Мои цитаты из книг
- я сама никогда не знала, что мне нужно. А теперь, кажется, знаю.
— Только кажется? — он притянул ее к себе и заглянул в ее синие, как небо, глаза.
— Мне свойственно сомневаться, и тебе придется привыкнуть к этой черте. Только сейчас я не сомневаюсь совсем. Настолько не сомневаюсь, что даже страшно.
Любовь — понятие, изучаемое тысячелетиями, но малоизученное и на сегодняшний день. Иногда достаточно одного взгляда, чтобы осознать готовность всю жизнь провести с одним человеком. Но нужны годы, чтобы научиться этому человеку верить.
Их десятидневное знакомство — случайность. Но бывает, что десять дней важнее и значимее всей прочей жизни. Михаилу и Марии еще только предстоит понять эту истину.
А пока… в порту Гамбурга на лайнерное судно села пассажирка в свадебном платье.
— Ты большая умница, что сбежала со свадьбы. Надеюсь только, что это не войдет у тебя в привычку, — он усмехнулся.
— Подобные привычки аморальны, — проговорила Мария
Любовь — понятие, изучаемое тысячелетиями, но малоизученное и на сегодняшний день. Иногда достаточно одного взгляда, чтобы осознать готовность всю жизнь провести с одним человеком. Но нужны годы, чтобы научиться этому человеку верить.
Их десятидневное знакомство — случайность. Но бывает, что десять дней важнее и значимее всей прочей жизни. Михаилу и Марии еще только предстоит понять эту истину.
А пока… в порту Гамбурга на лайнерное судно села пассажирка в свадебном платье.
— У вас часто бывает такое ощущение, будто крысы на душе скребут?
— Вы хотели сказать, кошки?
— Да нет. «Кошки» — это когда ты потолстела на пять килограммов, или за окном идет проливной дождь. А крысы — это гораздо хуже.
Любовь — понятие, изучаемое тысячелетиями, но малоизученное и на сегодняшний день. Иногда достаточно одного взгляда, чтобы осознать готовность всю жизнь провести с одним человеком. Но нужны годы, чтобы научиться этому человеку верить.
Их десятидневное знакомство — случайность. Но бывает, что десять дней важнее и значимее всей прочей жизни. Михаилу и Марии еще только предстоит понять эту истину.
А пока… в порту Гамбурга на лайнерное судно села пассажирка в свадебном платье.
А он провожал уходящую прочь фигурку в немом оцепенении. Она уходит. Возможно, уходит навсегда. Мог ли он что-то изменить? Наверное, но должен ее отпустить. Она молода, красива, неопытна. Что там еще их разделяет, согласно нормам морали и права?
Любовь — понятие, изучаемое тысячелетиями, но малоизученное и на сегодняшний день. Иногда достаточно одного взгляда, чтобы осознать готовность всю жизнь провести с одним человеком. Но нужны годы, чтобы научиться этому человеку верить.
Их десятидневное знакомство — случайность. Но бывает, что десять дней важнее и значимее всей прочей жизни. Михаилу и Марии еще только предстоит понять эту истину.
А пока… в порту Гамбурга на лайнерное судно села пассажирка в свадебном платье.
А он провожал уходящую прочь фигурку в немом оцепенении. Она уходит. Возможно, уходит навсегда. Мог ли он что-то изменить? Наверное, но должен ее отпустить. Она молода, красива, неопытна. Что там еще их разделяет, согласно нормам морали и права?
Любовь — понятие, изучаемое тысячелетиями, но малоизученное и на сегодняшний день. Иногда достаточно одного взгляда, чтобы осознать готовность всю жизнь провести с одним человеком. Но нужны годы, чтобы научиться этому человеку верить.
Их десятидневное знакомство — случайность. Но бывает, что десять дней важнее и значимее всей прочей жизни. Михаилу и Марии еще только предстоит понять эту истину.
А пока… в порту Гамбурга на лайнерное судно села пассажирка в свадебном платье.
Алые паруса. Александр Грин. Краткое содержание. Про принца и бедную девушку? Мари мысленно ужаснулась. Господи! Ну, был в ее жизни принц. Она за него чуть замуж не вышла. Ничего хорошего из этого не получилось. Не потому что принц был плох — потому, что она его не любила. Впрочем, хорошие сказки всегда отличает то, что герои влюблены, живут долго и счастливо и умирают в один день.
