Мои цитаты из книг
От стен пахло сосновой смолой. Щелевка на стенах была новая, золотистая. В широкое светлое окно лезли сосновые ветки и заглядывал любопытный щегол. А посреди затоптанного, давно не мытого и не метенного пола помещался аппарат, такой же неуместный в сосновой тиши, как пулемет посреди клубничной грядки. Он был похож на груду лома. Удивленный глаз выхватывал из хаоса деталей то старый радиоприемник на побелевшем от времени шасси, то гирлянду полупроводников, то медную спираль. В глубине отсвечивала зеленым керамика шестизарядного «посредника». Все это теснилось вокруг рупора, спаянного из консервных банок и направленного в потолок. Среди полей белой жести синели обрывки слов: «тлант», «посол» и «ская прян». И еще волна, сеть и рыбий хвост.
«Сельдь атлантическая пряного посола», — понял Зернов и спросил с сомнением в голосе:
— Это и есть ваш инвертор?
— Это инвертор пространства, — ответил Иван Кузьмич.
Александр Исаакович Мирер (1927–2001) — замечательный фантаст, переводчик, литературовед. В фантастике дебютировал повестью «Будет хороший день», за которой последовали «У меня девять жизней», «Обсидиановый нож», «Субмарина „Голубой кит“»… Но самым знаменитым произведением писателя стала дилогия «Главный полдень» — «Дом скитальцев», с поразительной тщательностью и убедительностью описывающая вторжение на Землю агрессивных инопланетян — «похитителей тел». На этой культовой книге, по праву...
Только рабам свойственно испытывать радость при чужом падении. „Падающего толкни“. Переход от подобострастия к злорадству — вот истинное клеймо раба.
Александр Исаакович Мирер (1927–2001) — замечательный фантаст, переводчик, литературовед. В фантастике дебютировал повестью «Будет хороший день», за которой последовали «У меня девять жизней», «Обсидиановый нож», «Субмарина „Голубой кит“»… Но самым знаменитым произведением писателя стала дилогия «Главный полдень» — «Дом скитальцев», с поразительной тщательностью и убедительностью описывающая вторжение на Землю агрессивных инопланетян — «похитителей тел». На этой культовой книге, по праву...
Дачный поселок стоял на фундаменте из сосновых корней, и летние радости стояли на них и казались вечными, как сосны
Александр Исаакович Мирер (1927–2001) — замечательный фантаст, переводчик, литературовед. В фантастике дебютировал повестью «Будет хороший день», за которой последовали «У меня девять жизней», «Обсидиановый нож», «Субмарина „Голубой кит“»… Но самым знаменитым произведением писателя стала дилогия «Главный полдень» — «Дом скитальцев», с поразительной тщательностью и убедительностью описывающая вторжение на Землю агрессивных инопланетян — «похитителей тел». На этой культовой книге, по праву...
Это был коллективный еж Тимофей Иваныч, он жил у колодца и ловил лягушек. Иногда его приглашали в дачи ловить мышей. Он истреблял мышей и неизменно возвращался к колодцу.
Александр Исаакович Мирер (1927–2001) — замечательный фантаст, переводчик, литературовед. В фантастике дебютировал повестью «Будет хороший день», за которой последовали «У меня девять жизней», «Обсидиановый нож», «Субмарина „Голубой кит“»… Но самым знаменитым произведением писателя стала дилогия «Главный полдень» — «Дом скитальцев», с поразительной тщательностью и убедительностью описывающая вторжение на Землю агрессивных инопланетян — «похитителей тел». На этой культовой книге, по праву...
Из-за пазухи вынув щенка-сироту, Обратился Хозяин со словом к коту: “Вот что, серый! На время забудь про мышей: Позаботиться надобно о малыше.
Будешь дядькой кутёнку, пока подрастёт?” – “Мур-мур-мяу!” – согласно ответствовал кот. И тотчас озадачился множеством дел – Обогрел, и утешил, и песенку спел.
А потом о науках пошёл разговор: Как из блюдечка пить, как проситься во двор, Как гонять петуха и сварливых гусей… Время быстро бежало для новых друзей.
За весною весна, за метелью метель… Вместо плаксы щенка стал красавец кобель. И, всему отведя в этой жизни черёд, Под садовым кустом упокоился кот.
Долго гладил Хозяин притихшего пса… А потом произнёс, поглядев в небеса: “Все мы смертны, лохматый… Но знай, что душа Очень скоро в другого войдёт малыша!”
Пёс послушал, как будто понять его мог, И… под вечер котёнка домой приволок. Тоже – серого! С белым пятном на груди!.. Дескать, строго, Хозяин, меня не суди!
Видишь, маленький плачет ? Налей молока! Я же котику дядькой побуду пока…
Роман «Волкодав», впервые напечатанный в 1995 году, не только завоевал любовь миллионов читателей, но и открыл российской публике новый литературный жанр – «славянская фэнтези». Вслед за первой книгой были опубликованы «Волкодав. Право на поединок» и «Волкодав. Истовик-камень». «Волкодав. Знамение пути» продолжает историю последнего воина из рода Серого Пса. Все чаще Волкодав будет терзаться вопросом о своем земном предназначении. Ради какого свершения судьба хранила его во тьме подземных...
... нарастал утробный рык старого пса, насмерть вставшего над Вожаком. Он, этот пёс, прожил жалкую и одинокую жизнь, которую жизнью-то в полном смысле называть было зазорно, потому что тянулась она без внятного смысла, без любви, без радостного служения. И вот наступали последние мгновения этой нежизни; пёс отчётливо понимал, что уже не увидит нового дня. Но это было неважно. Он не собирался поджимать хвост и прятаться в конуру, продлевая паскудное существование. Он смотрел на троих кромешников, медленно подходивших к нему, и впервые знал, ради чего и ради кого станет сражаться. Это было счастье.
