Если уж предстояло выйти замуж еще раз — за одного и того же мужчину — то я бы хотела надеть белоснежно-белое, как принято на далекой Земле, где я так и не успела побывать, но обязательно, обязательно туда отправлюсь!
- Конечно, все вокруг тебя ошибаются, один лишь ты - единственный и непогрешимый в своей правоте
на Королевском Отборе у избранниц не бывает подруг. Здесь каждый сам за себя, и все - за принца Стефана.
- Людская психика - дело сложное, - выдержав паузу, заявила ему вполне спокойно. - Бывает, кажется, что с человеком все в полном порядке, а на деле оказывается, что все далеко... гм... не в порядке!
- Мне кажется, они во многом похожи – Дункан и Морган Гроверы. Оба игроки, готовые поставить на кон последнюю рубашку, потому что уверены в свою победу. В то, что им все по плечу. – Я снова взяла в руки портрет Моргана. – В этом и заключается их слабое место – они излишне самоуверенны. Но на каждого подобного игрока найдется тот, кто способен его перехитрить.
– Значит, нам остается только надеяться...
- И еще молиться, дитя мое!
Я тоже подумала о… многом. Например, о том, что разговорчивый Хайден – настоящая находка для шпиона.
Вот знаете, как когда на ногу падает книжка и ты радуешься, что не весь шкаф, вот так обрадовалась.
И вот тут я снова почувствовала разницу в скорости нашего мышления. Я — из века огромных объемов информации, огромной скоростью течения жизни, думаю намного быстрее, чем мое окружение. Это не их вина и не моя, это факт. Сразу стало понятно, почему моя реакция на известие о войне вызвала удовольствие императора: он был уверен, что возможные последствия я осознаю к утру и ко времени нашей встречи окончательно убоюсь. Я для него была как интересная игрушка — вроде такая же, как остальные, а на деле немножко другая.
Пока я шлепала босыми ногами по холодному дворцовому полу, я старательно смотрела прямо перед собой и поплотнее поддерживала одеяло. Хотя я, конечно, вполне могла себе позволить повторить подвиг известной в моем мире леди Годивы, но, во-первых, у меня не было таких принципиальных вопросов, как у нее, а во-вторых, не было лошади.