Тема провокационная) вот задумалась я тут, про теги +18. И описания взрослых сцен( ну, секс конечно) . И вот вижу я, из года в год, что, где я просто прочитаю сцену из книги и отмечу качество, красоту описания, другие читатели напишут в отзыве " Фу, порнуха"😳 Задумалась 🤔 это я такая испорченная и мне нравится читать красивые эрот сцены, без угрызений совести( уточняю, красивые, качественные! Во всех смыслах)))) или все таки тут снобизм и воспитание"повалялись"?)
Назрел в связи с этим вопрос. А где для вас грань, за которой фу фу фу? Что неприемлемо, а что допустимо?
С праздником СРЕТЕНИЯ ГОСПОДНЯ!
Дитя, находились внутри из числа
людей, находившихся там постоянно,
Святой Симеон и пророчица Анна.
Марии; и три человека вокруг
Младенца стояли, как зыбкая рама,
в то утро, затеряны в сумраке храма.
От взглядов людей и от взора небес
вершины скрывали, сумев распластаться,
в то утро Марию, пророчицу, старца.
свет падал Младенцу; но Он ни о чем
не ведал еще и посапывал сонно,
покоясь на крепких руках Симеона.
о том, что увидит он смертную тьму
не прежде, чем Сына увидит Господня.
Свершилось. И старец промолвил: «Сегодня,
Ты с миром, Господь, отпускаешь меня,
затем что глаза мои видели это
Дитя: он – твое продолженье и света
и слава Израиля в нем».- Симеон
умолкнул. Их всех тишина обступила.
Лишь эхо тех слов, задевая стропила,
над их головами, слегка шелестя
под сводами храма, как некая птица,
что в силах взлететь, но не в силах спуститься.
не менее странной, чем речь. Смущена,
Мария молчала. «Слова-то какие…»
И старец сказал, повернувшись к Марии:
паденье одних, возвышенье других,
предмет пререканий и повод к раздорам.
И тем же оружьем, Мария, которым
душа будет ранена. Рана сия
даст видеть Тебе, что сокрыто глубоко
в сердцах человеков, как некое око».
Мария, сутулясь, и тяжестью лет
согбенная Анна безмолвно глядела.
Он шел, уменьшаясь в значеньи и в теле
Почти подгоняем их взглядами, он
шагал по застывшему храму пустому
к белевшему смутно дверному проему.
Лишь голос пророчицы сзади когда
раздался, он шаг придержал свой немного:
но там не его окликали, а Бога
И дверь приближалась. Одежд и чела
уж ветер коснулся, и в уши упрямо
врывался шум жизни за стенами храма.
он, дверь отворивши руками, шагнул,
но в глухонемые владения смерти.
Он шел по пространству, лишенному тверди,
И образ Младенца с сияньем вокруг
пушистого темени смертной тропою
душа Симеона несла пред собою,
в которой дотоле еще никому
дорогу себе озарять не случалось.
Светильник светил, и тропа расширялась.
Библейский сюжет. Иосиф Бродский. «Сретение»