Роман «Волкодав», впервые напечатанный в 1995 году, не только завоевал любовь миллионов читателей, но и открыл российской публике новый литературный жанр – «славянская фэнтези». Вслед за первой книгой были опубликованы «Волкодав. Право на поединок» и «Волкодав. Истовик-камень». «Волкодав. Знамение пути» продолжает историю последнего воина из рода Серого Пса. Все чаще Волкодав будет терзаться вопросом о своем земном предназначении. Ради какого свершения судьба хранила его во тьме подземных...
За всю свою жизнь Волкодав получил письмо один-единственный раз. Маленький кусочек берёсты, принесённый на лапке верным Мышом. Один-единственный раз… Тем не менее он хорошо помнил, сколько тепла и любви оказались способны уместить несколько слов, торопливо нацарапанных рукой Ниилит. С той поры письма внушали ему почти такое же благоговение, как и книги…
Роман «Волкодав», впервые напечатанный в 1995 году, не только завоевал любовь миллионов читателей, но и открыл российской публике новый литературный жанр – «славянская фэнтези». Вслед за первой книгой были опубликованы «Волкодав. Право на поединок» и «Волкодав. Истовик-камень». «Волкодав. Знамение пути» продолжает историю последнего воина из рода Серого Пса. Все чаще Волкодав будет терзаться вопросом о своем земном предназначении. Ради какого свершения судьба хранила его во тьме подземных...
Кот Черныш сидел на рябине напротив заветного дома и заглядывал в окна, надеясь рассмотреть кошку, которая произвела на него неизгладимое впечатление.
–Какая красавица! А как лапой умеет стукнуть! Аж искры из глаз и зубы клацнули! Глаза-то, глаза, голубые, сама белая, как моя грудка. Ах, какая кошь!
Как можно отправиться в ветеринарную клинику с одной собакой, а вернуться оттуда уже с двумя, причём вторая - абсолютно незнакомая тебе такса, от которой её хозяева решили избавиться? Да запросто! Наверное, так же, как сходить на лестничную площадку и найти там никому не нужную кошку, взятую соседями «взаймы на новосоелье». К счастью, и таксу, и кошку удалось прекрасно пристроить. Но ведь лето только началось, а значит, приключений будет очень немало – один енот-полоскун, который сбежал от...
— Слухай, Студент, ты герой или не герой?!
— Герой, — подтвердил я.
— Так геройствуй! Освободи мою дочь! И я это… всё как положено: полцарства и руку дочери.
Я пьяно посмотрел на короля:
— А на фига мне её рука? Нет, ваше величество, обмануть хошь?! Нехорошо! Ты мне всю принцессу подавай, целиком.
Король так же пьяно посмотрел на меня.
— Да забирай, — махнул он рукой. — Мне што, жалко? Ты пыйми, я давно ей мужа искал, хорошего! А кто ей годится в мужья, как не знаменитый герой!
— Ваще-то я студент.
— Я и грю, герой! Так уже во всех толковых словарях глатики… Галактики записано: Студент — Герой.
«… Я был почти около дома, когда в кустах увидел что-то зелёное. Ну что может быть зелёным в кустах, кроме самих кустов? Но тут это зелёное зашевелилось, и передо мной появились два зелёных человечка. Так, спокойно. Зелёное — не белое, а значит, это не белая горячка. Да и выпил я немного, всего бутылку. С чего бы глюкам быть?
— Уйдите, глюки! — с пафосом произнёс я. …»
Повесть издана в авторском сборнике «Загадка старика Гринвера».
Александра
добавила цитату
из книги
«По эту сторону. Дом с секретом и дверь в мечту. Часть вторая»
7 месяцев назад
– Терёня, на тебя одна надежда – угомони ты её, она ж весь день прыгала, как сумасшедшая белка! Вот прямо умурлыкивай в полную силу!
Терентий, разумеется, тут же возгордился, распушился и начал горланить, да так громко, что Таня разулыбалась и подумала:
– Да я с таким мр-мр-мр и до утра не усну – кажется, что где-то мотор завод…
Собственно, на этом её собственный завод и закончился – через минуту она уже спала, улыбаясь во сне.
– Небось, она думала, что я слишком громко пою, – снисходительно размышлял Терентий, – Ну, конечно! Откуда же ей знать, что это специальный тембр для скоростного засыпания людей. Эх, ничего-то она не поняла!
Ему даже хотелось Таню разбудить и объяснить, что он-то на самом деле знает восемнадцать основных тембров умурлыкивания, а ещё порядка тридцати семи вариаций!
– Это вам не хухррры-мухрррры, – урчал Терентий, – Нет, всё-таки надо рассказать, а то, чего она такая непросвещённая тут спит?
И он бы это сделал непременно, но уснул сам
Словно мало у Тани забот, как внезапно объявился её отец, который давным-давно самоустранился из жизни дочери. Теперь она ему понадобилась, вот он и решил осчастливить «неудачницу». Правда, дочь почему-то ведёт себя неожиданно, словно и не рада отцовскому появлению. Зато этому очень рады Танины друзья – надо же поразмяться, избавляя Татьяну от такого «подарка судьбы»! В доме с секретом то и дело появляются новые обитатели, например, горничная, которая оказывается обладательницей самого...