Мои цитаты из книг
— Это бесполезно, — она устало выдыхает. — Он в молодости много дрался, ему отбили чувство вкуса.
ОНА ДОЛЖНА БЫЛА СТАТЬ РАЗМЕННОЙ МОНЕТОЙ. НО СТАЛА ЕГО СУДЬБОЙ — Ваш муж погиб сегодня. — Фиктивный муж, — я поправляю юриста. — У нас не было отношений, он навязал мне контракт силой. — Лучше молчите об этом, Татьяна. Он оставил вас наследницей. — Но мне не нужны его деньги... — Не переживайте, его партнер с радостью заберет их себе. Александр Чертов жестокий и опасный человек, лучше убедите его, что вы безутешная вдова, — юрист задумывается. — А еще лучше приглянитесь ему. —...
— С женщинами всегда надо быть начеку.
— Я вечно об этом забываю.
ОНА ДОЛЖНА БЫЛА СТАТЬ РАЗМЕННОЙ МОНЕТОЙ. НО СТАЛА ЕГО СУДЬБОЙ — Ваш муж погиб сегодня. — Фиктивный муж, — я поправляю юриста. — У нас не было отношений, он навязал мне контракт силой. — Лучше молчите об этом, Татьяна. Он оставил вас наследницей. — Но мне не нужны его деньги... — Не переживайте, его партнер с радостью заберет их себе. Александр Чертов жестокий и опасный человек, лучше убедите его, что вы безутешная вдова, — юрист задумывается. — А еще лучше приглянитесь ему. —...
— И какая у меня реакция?
— Ты хочешь почувствовать жизнь острее. Хочешь убедиться, что пуля прошла мимо и ты правда жива
ОНА ДОЛЖНА БЫЛА СТАТЬ РАЗМЕННОЙ МОНЕТОЙ. НО СТАЛА ЕГО СУДЬБОЙ — Ваш муж погиб сегодня. — Фиктивный муж, — я поправляю юриста. — У нас не было отношений, он навязал мне контракт силой. — Лучше молчите об этом, Татьяна. Он оставил вас наследницей. — Но мне не нужны его деньги... — Не переживайте, его партнер с радостью заберет их себе. Александр Чертов жестокий и опасный человек, лучше убедите его, что вы безутешная вдова, — юрист задумывается. — А еще лучше приглянитесь ему. —...
Я машинально делаю шаг к стулу, но все же прихожу в себя. Пугаюсь не его, а того, как легко он умеет запугивать. Подчинять. Буквально одна интонация в голосе и в красках понимаешь, что ты пыль под его ногами.
ОНА ДОЛЖНА БЫЛА СТАТЬ РАЗМЕННОЙ МОНЕТОЙ. НО СТАЛА ЕГО СУДЬБОЙ — Ваш муж погиб сегодня. — Фиктивный муж, — я поправляю юриста. — У нас не было отношений, он навязал мне контракт силой. — Лучше молчите об этом, Татьяна. Он оставил вас наследницей. — Но мне не нужны его деньги... — Не переживайте, его партнер с радостью заберет их себе. Александр Чертов жестокий и опасный человек, лучше убедите его, что вы безутешная вдова, — юрист задумывается. — А еще лучше приглянитесь ему. —...
От него буквально веет грехами. Ноты элитного парфюма ничего не могут поделать с ароматом темного прошлого, который исходит от него.
ОНА ДОЛЖНА БЫЛА СТАТЬ РАЗМЕННОЙ МОНЕТОЙ. НО СТАЛА ЕГО СУДЬБОЙ — Ваш муж погиб сегодня. — Фиктивный муж, — я поправляю юриста. — У нас не было отношений, он навязал мне контракт силой. — Лучше молчите об этом, Татьяна. Он оставил вас наследницей. — Но мне не нужны его деньги... — Не переживайте, его партнер с радостью заберет их себе. Александр Чертов жестокий и опасный человек, лучше убедите его, что вы безутешная вдова, — юрист задумывается. — А еще лучше приглянитесь ему. —...
— Оль, ты уже в себе или мне ещё подождать? — Зара стоит, прислонившись плечом к стеллажу, и насмешливо улыбается.
— Я всегда в себе, — задумчиво отвечаю я
Архив — тёмный, пыльный и заваленный хламом. Новый начальник — изворотливый, вредный и слишком молодой. Старый — всё такой же деспотичный, опасный и… заинтересованный?
Нет уж, Ольге хватило пяти лет рабства, чтобы заречься иметь дело с Александром Дальским! Любые дела. Вот только что будет, если арктический во всех смыслах взгляд обретёт человеческие чувства? И стоит ли это её спокойствия?..
— Оль, — Зара удерживает меня за руку, заставив развернуться к ней лицом, — по-твоему я идиотка?
— Нет, ты студентка, комсомолка, спортсменка и просто красавица!
Архив — тёмный, пыльный и заваленный хламом. Новый начальник — изворотливый, вредный и слишком молодой. Старый — всё такой же деспотичный, опасный и… заинтересованный?
Нет уж, Ольге хватило пяти лет рабства, чтобы заречься иметь дело с Александром Дальским! Любые дела. Вот только что будет, если арктический во всех смыслах взгляд обретёт человеческие чувства? И стоит ли это её спокойствия?..
— А то, что я «глупая вздорная девчонка, умеющая только покупать тряпки и тратить папины деньги»? Предлагаешь понять и простить?! — снова распаляется она.
— Отомстить и женить, — хмыкаю я. — Если Крамель такой недальновидный, пусть всю жизнь мучается.
Архив — тёмный, пыльный и заваленный хламом. Новый начальник — изворотливый, вредный и слишком молодой. Старый — всё такой же деспотичный, опасный и… заинтересованный?
Нет уж, Ольге хватило пяти лет рабства, чтобы заречься иметь дело с Александром Дальским! Любые дела. Вот только что будет, если арктический во всех смыслах взгляд обретёт человеческие чувства? И стоит ли это её спокойствия?..
Кажется, только сейчас Крамель осознаёт насколько поспешил и кривится. А что, он тоже не Бентли с подарочным бантом, но я же терплю.
Архив — тёмный, пыльный и заваленный хламом. Новый начальник — изворотливый, вредный и слишком молодой. Старый — всё такой же деспотичный, опасный и… заинтересованный?
Нет уж, Ольге хватило пяти лет рабства, чтобы заречься иметь дело с Александром Дальским! Любые дела. Вот только что будет, если арктический во всех смыслах взгляд обретёт человеческие чувства? И стоит ли это её спокойствия?..
— Ты как, держишься? — Сочувствие в этом голосе отсутствует как вид, всё-таки у медиков самая жёсткая и быстрая профдеформация.
Архив — тёмный, пыльный и заваленный хламом. Новый начальник — изворотливый, вредный и слишком молодой. Старый — всё такой же деспотичный, опасный и… заинтересованный?
Нет уж, Ольге хватило пяти лет рабства, чтобы заречься иметь дело с Александром Дальским! Любые дела. Вот только что будет, если арктический во всех смыслах взгляд обретёт человеческие чувства? И стоит ли это её спокойствия?..