— Стол накрыт в малой столовой, Ваша Светлость! — сообщил Лар, который и сам любил хорошо поесть, особенно с дороги. — Мы вас с утра ждем, чтобы обмыть победу.
— Ты хотел сказать: нажраться из за проигранного сражения?
— Сражения, а не войны, — клыкасто улыбнулся собеседник.
— Ой ли? — Лар недоверчиво прищурился. — Были б не равные, вы бы вернулись из своей сумасбродной миссии не с пустыми руками… Ваша Светлость, — не без ехидства заметил тот, кому это ехидство позволялось, так как именно рыжий монстр был ближайшим советником повелителя огненного крыла.
— Так бы оно и было, если б я не увлекся, решив прихватить из мира Алина не только артефакт, но и новоявленную златовласку с ее парнем.
— Зачем?! — хором воскликнули оба «оборотня».
— За надом! — огрызнулся эррисар, накидывая капюшон на остроухую волчью голову.
— Баба понравилась? — предположил рыжий.
— Мужик, — глумливо усмехнулся Закари и, довольный эффектом от своего заявления, добавил: — Да расслабьтесь вы, просто так вышло, что я этого парня знаю.
Любовная фигня отвлекает людей от дела.
— Каждый жаждет найти свое сокровище, — чуть склонив к плечу голову, улыбнулся брюнет.
— Не могла бы ты выйти за меня на дежурство в субботу? Клянусь, я не забуду эту услугу.
— И не забудешь, — улыбаясь шире, отозвалась Ирма, — и рассчитаешься.
— Все, что захочешь, — с готовностью согласился страж.
— Хочу звезду с неба, — хихикнула странно развеселившаяся женщина.
— С неба вряд ли получится, а вот звездный оберег я, пожалуй, смогу для тебя достать.
— Нет уж, — возразила его спутница, — так легко ты не отделаешься, милый. Подаришь мне воплощенного духа на ближайший день рождения. Ну, или себя. Выбирай.
— Завтра же оставлю заказ заклинателям, — ответил Рид без тени улыбки, на что его собеседница лишь понимающе хмыкнула.
«Всезнайство — это так утомительно, миледи».
— Все то ты знаешь, — покачала головой хозяйка. — Кроме того, что надо.
— Прошлое постоянно, его увидеть легко. Будущее, увы, нет. И если вселенная не желает раскрывать нам свои карты, значит, на это есть какая то причина. Надо просто подождать, не вмешиваться, и… время расставит все по местам.
— Во вселенной все предрешено…
— С чего бы? — возразил дух. — Не зря вселенная женского рода. Вы, леди, такие непредсказуемые.
— И вообще, кто девушку спасает, тот с ней и ужинает, — закон жанра, увы».
— Мужчинами, которые комплексуют из за недостатков внешности, легко и удобно вертеть.
— Принуждение это так низко, просто и скучно. Куда приятней решать задачки посложнее.
— Раз уж мы оба случайно испачкались, может, примем совместную ванну, малышка?
— Благодарю, Ваша Светлость, но купаться мы будем раздельно. Если вы, конечно, не возражаете.
— А если возражаю? — насмешливо поинтересовался он, пытаясь стереть с кожаных штанов грязные разводы.
— Придется ходить немытым! — развела руками я.
— Мне? — в его голосе промелькнуло удивление.
— Ну а кому же еще? Вы ведь возражаете! — не без ехидства ответила я.
«Слишком порывист, что ведет к неспособности просчитывать ситуации наперед».
— Правитель не должен быть бесчувственным слепцом, упивающимся своей властью и безнаказанностью.
Плакать по тем, кого любишь - нормально.
Коньяк – тоже зло, он спускает с цепи приличий инстинкты, за разгул которых позже будет стыдно.
постороннему человеку зачастую гораздо проще рассказать о своих проблемах, чем родному. Особенно если знаешь, что этот человек никому не проболтается
счастливые часов не замечают
Смерть – всего лишь передышка перед новой жизнью.
Ночью все казалось простым и понятным, но сейчас, при свете дня, мои «тараканы» затеяли очередное собрание, на котором ожидаемо распекали меня и мое фривольное поведение.
-"Мужа я любила... или думала, что люблю?"
— Ну? И где тут труп?
«Труп», услышав эти слова, распахнул черные как ночь глаза и зло выдал:
— Сейчас как встану, и будут тут трупы!
Воспоминание накатило внезапно… и споткнулось об отсутствие данных.
Огромный черный змей с похожим на корону гребнем и голубыми глазами в мгновение ока оплел дернувшегося охотника своими кольцами, сдавил и, заглянув в лицо, проникновенно зашипел:
- С-с-с-пи, мой вкус-с-сный... спи, мой с-с-сладкий.
И сообразив, что ползучее чудище вот-вот употребит парня на завтрак, я, сжалившись, попросила:
- Змеюшка, лапушка, не ешь его, а? Он ядовитый, еще несварение заработаешь или того хуже - помрешь.
- Ядовитый, говориш-ш-шь? - по-прежнему удерживая в плену странно обмякшего Джодока, протянул полоз. - А ты, с-с-стало быть, нет? - и облизнулся раздвоенным языком.
Принести себя в жертву ради наемника, готового меня сдать в руки Рэдгрувера, я оказалась не готова, поэтому с уверенностью сообщила:
- Еще ядовитей!
— А ну, стой, паршивка, снимешь проклятый приворот и полетишь!
— Хрен вам! — бросила я, помахав мужчине ручкой; на запястье весело брякнул амулет в виде браслета. Все равно не достанет. Куда ему до шустрой ведьмочки, которой больше нечего терять?
— Поймаю — выпорю! — пообещал брюнет, показав мне внушительных размеров кулак. Я оглянулась, но не ответила. — Ремнем! — уточнил он. На это я тоже смолчала. — По голой заднице!
А вот это уже было слишком, и, снова тормознув метлу, я пригрозила:
— Не отстанете — я вас самого приворожу, притом так, что черт ногу сломит в рецепте моего приворота! И ремешком тогда будете уже сами себя хлестать… от переизбытка извращенных фантазий.