У нас и так при дворе сплошные неадекваты. Нам чужих не надо.
А если вдруг она решила поискать совесть у Сэма Родена, то это совершенно зря. Не бывает совестливых министров. Им по должности не положено.
Дружим мы потому, что надо, а не потому, что хотим.
Радость от будущей гадости гораздо вкуснее, чем наслаждение ее результатом.
– Меня кто-то укусил, – раздраженно бросил мужчина, поднимаясь на ноги.
– Надеюсь, эта блоха не была бешеной, - с максимальным участием заметила я.
– Что? – он неуверенным жестом одернул сюртук. – Откуда во дворце блоха?
– Проникла, – пожала я плечами. - Вряд ли ей пропуск выписывали.
Уже спустя три дня перед нашим домом остановилась повозка. В ней, на стоге сена, сидела комиссия с очень пафосными лицами. Для детей это было развлечение, а вот взрослые насторожились. Но пришлые оказались вежливыми. Думаю, этому немало способствовала кувалда в руке отца.
Его Высочество работал, не покладая рук, и не жалея себя на ниве творчества. Он отвечал на вoсторженные письма девушек. За звание главного кобеля при дворе и велось негласное соревнование с Сэмом Роденом. Только последний о нем не знал, и участвовал исключительно от любви к делу.
— Он не хочет выполнять свой долг! — король был возмущен
— Не хочет, но выполняет. Поэтому дай ему хоть какую то свободу.
— От своего предназначения?
— От предназначения тоже иногда нужно отдыхать.
для многих такое обращение стало большим стрессом. И если представители самых благородных родов держались за счет вбитых розгами с младенчества принципов и понятий, подходящих для королевского дворца, то девушки из отдаленных городов, привыкших в своих провинциях быть центром мироздания, заметно нервничали.
— Чего нет в мыслях, того в глазах не увидишь, — вспомнила я изречение восточных мудрецов.