Жить одной – это талант. Надо уметь ни за кого не отвечать, ни о ком не заботиться. Не надо оправдываться и делиться.
Ну в чем она виновата? Ищите мужа. Легко сказать. Его ищут все и в 20, и в 30. А в 40 это практически невозможно. Конечно, она могла бы приютить у себя в московской шикарной квартире какого-нибудь провинциала, который ради прописки поначалу носил бы ее на руках, а потом радостно через суд оттяпал бы себе половину ее жизни вместе с дачей, гаражом и машиной, в обнимку с нарисовавшейся не пойми откуда землячкой с Украины лет так двадцати.
- Вы? Как вы сюда попали?!
Все-таки дамы не всегда способны быстро соображать и внятно выражать свои мысли, впрочем, не удивительно, при виде его многие теряли разум.
Реймонд прекрасно понимал - честь леди свахи должны быть вне подозрений. И да, он не собирался ее компрометировать. Ни в коем случае! Он собирался пройти по опасной грани, и от этого все чувства были острее.
Реймонд прекрасно знал, как действует на женщин. С его точки зрения, женщины именно для того и были предназначены, чтобы ненавязчиво радовать глаз мужчины и держаться на расстоянии.
- Папа! - Лиззи сползает рук милорда.
- Слушаю тебя, дочь! - торжественно говорит милорд.
- Ты - всё испортил!
- Ты должен опуститься на колено, как принц! Аби должна быть в розовом платье.
- Розовом? - уточнил милорд, слушая очень внимательно.
- Да! Во дворце. Ну, или хотя бы в нашем саду. Не в грязном подземелье!
- Думаю, ты права Лиззи.
Ройсбург ... меня целует. Нежно. Обещает, что всегда будет рядом. Ноги подкашиваются, по телу разливается тепло.
- Ройсбург, - хмыкает король. - Вы не слишком ли увлеклись?
- Ваше величество, - точь-в -точь с папиными интонациями выдает Лиззи. - Не отвлекайте папу, у него аура лучше становится!
- Что? - судя по голосу, его величество ошарашен.
Вдруг стало жаль это существо всем сердцем! Нельзя любить в человеке только хорошее. В каждом из нас есть свет и тьма, добро и зло, щедрость и жадность, смелость и трусость. Вопрос лишь в том, что побеждает.
— Назовешь еще раз куколкой, — прошипела, — И никакой свадьбы не будет.
— Это еще почему?
— Потому что я не желаю быть как все эти твои… куколки!
— Никого не помню… а что, был кто-то до тебя?
У великовозрастных игроков их дети всегда были любимыми игрушками