Дынко тем временем рассеяно разглядывал остальные шары, сваленные кучкой. Туманом клубилась разнообразная информация, среди которой была и та, что получить иным способом невозможно — картинки пустынных пляжей, занятых дивами. Как теперь узнать, что именно там происходит? Может, времени совсем не осталось и дивы вот-вот появятся, и неизвестно теперь, что делать, а присланный волхв оказался ребенком, которого хочется побыстрее отправить назад в столицу, где безопаснее. Но нельзя.
— Вы злитесь на то, что я не злюсь на вас? — попытался осознать свою неправоту Трапп.
Мне было очень страшно. И наступал момент, о котором говорил Дэвис, тренер на полигоне, когда страх казался сильнее желания сражаться. Но нельзя было верить этому. Если ты боишься – это нормально. Если ты боишься до смерти, то смерть наступит с минуты на минуту.
– Я даже не знаю, что такое "нортанийского". – скривилась Теяра, потирая веснушчатый нос. Странное дело: хоть мы и близнецы, но веснушки были только у нее. Нянюшка говорила, что это поцелуи солнца. Видимо, меня солнце не любит. Но это было еще одной причиной, по которой нас никогда не путали. Не считая разницы в характере.
Все же знакомые слова вывели ее из отрешенного состояния. Отсутствующий взгляд приобрел осмысленность. Это не сон, поняла Тереза. Она в плену.
– Ты откуда? – повторил сероволосый.
Она не догадывалась, что мужчину интересует всего лишь раса. Враги прекрасно знали, с кем воевали. Ее спросили бы прежде всего о части. Но выбалтывать стратегические сведения она не собиралась. Возможно, в процессе пыток она изменила бы свое мнение – глупо зарекаться, однако сливать информацию сразу, с первого вопроса – дурной тон.
– От верблюда, – процедила она негромко. Сероволосый хмыкнул.
– Никогда не слыхал.
А отец, не переставая чрезмерно громко говорить, небрежно положил руку на бедро стоявшей рядом с ним студентке и, ненадолго прервав свою речь, самым неприличным образом поцеловал её взасос. Даже спустя пятнадцать лет Тимур помнил, как ему неприятно и стыдно стало в ту минуту. Целоваться! В губы! У всех на виду! И, кажется, с языками! Что скажет мама на такое отвратительное поведение?
Самые глухие — те, кто не хочет слушать
Есть надо со смаком, — любит приговаривать тётя Сара. — Иначе это не питание, а сплошной садомазохизм. А оно вам надо?
Не смотри, что торговать придется лицом. Уверен, Айна делала ставку на твой интеллект. Так что вдохни поглубже и беги добывать контракт. Он нужен нам как воздух. Не можешь поразить интеллектом, открой декольте. Разве это сложно?
«В жизни каждого человека бывают минуты, когда для него как будто рушится мир. Это называется отчаянием. Душа в этот миг полна падающих звёзд