Любовь — понятие, изучаемое тысячелетиями, но малоизученное и на сегодняшний день. Иногда достаточно одного взгляда, чтобы осознать готовность всю жизнь провести с одним человеком. Но нужны годы, чтобы научиться этому человеку верить.
Их десятидневное знакомство — случайность. Но бывает, что десять дней важнее и значимее всей прочей жизни. Михаилу и Марии еще только предстоит понять эту истину.
А пока… в порту Гамбурга на лайнерное судно села пассажирка в свадебном платье.
— Конечно. Это справедливо. Я мог предложить вам гораздо худший сценарий.
— Я знаю, Ральф.
— А что до Мари, то…
— Решать будет Мари! — устало заявил Фредерик.
— Что она может решать?
Действительно… Что она может решать?
Любовь — понятие, изучаемое тысячелетиями, но малоизученное и на сегодняшний день. Иногда достаточно одного взгляда, чтобы осознать готовность всю жизнь провести с одним человеком. Но нужны годы, чтобы научиться этому человеку верить.
Их десятидневное знакомство — случайность. Но бывает, что десять дней важнее и значимее всей прочей жизни. Михаилу и Марии еще только предстоит понять эту истину.
А пока… в порту Гамбурга на лайнерное судно села пассажирка в свадебном платье.
— Давайте отложим танцы, и я провожу вас до каюты.
У нее внутри все сжалось. Ну вот… все и правильно. Все так, как должно быть. Мари подняла на него глаза, мимолетно подумав, какой он высокий, и какой удивительно золотистый у него взгляд. Это освещение, или он, в самом деле, такой?
— Давайте отложим, — тихо проговорила она, не отрывая глаз от его лица. Она не выносила двусмысленности. — И провожать меня, наверное, не нужно. Потому что возле каюты я обязательно сочту необходимым пригласить вас на чай. А вы этого не хотите.
Любовь — понятие, изучаемое тысячелетиями, но малоизученное и на сегодняшний день. Иногда достаточно одного взгляда, чтобы осознать готовность всю жизнь провести с одним человеком. Но нужны годы, чтобы научиться этому человеку верить.
Их десятидневное знакомство — случайность. Но бывает, что десять дней важнее и значимее всей прочей жизни. Михаилу и Марии еще только предстоит понять эту истину.
А пока… в порту Гамбурга на лайнерное судно села пассажирка в свадебном платье.
Читать Тилечку научил священник их прихода, или как там у них это называлось, это ещё до Ордена случилось. Она была маленькой, и не целый день должна была помогать матери по хозяйству, так вот свободное время и использовалось для получения знаний. Братья и сёстры считали её дурочкой — вместо того, чтобы гулять и играть с соседскими детьми, она ходила учиться к священнику! Правда, священник был стар и добр к детям
Лизавета, сотрудник фондов провинциального музея, находит среди новых экспонатов непонятный предмет и пытается его почистить, а он в ответ переносит её неведомо куда. Дивный новый мир оказывается магическим — раз, погрязшим в интригах — два и не очень-то развитым технически — три. Но где наша не пропадала, хоть бы и в магическом мире! Другое дело, что оказалась там Лизавета не по своей воле, и даже не случайно, а для выполнения некоей миссии, которая, в случае успеха, приведёт к власти кучку...
– Мы кружим вокруг доньи Иржины почти месяц, и не добились успеха. Поэтому уступили и наблюдаем. Стоит тебе ошибиться, и каждый из нас будет счастлив, отвести ее к алтарю.
– Ошибиться? – напрягся принц.
– Женщины в положении чувствительны, слезливы и переменчивы, – философски заметил дон, – меня устроит даже огорченная невеста, я умею утешать женщин!
Иржина получила немало ударов от судьбы, но самый большой ждал ее впереди. Любовь юной и наивной девушки жестоко растоптали. Она захлопнула шкатулку своих чувств и с той поры известна в театральном мире, как «певчая птичка» запершая свое сердце в клетку. А годы идут и однажды известная певица получает необычное, почти скандальное предложение. Что принесет оно в размеренное существование примы?