Рузмила

— Такая мне и нужна, — Градов Марк Валентинович медленно кивает, не спуская с меня пристального взгляда. — Какая такая? — я осмеливаюсь спросить. Ответ меня убивает на месте. — Отчаянная, потерянная, без денег и та, кто уже прожила лучшие годы, — высокомерно хмыкает. — И ничем не примечательная тетка. — Тетка? — охаю я. — Твои дети выросли, и любить тебе уже некого. Не о ком заботиться,— цинично продолжает Марк Валентинович, — ты никому не нужна. — Это возмутительно! — я вскакиваю на ноги....

Когда муж заявил о разводе, я не умерла, а переродилась. Вместо того, чтобы рыдать в подушку, я решила жить свою лучшую жизнь. Пока бывший судорожно пытался справляться с «сюрпризом» — детьми, оставшимися из упрямства с предателем, я раскручивала новый бизнес, встречалась с подругами и, о боги, начала ходить на свидания. Молодой нахал из спортзала, чья улыбка сбивает мой пульс, или роскошный миллиардер, готовый вложить в мой проект целое состояние? Решать только мне. Я свободна, сильна и...

— Мы с вами незнакомы и никогда не пересекались. Но я приехал за своим будущим сыном. Брутальный мужчина, которого я вижу впервые в жизни, уверенно врывается в квартиру и протягивает мне какие-то документы из клиники. — Что это? Договор на хранение биоматериала, — бубню себе под нос, бегая глазами по строчкам. — Не знаю, зачем вы мне это показываете. Это не мое. — Спорное утверждение. Дело в том, что теперь это наше общее, — протяжно выдыхает, слегка ухмыляясь одним уголком губ. — Вы прошли...

Сборник из восьми рассказов посвящён Международному женскому дню 8 марта. В этих историях вас ждут различные жизненные ситуации, счастье, юмор и, конечно, любовь.

После того, как у меня на глазах убили мужа, я осталась одна: с недоношенным ребёнком, долгами и свекровью, готовой выставить нас на улицу. И так вышло, что единственным человеком, пришедшим мне на помощь, оказался… брат убийцы. Я должна была его ненавидеть. Держать подальше от себя и дочери. Но чем сильнее я пыталась оттолкнуть его, тем ближе он становился. И теперь я боюсь лишь одного — что однажды он не придёт.