Я не алкаш. У меня папаша был алкашом, а это наилучшая прививка…
В конце концов, все люди – братья. Кроме тех, кто сёстры.
Казалось, вокруг тебя мог рушиться мир, а ты будешь стоять как стояла, с гордо поднятой головой, бросая надменные взгляды из-под копны своих чудных волос.
Они еще скучали друг по другу, расставаясь всего лишь на рабочий день. Какая, казалось бы, малость и ерунда! А она стояла в темноте у окна и выглядывала его силуэт – знакомый до боли, до звонкого толчка в сердце. Она еще бросалась к двери и обеими руками обнимала его за шею.
Они еще мечтали о многом. О маленьком домике в деревне, у озера, окруженного густым и темным еловым бором. О поездке на Байкал и в Самарканд – разумеется, всей семьей. А вот в Сухуми одним, только вдвоем. Чтобы есть горячий и сочный шашлык на набережной, в крошечной кафешке, и еще чебуреки, истекающие прозрачным и обжигающим соком, и запивать все это прохладным и кислым молодым вином. И смотреть на темное, чернильное море и яркие низкие звезды. А после торопиться в душную, крошечную комнату с пыльной марлей на узком окне. И рухнуть от усталости и счастья в скрипучую и неудобную кровать с волглым бельем – чепуха, наплевать! На все наплевать! Потому что они будут любить друг друга. И сердце еще будет останавливаться от его слов, а голова – кружиться от его поцелуев.
Потому что они еще так отчаянно молоды и так бездумно, наивно уверены, что все у них будет хорошо и даже замечательно – во всем, абсолютно во всем.
Потому что по-другому, иначе в молодости и не бывает – такова, слава богу, жизнь.
Великое горе сливалось с великой надеждой, и нелюдская жестокость соседствовала с той нежностью заскорузлых сердец, когда с матерком и кривой усмешкой отдают свою жизнь ради твоей.
Представим женщину среднего роста — 162,5 см, которая весит 62 кг и имеет здоровый индекс массы тела (ИМТ = вес в килограммах ÷ квадрат роста в метрах) — 23,5. Каждый день она потребляет 2000 калорий, но если ее кишечник населяет «жирная» микрофлора, то усвоение лишних 2 % калорий выливается в лишние 40 калорий в день. Если эта лишняя энергия не расходуется, то дополнительные 40 калорий за год будут превращаться (по крайней мере теоретически) в лишние 1,9 кг. За 10 лет «набежит» 19 кг: таким образом, женщина будет весить уже 81 кг, а ее ИМТ составит 30,7, что соответствует ожирению. И все это — из-за 2 % лишних калорий, которые извлекают из пищи кишечные бактерии.
Когоо всё так же безмятежно посапывала во сне, не ведая о том, что творится вокруг. «Должно быть, она – единственный человек, спокойно спящий этой ночью в замке», – подумала Тятя. Она слышала, как Охацу давится рыданиями, укладываясь рядом с Когоо. О чём бедняжка так горько плачет? О разлуке с Такацугу? О своей жестокой участи? Тятя не знала. Да и сама Охацу не смогла бы ответить на этот вопрос. Все беды навалились так неожиданно, что юное сердечко пятнадцатилетней девочки просто не сумело их вынести.Тятя твёрдо решила последовать примеру О-Ити. Если мать отринет смерть, она, её дочь, тоже будет жить; если мать покончит с собой, она, Тятя, не раздумывая вонзит в горло кинжал. Внезапно осознав, что в её размышлениях не осталось места для отчима, девушка ещё пуще опечалилась. Она вспомнила высокий силуэт Кацуиэ Си-баты в проёме главных ворот замка. Это было несколько часов назад. Он спешился в отблесках пламени… Сломанное копьё в руке… Тогда при виде старого полководца у неё защемило сердце – она и сама не знала почему.Задремавшую было девушку разбудил какой-то шум – оказалось, в спальню явились придворные дамы. Ещё не рассвело. Женщины были в походных одеждах и при кинжалах, но все как одна умирали от страха.– Враг занял холм Асиба! – загомонили они. – А в замке – небольшой гарнизон да горстка раненых самураев! Некому нас защитить! Что же с нами будет? Замок и дня не продержится…
Вампирам, конечно, удавалось воскресать, восставать из могил, из склепов, но из кошачьего желудка еще ни один из них не возвращался.
