Кицхен вступает в бой

... маменька вбила себе в голову, что я обязательно должна выйти замуж и так, чтобы все завидовали. Но вот чему завидовать? Есть ли вообще жизнь после свадьбы?

Его величество наморщил лоб, пытаясь вспомнить, кто там служит, в этой треклятой, всеми богами забытой крепости. Что-то было с нею связано, такое, до крайности неприятное.
Но что?
— Найдём, — пообещал он.
— И наградим? — её величество улыбнулась.
— Воздадим по заслугам, — Эоган предпочитал выражаться более нейтрально. Что-то подсказывало, что ко времени воздаяния будет понятно, кому именно воздавать.
И как…

— Знаете… в столице новая мода.
— Там, по-моему, каждый год новая мода.
— Само собой. Но я не о том. Собакам охотничьим хвосты купируют. И уши.
— Ушей у демона нет, только рога. А хвост — да… но это ж не собака?
— Так и тут не столица. Мода, — тэр Бернхард крутанул рукой. — Она имеет обыкновение искажаться… там собаки с купированными хвостами. Тут демон. Чего ещё т провинции ждать-то?
— Действительно…

Семья — это когда вместе, а не когда одни живут за счет других и ещё предъявляют претензии.

Я лежу.
Лежать хорошо.
Хорошо лежать — ещё лучше.