— Нет в тебе, Лерка, чуткости, — покачал головой участковый. — Злая ты женщина.
Дорская фыркнула:
— Я не злая, я отдыхать хочу. А с этим не отдохнешь нормально. Он вечно есть просит. А готовить не хочет. Нахлебник.
— Посуда на тебе, — сообщила Дорская после то ли позднего завтрака, то ли раннего обеда.
— Опять, — проворчал Славик. — А на тебе когда будет?
— А вот спроважу тебя куда подальше, и на мне будет.
— Стерва.
— Удивил.
— Все старые девы такие язвы?
— Понятия не имею, — Лера зевнула. Сказывалась усталость. — Я ни с кем, кроме себя любимой, не знакома.
— Не выйдет, — оторвавшись от вязания, насмешливо заявила Лера. — Я не проклинаемая.
— Что за чушь! — оскорбленно вскинулся Славик. — С чего ты взяла, что я хочу тебя проклясть?!
— А ты в зеркало посмотри. У тебя на лбу написано: «Ведьма, стерва, прокляну гадину!».
Мама всегда твердила, что тем, кто беден, нужно владеть несколькими профессиями. И Лера, слушая ее, научилась много делать самостоятельно.
— Люблю видеть хозяйственных женщин.
— Потому что сам ничего не умеешь? — уточнила Лера, не отрываясь от спиц.
— Вы меня выгоняете? — совершенно искренне изумился незнакомец. — На улицу?! Под дождь?!
Прозвучало это так, будто Лера отправляла его на мучительную казнь.
— Зонт дам, — ответила злобно она.
Что за идиотская привычка – стоять и радоваться, откладывая решение на потом? Когда я видела подобное в фильмах, то удивлялась тупости злодеев. Ну поймал ты героя – прибей его, а потом разговаривай.
Я дура.
– Не берусь судить.
– Что я наделала!
– С этого места поподробнее.
Застыв посреди комнаты, я решительно произнесла:
– Надо извиниться.
– Надо мне рассказать. Я же лопну от любопытства. У вас же что-то там такое интересное произошло, а ты молчишь.
Слышал бы он трехэтажные перлы нашей соседки бабы Маши. Когда она заводилась, а происходило это каждый раз, когда дед Саша приходил домой на бровях, петухи замолкали, соловьи заслушивались