Ольга столько лет ждала, стать женой, и вышло но не с тем. Соколовскому сейчас можно пожалеть, но не буду. Мог иметь жену, сына семью и всё просрал. Теперь будет в ежовых рукавицах его держать тесть за яйца изменит то лишиться жизни. Артёма жалко, как так у его отца сердца нет совсем.
А Ольге с Олегом счастья он настоящий мужчина, с ним как за каменной стеной. Вот такие и должны быть семьи как её сейчас и сестры, один за всех и всё за одного.
Отзывы о книгах
графомания
фуууу
– Почему отец от меня отказался, ма? Почему?! – зло откидывая одеяло в сторону, выкрикивает Артем. Его губы сжимаются в тонкую полоску, дрожат. В голубых глазах плещутся слезы. – Я ведь каждый раз, когда на воротах стою, думаю: вот бы он увидел, от кого отказался! Узнал бы, что я – самый лучший вратарь и подавился своим отказом! – Поверь, отцу лучше не знать, – погладив его по взъерошенным волосам, шепчу осторожно. – Я нашел его аккаунт в сети, – помолчав немного, признается сын. Распахиваю...
наивно
– Почему отец от меня отказался, ма? Почему?! – зло откидывая одеяло в сторону, выкрикивает Артем. Его губы сжимаются в тонкую полоску, дрожат. В голубых глазах плещутся слезы. – Я ведь каждый раз, когда на воротах стою, думаю: вот бы он увидел, от кого отказался! Узнал бы, что я – самый лучший вратарь и подавился своим отказом! – Поверь, отцу лучше не знать, – погладив его по взъерошенным волосам, шепчу осторожно. – Я нашел его аккаунт в сети, – помолчав немного, признается сын. Распахиваю...
мило
– Почему отец от меня отказался, ма? Почему?! – зло откидывая одеяло в сторону, выкрикивает Артем. Его губы сжимаются в тонкую полоску, дрожат. В голубых глазах плещутся слезы. – Я ведь каждый раз, когда на воротах стою, думаю: вот бы он увидел, от кого отказался! Узнал бы, что я – самый лучший вратарь и подавился своим отказом! – Поверь, отцу лучше не знать, – погладив его по взъерошенным волосам, шепчу осторожно. – Я нашел его аккаунт в сети, – помолчав немного, признается сын. Распахиваю...
мило
– Это ребенок Соколовского? Я непонимающе обернулась. Передо мной стояла незнакомка. Голубой плащ облегал аккуратный животик. – Я спрашиваю: ваш малыш – сын Андрея Соколовского? – немного смутившись, повторила она свой вопрос. Инстинктивно прикрыв собой сына, я взглянула на нее. – А почему вы спрашиваете? – Вы ведь Ольга Волошина? Вы работали в приемной городской администрации помощницей Андрея Соколовского? – До декрета работала. Но какое это имеет значение? – Я тоже работала у него...
мило
– Это ребенок Соколовского? Я непонимающе обернулась. Передо мной стояла незнакомка. Голубой плащ облегал аккуратный животик. – Я спрашиваю: ваш малыш – сын Андрея Соколовского? – немного смутившись, повторила она свой вопрос. Инстинктивно прикрыв собой сына, я взглянула на нее. – А почему вы спрашиваете? – Вы ведь Ольга Волошина? Вы работали в приемной городской администрации помощницей Андрея Соколовского? – До декрета работала. Но какое это имеет значение? – Я тоже работала у него...
не оторваться
– Почему отец от меня отказался, ма? Почему?! – зло откидывая одеяло в сторону, выкрикивает Артем. Его губы сжимаются в тонкую полоску, дрожат. В голубых глазах плещутся слезы. – Я ведь каждый раз, когда на воротах стою, думаю: вот бы он увидел, от кого отказался! Узнал бы, что я – самый лучший вратарь и подавился своим отказом! – Поверь, отцу лучше не знать, – погладив его по взъерошенным волосам, шепчу осторожно. – Я нашел его аккаунт в сети, – помолчав немного, признается сын. Распахиваю...