– Ваше величество, у нас проблемы. За леди Маргаритой приехала лично герцогиня Сонтор. Она делает вид, что всё штатно, но нам категорически не нравится выражение её лица. Герцогиня что-то задумала! На попытку спросить отреагировала резко, и…
Это я привил им такое мудрое правило, а меня научил давным-давно дядя Поджер.
— Прежде чем начинать укладываться, — всегда говорил он, — составь список.
Это был аккуратнейший человек.
— Бери лист бумаги, — начинал он, — и запиши все, что может понадобиться. Потом просмотри — и зачеркни все, без чего можно обойтись. Вообрази себя в кровати: что на тебе надето? Хорошо, запиши (и прибавь перемену). Ты встаешь. Что ты делаешь прежде всего? Моешься? Чем ты моешься? Мылом? Записывай: мыло. Продолжай, пока не покончишь с умываньем. Потом — одежда. Начинай с ног, что у тебя на ногах? Сапоги, ботинки, носки; записывай. Продолжай, пока не дойдешь до головы. Что еще нужно, кроме одежды? Немножко коньяку — записывай. Запиши все, тогда ничего не забудешь.
Такому плану дядя Поджер всегда следовал сам. Составив список, он тщательно просматривал его, чтобы убедиться, не забыто ли что, а затем просматривал вторично — и вычеркивал все, без чего можно обойтись. А затем терял список.
– Гугл знает все.
– Гугл, – повторила Диана. – Это один из ваших богов?
– Слушай. То, что я частенько сижу в интернете, не значит, что у меня зависимость.
Земля представлялась плоским диском под обширным пустым пространством, полностью замкнутым в твердую поверхность куполообразной формы. Из чего была сделана эта небесная сфера, до сих пор неизвестно; судя по шумерскому названию олова небесный металл,возможно, из олова. Между небом и землей предполагалась некая субстанция, называемая лиль,слово, приблизительное значение которого – ветер, воздух, дыхание, дух;наиболее существенные его свойства – движение и расширение, поэтому оно примерно соответствует нашему понятию атмосфера.Солнце, луна, планеты и звезды предположительно состояли из того же вещества, что и атмосфера, но были наделены свойством свечения. Со всех сторон, и снизу и сверху, землю-небоокружало бесконечное море, в котором вселенная неким образом пребывала фиксированной и неподвижной.
Как бы мы ни были окружены любовью и вниманием близких, радости, страдания и тоску мы переживаем в одиночестве.
Человеческая слабость - не то, что следует поощрять.
Я пожала плечами. Бросила взгляд на Кэри, потом на остальных по очереди. Ребята заметно побледнели. Только Гиэр мгновенно спрятался мне за спину.
- ... Ты всегда обижаешь людей, прежде чем попросить их об услуге?
- Да, это старая греческая традиция. Мы ненавидим одалживаться, поэтому с самого начала даем понять, что оказать услугу не значит завладеть человеком.
Гораздо легче общаться с людьми, когда знаешь, что они не могут прикоснуться к тебе.
Сегодня-ничего, но завтра,бог даст, повезёт больше.
Тайны между друзьями - точно океаны. Широки, глубоки и мы в них тонем.
Брак - это долгий и скучный обед, на котором десерт подается на первое.
День не запечатлевается нами полностью, мы лишь запоминаем лучшие моменты, из которых потом складывается прекрасный «фотоальбом» памяти.
Честно говоря, он мог бы показаться милым. Если бы никогда не открывал рот.
С точки зрения совершенствования учебных навыков и отношения к знаниям самой лучшей оказалась группа с помесячным планированием
Счастье невозможно без риска.
На перекрестке рядом со мной и О'Деллом остановился черный мужчина с пятилетним сыном. Мальчуган с любопытством уставился на О'Делла, а потом спросил отца:
- Пап, а почему этот дядя так смешно одет?
Я начал хихикать вместе со всеми окружающими, а отец, глядя прямо на Кена, сказал:
- Он просто чертов клоун, сынок.
<...>
Эта реакция убедила меня, что мы находимся на пороге новой эры. Прежде, если бы чернокожий открыто назвал клановца в рясе «клоуном», это было бы безрассудно храбрым заявлением. Несколько десятилетий назад такой поступок, вероятно, закончился бы смертным приговором.