— Что ж, этот бой вы выиграли. Но не обольщайтесь, выигранный бой — это не выигранная война.
— Твоя пассия ждет — не дождется тебя около леса, — иронично произнесла девочка. — По ее инициативе мужчины прыгают на лошадях через овраг, и она надеется, что ты присоединишься к ним и покажешь себя таким же болваном, как и остальные.
— Вы лжете, мадам, — безжалостно произнесла Селина. — Ибо сокрытие правды тоже ложь.
– Нехорошо завидовать, Снежкова! Или ты до сих пор плачешь, что я тебя бросил?
А вот врать не надо! Мы мирно расстались со скандалом на глазах студентов всего института.
Я уверена – если бы я купила обычную открытку и подарила ее какой-нибудь пожилой женщине, она тоже бы обрадовалась. Но почему-то мне это никогда не приходило в голову. – Я помолчала. – В следующем году обязательно этим займусь. Чужая радость… даже не знаю, как объяснить… окрыляет?
- Ну что, Снегурочка, – лукаво произнес Дед Мороз, закидывая на плечо большой разноцветный мешок, видимо, с подарками. – Готова к труду и обороне?
– С соблюдением рабочего графика, – строго ответила я. – Не позже одиннадцати я должна покинуть отель.
– А ничего, что я не знаю программы вашего выступления и понятия не имею, что должна говорить Снегурочка?
Стас отмахнулся:
– Все, что в голову придет. Главное – не выходить за рамки Уголовного и, желательно, Административного кодекса.
– Кристина, ты там уснула?!
– Извините, Тимур Аркадьевич, у меня терамису подгорело, – не удержалась я.
Я – как вулкан. Долго терплю, молчу стиснув зубы ее выпады в мою сторону. Но если рванет, кто-то пострадает.
Бармены, вроде как, неплохие психологи, но в моем случае будет достаточно сочувствующего взгляда и почетной таблички “Лох”.