мило
– Это ребенок Соколовского? Я непонимающе обернулась. Передо мной стояла незнакомка. Голубой плащ облегал аккуратный животик. – Я спрашиваю: ваш малыш – сын Андрея Соколовского? – немного смутившись, повторила она свой вопрос. Инстинктивно прикрыв собой сына, я взглянула на нее. – А почему вы спрашиваете? – Вы ведь Ольга Волошина? Вы работали в приемной городской администрации помощницей Андрея Соколовского? – До декрета работала. Но какое это имеет значение? – Я тоже работала у него...
в отпуск
– Это ребенок Соколовского? Я непонимающе обернулась. Передо мной стояла незнакомка. Голубой плащ облегал аккуратный животик. – Я спрашиваю: ваш малыш – сын Андрея Соколовского? – немного смутившись, повторила она свой вопрос. Инстинктивно прикрыв собой сына, я взглянула на нее. – А почему вы спрашиваете? – Вы ведь Ольга Волошина? Вы работали в приемной городской администрации помощницей Андрея Соколовского? – До декрета работала. Но какое это имеет значение? – Я тоже работала у него...
наивно
– Это ребенок Соколовского? Я непонимающе обернулась. Передо мной стояла незнакомка. Голубой плащ облегал аккуратный животик. – Я спрашиваю: ваш малыш – сын Андрея Соколовского? – немного смутившись, повторила она свой вопрос. Инстинктивно прикрыв собой сына, я взглянула на нее. – А почему вы спрашиваете? – Вы ведь Ольга Волошина? Вы работали в приемной городской администрации помощницей Андрея Соколовского? – До декрета работала. Но какое это имеет значение? – Я тоже работала у него...
мудро
– Почему отец от меня отказался, ма? Почему?! – зло откидывая одеяло в сторону, выкрикивает Артем. Его губы сжимаются в тонкую полоску, дрожат. В голубых глазах плещутся слезы. – Я ведь каждый раз, когда на воротах стою, думаю: вот бы он увидел, от кого отказался! Узнал бы, что я – самый лучший вратарь и подавился своим отказом! – Поверь, отцу лучше не знать, – погладив его по взъерошенным волосам, шепчу осторожно. – Я нашел его аккаунт в сети, – помолчав немного, признается сын. Распахиваю...
мило
– Почему отец от меня отказался, ма? Почему?! – зло откидывая одеяло в сторону, выкрикивает Артем. Его губы сжимаются в тонкую полоску, дрожат. В голубых глазах плещутся слезы. – Я ведь каждый раз, когда на воротах стою, думаю: вот бы он увидел, от кого отказался! Узнал бы, что я – самый лучший вратарь и подавился своим отказом! – Поверь, отцу лучше не знать, – погладив его по взъерошенным волосам, шепчу осторожно. – Я нашел его аккаунт в сети, – помолчав немного, признается сын. Распахиваю...
милонаивно
– Это ребенок Соколовского? Я непонимающе обернулась. Передо мной стояла незнакомка. Голубой плащ облегал аккуратный животик. – Я спрашиваю: ваш малыш – сын Андрея Соколовского? – немного смутившись, повторила она свой вопрос. Инстинктивно прикрыв собой сына, я взглянула на нее. – А почему вы спрашиваете? – Вы ведь Ольга Волошина? Вы работали в приемной городской администрации помощницей Андрея Соколовского? – До декрета работала. Но какое это имеет значение? – Я тоже работала у него...
грустноне оторваться
– Почему отец от меня отказался, ма? Почему?! – зло откидывая одеяло в сторону, выкрикивает Артем. Его губы сжимаются в тонкую полоску, дрожат. В голубых глазах плещутся слезы. – Я ведь каждый раз, когда на воротах стою, думаю: вот бы он увидел, от кого отказался! Узнал бы, что я – самый лучший вратарь и подавился своим отказом! – Поверь, отцу лучше не знать, – погладив его по взъерошенным волосам, шепчу осторожно. – Я нашел его аккаунт в сети, – помолчав немного, признается сын. Распахиваю...
