Мало быть просто телом. Я не хочу, чтоб меня кормили и трахали. Я хочу, чтоб меня любили и ценили, как женщину, как равноправного партнера. И я… я хочу его поддержку, хочу чувствовать себя нужной… а не жалкой.
Всех перетрахаю теперь! Раньше-то меня бумажка сдерживала, а сейчас все. Свобода. Можно всем разрешение показывать, подписанное бывшей женушкой!
Именно тогда я поняла, что женщина всегда должна быть самореализована, иначе она просто придаток к мужчине. По сути – никто. Все эти домохозяйки с новыми шубами, машинами, квартирами на самом деле просто квартиранты на съемном жилье, с вещами, взятыми напрокат, и с жизнью такой же съемной и временной. Их в любой момент можно вышвырнуть.
Так странно, какая-то бумажка с двумя подписями и одной печатью вдруг превратила человека из твоего в постороннего, как прохожего на улице. Ведь не зря говорят, что дальше всех от тебя оказывается именно тот, кто был настолько близок, что чуть ли не являлся самим тобой.
... я осознала, как скоротечна наша жизнь, как мало у нас времени, и никто не знает, сколько его осталось. Мы тратим это время на ненависть, не умеем прощать, тех, кого любим, кто оступился, но готов подняться, а мы втаптываем их обратно в грязь.... Нужно уметь прощать, если любишь... Иначе можно не успеть.
Воистину влюблённая девка — всегда идиотка.
— Мужчины слепы и категоричны. Женщины чувствуют иначе. Особенно такие женщины, как она. Но ты верно поступил, отпустив ее… кто знает, может, это самое верное решение в твоей жизни.
— Слова убивают намного больнее кинжала и пули. И после них воскреснуть практически невозможно.
Любовь не берут насильно, не покупают и не выпрашивают.
Прощение… Как много всего в этом слове, звучащем иногда, как молитва, иногда, как приговор, а иногда, не имеющем и вовсе никакого смысла. Можно ли простить и забыть, или простить, но ничего не забывать, или забыть, но оставить внутри ядовитые осадки горечи.
Играть со смертью в прятки — это очень опасно. Обычно она всегда рано или поздно выигрывает.
— Немилость и милость сильных мира сего так же шатки и изменчивы, как погода в Долине смерти.
Подлость — не порок, никто никому не доверяет, в глазах сверкает ненависть и практически нет любви. А если и есть, то только к себе самому.
потом я поняла, что каждая любовь разная. А материнское сердце — оно бесконечно и не имеет начала и конца. В него поместятся океаны любви и ее хватит на всех. Как костер, от которого можно разжечь множество других костров.
У меня достаточно власти в руках, чтобы позволить себе всегда говорить правду.
— Нет больше жизни. Есть выживание и эфемерное чувство долга, которое ты пытаешься во мне разбудить…
Одиночество... как остро оно ощущается во время праздников.
... и почувствовала, как по щекам текут слёзы... текут годы нашей жизни... доверие... счастье... любовь... моя душа, вывернутая наизнанку.
Нужно уметь прощать, если любишь...
Иначе можно не успеть.
- Нет ничего невозможного, если есть желание. Слово «невозможно» придумали либо трусы, либо лентяи или глупцы. Невозможна только луна днем и солнце ночью так как неподвластны ничьим желаниям, они лишь явления природы. Всё, чего мы желаем – возможно.
Любовь не живет в словах, она живет в поступках, а когда поступки вызывают сомнения в ней, то её там и нет вовсе. Если вы задаетесь вопросом любит ли вас человек, то, наверное, уже можно его не задавать вслух – ответ до боли очевиден.
Когда любят, хочется видеть постоянно, каждую секунду. Когда любят, скучают.
– Ты снобка, Кейти. Снобка и гордячка. Запомни – гордыня тяжкий грех и один из самых любимых у дьявола, как и тщеславие
Запомни, дочка, может не стать нефти, золота, роскоши, даже денег, но всегда будет цениться еда, вода и вера. Люди будут драться за воду, еду и иконы с идолами. Все остальное может обесцениться в любую секунду.
«Тебе никто и ничего не даст, Дамиан, никто и не должен давать! И никогда не проси людей любить тебя. Выпрошенные чувства ничего не стоят, сынок. Любить должны сами…А если не любят – отпусти. Твое от тебя никогда не уйдет, а не твое – все же не твое, как бы ни было больно. Запомни это и всегда рассчитывай только на себя!»