по простой и понятной причине. Она была дурой.
Гольной, взгальной, истеричной… все, что у нее было, – это мордашка. И, полагаю, небольшое приданое. В остальном же…
Трещала она не умолкая, и всю ее биографию я из этого треска выудила без особого труда.
Она трещала, пока их устраивали по комнатам. Пока распоряжалась подать ужин. Пока мылась и переодевалась…
Да, был бы у меня такой домик, бывший бы от зависти на воротах удавился. Он так гордился своим гектаром… а тут – вот просто, насколько взгляда хватает, вся земля принадлежит лэрру. На ней есть арендаторы, это я поняла из разговоров. И города на земле хозяина есть.
Платят аренду, платят пошлину, не то чтобы много, но на хлебушек с маслом хватает. И на бочонок икорки в кладовке. Эх, посмотреть бы местную бухгалтерию… аж руки зачесались.
Ладно. Начнем с того, что читать и считать научимся, а уж потом…
А потом я вам покажу, что такое бухгалтер с опытом. Все построю и присчитаю.
– Ладно, суть понятна. Ты богат, у тебя есть наследники… и что им причитается?
– А вот тут самое интересное. Как ты понимаешь, не настолько хорошо я всю эту свору знаю.
– Добрый ты, барин…
– Не знаю, что такое барин, но любовью к родственникам я никогда не отличался и к себе особо не приглашал. Знаешь, сестричка у меня была такая… сначала на коврик встанет, а потом на голову влезет.
– Ты меня понимаешь, создание Хурта?
Чье-чье я создание? Ладно, авось не обматерили.
– Понимаю.
– Сработало. Не верил, а сработало.
– А разъяснения будут? – мрачно поинтересовалась я, двигаясь вперед объемами. – Что сработало, за каким тебе это надо было и что с нами дальше будет?
– Будут, а то ж, – согласился мужчина. – Дай минуту передохнуть, а то чуть не сдох, и все расскажу.
Я кивнула.
Передохну́ть – не передо́хнуть. Надеюсь.
— А это госпожа Маршалла Вивьен, она…
— Всего лишь купленная у ковена ведьма для твоего брата, — припечатала я с холодной улыбкой, немного скривившись от омерзения. Да, когда говоришь такое о себе вслух, то надо быть закоренелым циником и пофигистом. У меня пока идеально не получается. Ничего, вероятно, ещё будет не одна возможность отточить сие умение.
Считываю реакцию на свои слова. Ненавижу по глупости созданные ситуации из-за не сказанной вовремя правды!
— Я буду вынужден сообщить Владеющему. Требовать от тебя ответов — только его право, к сожалению, — произнес он холодно.
— Сделай одолжение, — вздохнула я. — Мне правда нечего тебе сказать, пусть ты в это и не веришь.