Я ее тут же открыла и обнаружила помолвочные кандалы. Ой! В смысле браслеты. Очень красивые, серебряные, тончайшей работы кандалы. Ну, в смысле браслеты.
— Ты какая-то, — он задумался, — пугающая.
— Чего? — Заподозрила неладное я.
— Когда ты такая дружелюбная, я тебя боюсь.
— Общие пытки сближают, знаешь ли. — Пожала плечами я.
Оказалось, что я знаю столько всего, что даже неловко за мои мысли в начале.
Хорошо знакомое желание действовать немедленно, которое захватывало меня всякий раз, когда я ощущала завершенность какого-то процесса, жгло изнутри. Я чувствовала себя всесильной, потому что у меня была воля к успеху.
Почти все придворные были бы счастливы меня отравить, заполучить к себе в партнеры или просто появиться со мной в свете. Зависимо от высоты положения.
— Зачем сбежала? — Мрачно осведомился он.
— Не сбежала, а отправилась строить собственную жизнь. — Старательно изображая безмятежность, поправила я.
Когда я говорила, что Боги мне благоволят, я не подумала о том, что у любого везения должна быть цена. Моей ценой за такую сказочную удачу оказались размеры филея, который меня ожидал.
... сражаться против бабушки очень сложно. Даже дедушка ходил на нее в словесную рукопашную, слегка напившись для храбрости.
– Я пришла вам кое-что вернуть…
- Нервные клетки? – язвительно спросил дракон. – Собери их в кучку и похорони их где-нибудь в красивом месте.
– Что? Совесть мучает? Запомни, у нас в семье отродясь ее не было! Или погоди! Тебе ее что? Дед по наследству передал? Он –то совестливый был. Как накосячит, так сразу кабздец каким ласковым становился! Прямо не дед, а котик!