Коля не нравился ни ей, ни Мали, ни даже ее мужу, которому, казалось, нравилось в этом мире вообще все.
Одна только я почему-то полгода дышала над Коленькой и сдувала с него пылинки. Женщина, что сказать!
Захотелось послать Колю на месте и не ехать ни в какой клуб. Ну, в самом деле, почему он меня не уважает до такой степени?! Я для него бесплатная проститутка, повар и ночлежка. А то, что я девушка, это он всегда забывает.
- Ну, что скажешь, Суровцева?
- Можно я подумаю об этом завтра? - спросила она, чувствуя, что ее отпускает напряжение.
В конце концов, имеет же девушка право иногда разнежиться и почувствовать себя защищенной в крепких мужских объятиях?
Много ли женщине надо, чтобы поплыть? Всего лишь, чтобы оценили ее вклад и труд. И просто оценили. А он бережно прижимал к себе малыша чуть подрагивающими руками и говорил, говорил, говорил. Негромко, только для нее.
«Да-да», - сказала она себе. - «Уши у нас созданы для лапши».
Но слушала его, не в силах шевельнуться.
Разве люди понимают, откуда берутся дети? Нихрена они не понимают. Просто раз - и привалит в жизни такое счастье. И вот.
- Ты глянь! То не было никого, а тут аж двое. Прямо подарок на Новый год! Маринка, не зевай, бери этого, он вон какой лихой!
Ничего общего с глянцевой, инстаграмной, словно отфошоптенной красотой Лизы. Нестандартное лицо, но ведь в этом и есть смысл истинной исключительности. Штучная работа, таких больше нет.
- За тобою бегала, дед Мороз! Пролила не мало я горьких слёз!
Из чего Марина сделала вывод, что не зря они сбивались в кучки, наверняка, уже начали игристое пробовать. Ну как же, Лидка же говорила, пробовать надо, а то вдруг прокисло? В итоге всем было весело
Влад не терпел женских истерик. И вообще, у него была работа, деньги сами себя не сделают.
Влад смотрел на нее и все хотел спросить:
«Ну что, Суровцева? Как оно тебе замужем?»
А она торопилась и счастливой женщиной не выглядела. Больше тянула на затраханную жизнью разведенку.