грустно
скучно
– Почему отец от меня отказался, ма? Почему?! – зло откидывая одеяло в сторону, выкрикивает Артем. Его губы сжимаются в тонкую полоску, дрожат. В голубых глазах плещутся слезы. – Я ведь каждый раз, когда на воротах стою, думаю: вот бы он увидел, от кого отказался! Узнал бы, что я – самый лучший вратарь и подавился своим отказом! – Поверь, отцу лучше не знать, – погладив его по взъерошенным волосам, шепчу осторожно. – Я нашел его аккаунт в сети, – помолчав немного, признается сын. Распахиваю...
мило
– Это ребенок Соколовского? Я непонимающе обернулась. Передо мной стояла незнакомка. Голубой плащ облегал аккуратный животик. – Я спрашиваю: ваш малыш – сын Андрея Соколовского? – немного смутившись, повторила она свой вопрос. Инстинктивно прикрыв собой сына, я взглянула на нее. – А почему вы спрашиваете? – Вы ведь Ольга Волошина? Вы работали в приемной городской администрации помощницей Андрея Соколовского? – До декрета работала. Но какое это имеет значение? – Я тоже работала у него...
грустнов отпуск
– Почему отец от меня отказался, ма? Почему?! – зло откидывая одеяло в сторону, выкрикивает Артем. Его губы сжимаются в тонкую полоску, дрожат. В голубых глазах плещутся слезы. – Я ведь каждый раз, когда на воротах стою, думаю: вот бы он увидел, от кого отказался! Узнал бы, что я – самый лучший вратарь и подавился своим отказом! – Поверь, отцу лучше не знать, – погладив его по взъерошенным волосам, шепчу осторожно. – Я нашел его аккаунт в сети, – помолчав немного, признается сын. Распахиваю...
милоне оторваться
Из летящего по дороге автомобиля раздалась автоматная очередь. Я обернулась и замерла от страха.
Расстрелянный мужчина лежал на спине. Он был красив. Вещи на нем были дорогие, деньгами за версту веяло. И опасностью от него веяло, такой, что бежать надо было без оглядки. А я почему-то не могла. Как будто знала: могу его спасти. Склонилась над ним, и он своей крепкой рукой перехватил мою руку.
— Помоги… спрячь меня…они искать будут… — прохрипел едва слышно.
глупографомания
– Это ребенок Соколовского? Я непонимающе обернулась. Передо мной стояла незнакомка. Голубой плащ облегал аккуратный животик. – Я спрашиваю: ваш малыш – сын Андрея Соколовского? – немного смутившись, повторила она свой вопрос. Инстинктивно прикрыв собой сына, я взглянула на нее. – А почему вы спрашиваете? – Вы ведь Ольга Волошина? Вы работали в приемной городской администрации помощницей Андрея Соколовского? – До декрета работала. Но какое это имеет значение? – Я тоже работала у него...
скучноглупофууууВыбесила жгг( Уже надо задуматься что мужик не хочет жениться на ней и говорит в открытую, пошла против всей семьи ... Но знать что у него есть беременная баба на стороне и после его насилия она надела платье и поехала мериться 🤦 опять застукала с другой... Но поняла что надо уходить от него только после того как его парни избили её папу ..... Ладно бы она была страшной или колекой можно понять но ведь она по описанию красивая но почему у нее нет чувства собственного достоинства и само уважение?
– Это ребенок Соколовского? Я непонимающе обернулась. Передо мной стояла незнакомка. Голубой плащ облегал аккуратный животик. – Я спрашиваю: ваш малыш – сын Андрея Соколовского? – немного смутившись, повторила она свой вопрос. Инстинктивно прикрыв собой сына, я взглянула на нее. – А почему вы спрашиваете? – Вы ведь Ольга Волошина? Вы работали в приемной городской администрации помощницей Андрея Соколовского? – До декрета работала. Но какое это имеет значение? – Я тоже работала у него...
