- Ну, чего лежишь, как бревно! – скомандовала бабушка. – Разлегси тут! Ты че? Отдыхать пришел? Кабздехаться не умеешь? Или забыл уже как? Ниче, я подскажу! Я-то еще помню!
Глаз дракона дернулся. Я тщательно сдерживала улыбку.
- Ну, шустрее! Гиде страсть? Гиде она? – язвительно выдавала бабушка. – Старость вижу, страсть нет!
- Я буду контролировать процесс, - заметила бабушка. – И комментировать! Все-таки у внучки первый раз! А одна она боится! По другому никак. Так что или так, или никак! Выбирай!
- Мы почему выжили? Потому что у тараканов учились,- сокрушалась бабушка, пока девушки смотрели на нее с ужасом. – Быстро, шустро, и как только свет зажигается, сразу по кровать.
- Было ему много баб! Собрала я весь престарелый клуб вязания. А вязальщицы, дамы благородные. Это мужики после рюмочки чая лыка не вяжут. А эти как давай сплетни все подряд. Через два часа деда твоего вынесли. Дохтур сказал, усе. Но ничего, выходили.
- Вы забыли, наверное… Сегодня, как бы… четверг…
- Четверг, четверг, - задумался дракон. – А что у нас в четверг?
- У вас светский раут, сэр, - послышался робкий голос слуги. – Но все почему-то называют это пьяной оргией. У вас она каждый четверг, сэр…
- А, - поморщился дракон, поглядывая на меня. – А ее нельзя как–нибудь перенести?
- Гости в прошлый раз ее сами еле перенесли, - полушепотом отозвался слуга. – Вы тоже в прошлый раз ее едва перенесли…
Поместье приближалось к нам со скоростью одно бабушкино ругательство в секунду.
- Дорогая Вальпургия! – ядовито заметил дракон. – Я бы рад, но меня жена ревновать будет!
- Не буду, - ответила я, вздохнув. – К бабушке не буду! Старшим нужно уступать свое место! Даже если оно в драконьей постели!
Я с любопытством рассматривала красавицу. Одета она была, как говорит бабушка, в стиле «смотри, что у меня есть!». И ничуть этого не стеснялась!
- Кто там собрался тыкать своими полномочиями в наши обязанности! – послышался недовольный голос
- Бабушка, а если я замуж не выйду? – спросила я, понимая, что надо мной все посмеиваются.
- А куда ты денешься! Погоди, сейчас самые пылкие и неразборчивые женятся, а самые рассудительные и осторожные останутся! – утешала меня бабушка.