— А в сундуке? Тебе не интересно, что там?
— Знаешь… любопытство сгубило кошку. Что-то мне подсказывает, что там тайна слишком великая для меня. Меньше знаешь, крепче спишь…
Ради тебя двое уже взрослых мужчин совершают глупости и влезают за тобой в неприятности. Я в твоем возрасте была скромнее, знаешь ли. Ради меня тогда только один мужчина глупости делал. Тут гордиться надо, а не раскисать.
— Семья — это всего лишь возможность наладить отношения. А вот насколько близки в ней будут люди, зависит уже от обоих супругов.
И тебе пора бы уже понять, что твой муж существует вовсе не для того, чтобы обеспечивать твой статус!
Наташа посмотрела на председателя:
— Спасибо, господин Мэкалль.
Тот поперхнулся гневными словами, замер, потом махнул рукой:
— И в кого ты такая догадливая?
— В папу, — улыбнулась девочка. — И как все прошло?
— Вот молодость, — хмыкнул Дарк. — Заварила кашу, поставила на уши весь Сенат и спокойно дрыхнет в тюремной камере, словно у себя дома.
— Я все слышу, Дарк, — пробормотала девочка и перевернулась на другой бок. — Минус один деж из зарплаты за непочтительное отношение к клиенту.
— Я переоденусь.
— Отвернуться? — с усмешкой поинтересовался телохранитель.
— А вы хотите посмотреть? — вернула ему усмешку девочка. — Ладно, не теряйтесь, господин легионер, и можете не отворачиваться.
— А она слово долго не ищет.
— Это точно, — согласился Арет. — Лучше ее не задирать.
Наташа фыркнула, а когда ее спутники в ответ тихонько рассмеялись, буркнула:
— Все мужчины одинаковы.
— Я с каждым беседую на его интеллектуальном уровне, — гордо возвестила Альда, подняв указательный палец. И тут же не удержалась и хихикнула. — Ну не могу же я обсуждать философию Артестена с Милаирой? Она ж посчитает, что я ее ругаю. А если серьезно, то так проще. Проще, когда тебя недооценивают. Люди не любят, когда другие выделяются.
У отца на работе она на любой замок тратила не больше нескольких секунд — изучила каждый вдоль и поперек. Отец ругал дядю Васю, точнее, Василия Дмитриевича, это Наташа называла его дядя Вася, преподавшего маявшейся от безделья девочке несколько уроков взлома. Теперь запирать что-либо от нее было совершенно пустым делом. Дядя Вася гордился успехами ученицы, а отец ругался.
«Теперь у тебя только две дороги, — ворчал он. — Либо в милицию, либо во взломщики».
— Повзрослей уже, болван. Мир не вертится вокруг тебя, и все остальные люди живут вовсе не с мыслью как-то навредить тебе или унизить. Твои же проблемы исключительно твоя собственная заслуга. И чем раньше ты это поймешь — тем проще тебе будет дальше.