«Даже мне хватает совести не называть кражу тряпья леденящим кровь событием... Хотя... Всё зависит от целей похитителя».
«Даже в заголовке должна быть кричащая манера — превосходные степени для журналиста это всё! Что есть истина, решать должны люди, а издержки профессии — если нет сенсации — „жалость-то какая“».
«Лучше быть страшненькой, чем красивой. По собственному опыту я могу сказать, что это не приносит ничего, кроме проблем».
«Никто, никогда не дотронется до меня. Да и замуж я не собираюсь, только карьера. Это единственная моя страсть и цель в жизни. Добиться высот, самой выбирать с кем работать и общаться. Уважение — единственное, что меня волнует».
«Уверенность и ещё раз уверенность, и весь мир у твоих ног, — уверяла я себя. — Ведь ты смогла добиться большей зарплаты за свои переводы, чем тебе предлагали, ведь ты смогла учиться бесплатно в одном из лучших университетов штата. Ты окончила первый год с самым высоким баллом. И вытерпеть это ты сможешь!».
«Я хочу тебя, Изабелла, — произношу глубоким голосом, смотря на то, как она заливается краской и поднимает на меня свой взгляд».
«Родион вернулся спустя пятнадцать минут и замер на пороге гостиной, увидев меня там в искусственном свете».
«Он сглаживал, всегда сглаживал любые шероховатости, чтобы они не переросли в открытое противостояние. Он панически боялся конфликтов и требовал, чтобы окружающие избегали их любой ценой».
«Конечно, уже слишком поздно, чтобы изменить прошлое, но вдруг каким-то образом он соберёт осколки своей разбитой жизни. Использует эти события как толчок, чтобы двигаться дальше».
«Мысли Мины путаются, она не находит себе места. Это чувство хорошо ей знакомо. Ощущение, будто что-то не так, ужасно не так, но ты ничего не можешь с этим поделать. Не можешь это исправить и не можешь пережить. Не можешь двигаться вперёд. Ты застряла в этом кошмаре, в замкнутом круге мыслей о том, что могла бы всё предотвратить, оказавшись в нужном месте в нужное время. Могла бы что-то сделать».