«И ведь сколько раз запрещала себе привязываться к кому-то! Раз нарушила собственные правила, нечего страдать из-за последствий», – обругала себя.
Ф р у Л и н н е. Я приехала сюда искать работы.
Р а н к. Что же, это особенно верное средство от переутомления?
Ф р у Л и н н е. Жить ведь надо, доктор.
Р а н к. Да, как-то принято думать, будто это необходимо.
Он уже давно измерял время музыкальными произведениями, как другие измеряют его часами и днями. Если профессор хотел что-нибудь вспомнить, он всегда начинал так: "Тогда я играл..." - и когда ему удавалось таким образом сориентироваться во времени, он мог позволить своей памяти парить дальше, чтобы вспомнить что-нибудь еще, уже менее существенное или более далекое.
Достоевский говорил, что, если бы пришлось выбирать между Христом и истиной, он бы остался с Христом. Иными словами, ему все равно, насколько его идеал отвечает истине. Предпочтительнее заблуждение, если оно дает внутреннюю опору, становится путеводной звездой, компасом.
"Большая часть наших фабрик - в Москве, месте, может быть, наименее благоприятном в России; там бесчисленное множество народу, рабочие становятся распущенными... С другой стороны, сотни маленьких городов приходят в разрушение! Отчего не перенести в каждый по фабрике... "
*
Браво, Императрица! Жаль, что тебя до сих пор не услышали!
«Смиренно склони голову перед фактами, но гордо подними ее пред лицом чужих мнений», – как сказал однажды Джордж Бернард Шоу.
На самом-то деле он этого не говорил. Мне просто захотелось придать авторитетности собственному наблюдению, так как я знаю, что вам оно не понравится.
– Нашла с кем связываться! – фыркнула Тони. – С художником! Всю жизнь будешь питаться фруктами, купленными для натюрмортов. На большее просто денег не хватит! Они все нищие!
— Ты что, бабушка, под шумок колхозные огурцы ешь? — кричала она старухе на возу. — Думаешь, советская власть уходит, так уже тебе и не отчитаться ни перед кем?
Я гляжу на далекие огни в далеких горах и вижу маленькие воображаемые соцветия иллюзий зрения о которых говорится в Сурангама-Сутре и поэтому я знаю что все это лишь эфемерный чувственный сон — Какая практическая польза от этого знания? — А разве в чем-то есть практическая польза?
Читая книгу, я [автор предисловия] постоянно выписывала рекомендации ее автора, касающиеся не только книг и приложений для моей дочки, но и возможных подарков моим родственникам и их детям.
Сам Франкл выразил это такими словами: «Человек способен принять любое страдание, если оно имеет смысл».
Если вы слышите песню, которая заставляет вас плакать, а вы этого больше не хотите, то вы просто выключаете магнитофон. Но вы не можете сбежать от себя. Вы не можете просто взять и выключить себя. Не можете избавиться от роящихся в голове мыслей.
- У меня кончились эпитеты в превосходной степени. - Они все кажутся недостаточными, да?
Отдельный человек думает о собственном благе. А государство думает о благе общем, всего народа и страны, причем не только сегодня, но и завтра. Значит, задача в том — причем самая трудная задача — чтобы каждый, работая на личное благо сегодня, этим одновременно работал на общее благо завтра. Вот для этого и надо правильно организовать государство. Работая на себя — работаешь на всех. Твой труд — полезен людям.
«Испытания могут длиться всю ночь, но на утро приходит радость»
"Когда слишком торопишься починить в часах какое-нибудь колёсико, то обычно портишь весь механизм."
"Ребенок - это любовь, которую не нужно искать, которой ничего не нужно доказывать, которую не нужно стремиться удержать"
Откровенно говоря, познания нашего хозяина невелики, судит он обо всем вкривь и вкось и рукоплещет там, где не следует,
однако ж деньги выпрямляют кривизну его суждений, его здравый смысл находится в кошельке, его похвалы отчеканены в виде монет, так что от невежественного этого мещанина нам, как видите, куда больше пользы, чем от того просвещенного вельможи, который нас сюда ввел.
- Ну, чем ты недоволен? - спросил врач, когда они очутились в его кабинете.
- Я бы хотел стать выше ростом, - ответил Максик.
- Какой именно рост тебя устраивает?
- Я не знаю.
- Вечная история, - проворчал медицинский советник. - Каждый знает, чего он не хочет. Но чего именно он хочет, не знает никто.
И ведь ни слова о том, что сегодня воскресенье и уже девять часов вечера. Ни единого упрёка за то, что не звонил целых полгода. Так я понимаю дружбу: никаких обязательств, кроме одного - всегда отвечать "здесь", когда возникнет нужда.
Классическая трагедия словно говорит нам еще раз: несмотря на всю уверенность нашего Эго в каждом отдельном моменте, мы всегда знаем недостаточно, чтобы знать, что мы недостаточно знаем.
Власть и сила требуют признавать различие. Слабость хочет равенства. Жажда власти и силы составляет признак прогрессивного хода развития, уступчивость - регрессивного
Я невольно вспомнил фразу, которую часто повторял наш школьный учитель истории: "Бойся равнодушных! Это с их молчаливого согласия совершатся всё зло на земле!"
У истории нет целей. История — это поступки людей, преследующих свои цели.
- Л-ладно! - зловеще произнес Фрол. - Посмотрим еще, кто кому больнее мстить будет...
- Мне больнее уже не сделаешь...