скучно
– Это ребенок Соколовского? Я непонимающе обернулась. Передо мной стояла незнакомка. Голубой плащ облегал аккуратный животик. – Я спрашиваю: ваш малыш – сын Андрея Соколовского? – немного смутившись, повторила она свой вопрос. Инстинктивно прикрыв собой сына, я взглянула на нее. – А почему вы спрашиваете? – Вы ведь Ольга Волошина? Вы работали в приемной городской администрации помощницей Андрея Соколовского? – До декрета работала. Но какое это имеет значение? – Я тоже работала у него...
наивноскучно
– Это ребенок Соколовского? Я непонимающе обернулась. Передо мной стояла незнакомка. Голубой плащ облегал аккуратный животик. – Я спрашиваю: ваш малыш – сын Андрея Соколовского? – немного смутившись, повторила она свой вопрос. Инстинктивно прикрыв собой сына, я взглянула на нее. – А почему вы спрашиваете? – Вы ведь Ольга Волошина? Вы работали в приемной городской администрации помощницей Андрея Соколовского? – До декрета работала. Но какое это имеет значение? – Я тоже работала у него...
наивноне оторваться
романтично
– Это ребенок Соколовского? Я непонимающе обернулась. Передо мной стояла незнакомка. Голубой плащ облегал аккуратный животик. – Я спрашиваю: ваш малыш – сын Андрея Соколовского? – немного смутившись, повторила она свой вопрос. Инстинктивно прикрыв собой сына, я взглянула на нее. – А почему вы спрашиваете? – Вы ведь Ольга Волошина? Вы работали в приемной городской администрации помощницей Андрея Соколовского? – До декрета работала. Но какое это имеет значение? – Я тоже работала у него...
не оторваться
– Почему отец от меня отказался, ма? Почему?! – зло откидывая одеяло в сторону, выкрикивает Артем. Его губы сжимаются в тонкую полоску, дрожат. В голубых глазах плещутся слезы. – Я ведь каждый раз, когда на воротах стою, думаю: вот бы он увидел, от кого отказался! Узнал бы, что я – самый лучший вратарь и подавился своим отказом! – Поверь, отцу лучше не знать, – погладив его по взъерошенным волосам, шепчу осторожно. – Я нашел его аккаунт в сети, – помолчав немного, признается сын. Распахиваю...
милоПо-прежнему наивно, но миленько: редкий случай, когда бывший муж выставлен не полным негодяем.
– Почему отец от меня отказался, ма? Почему?! – зло откидывая одеяло в сторону, выкрикивает Артем. Его губы сжимаются в тонкую полоску, дрожат. В голубых глазах плещутся слезы. – Я ведь каждый раз, когда на воротах стою, думаю: вот бы он увидел, от кого отказался! Узнал бы, что я – самый лучший вратарь и подавился своим отказом! – Поверь, отцу лучше не знать, – погладив его по взъерошенным волосам, шепчу осторожно. – Я нашел его аккаунт в сети, – помолчав немного, признается сын. Распахиваю...
Судя по аннотации, Соколовский - знатный осеменитель.
Решает демографическую проблему как минимум региона.
Книжка немного наивная, немного примитивная, сюжет провис на Акопяне.
В битве хозяев жизни и полиции в финале убедительно ведут хозяева жизни. Впрочем, полиция утешается ведром конфискованных раков.
Решает демографическую проблему как минимум региона.
Книжка немного наивная, немного примитивная, сюжет провис на Акопяне.
В битве хозяев жизни и полиции в финале убедительно ведут хозяева жизни. Впрочем, полиция утешается ведром конфискованных раков.
– Это ребенок Соколовского? Я непонимающе обернулась. Передо мной стояла незнакомка. Голубой плащ облегал аккуратный животик. – Я спрашиваю: ваш малыш – сын Андрея Соколовского? – немного смутившись, повторила она свой вопрос. Инстинктивно прикрыв собой сына, я взглянула на нее. – А почему вы спрашиваете? – Вы ведь Ольга Волошина? Вы работали в приемной городской администрации помощницей Андрея Соколовского? – До декрета работала. Но какое это имеет значение? – Я тоже работала у него...