Иногда черная полоса становится взлетной.
Гордость приносит людям немало горя, но без нее мы не личности.
От любви ее загадочной он стал нервным и припадочным.
Жизнь – хитрая штука: как только у тебя в руках оказываются все карты, она вдруг начинает играть в шахматы.
– Ничего, что я не одета?
– Нет. Я тебя не смущаю, ты меня не привлекаешь – чего церемониться?
Я не гинеколог, но посмотреть могу.
Ведьмочка в который раз поразилась удивительному свойству женской натуры – ради призрачного внимания сильного пола идти на такие жертвы. Ну уж нет, если ей понадобится муж, вероятность чего была весьма мала ближайшие лет «-дцать», то для достижения цели существуют более надежные и менее мазохистские методы. К примеру, качественное приворотное зелье. Ну и что, что вкус кошмарный, а от запаха мухи мрут, так не нюхать же его надо. Зато пара глотков – и муж тебя обожает. А надоел муж – антидота на собственной крови сваришь, и свободна, аки ветер. Лепота.
счастье любимого ты всегда поставишь выше своего.
– Мастер Грот, – обратилась Иви, привлекая внимание. Мужчина оторвался от подсчетов и взглянул на девушку. – А для драконов есть что-нибудь?
– Для каких целей?
– Лечить, – скорбно ответила ведьмочка. Калечить ей было куда приятнее, да и проще это – разрушить и сбежать, а вот по крупицам восстанавливать… Сложно.
– Он всегда такой презрительный?
– Только с избранными, – уголками губ улыбнулся Алей.
– О, так мне повезло?
– Не думаю. Обычно его избранники и избранницы живут весьма недолго и уж никак не счастливо.
Медленно, красуясь, девушка подошла к развлекающимся мужчинам, перехватила у одного дубинку и, когда он обернулся, чтобы проучить малявку, посмевшую вмешаться, бросила ему в глаза чудесный розовый порошок, красивый на вид, но вызывающий паралич. Такого же угощения попробовали и остальные члены компании.
– И опять все у моих ног.
– Потянувшись, Иви передернула плечиками и довольно улыбнулась. – Что они во мне находят?!
– И чем здесь травят? – Элиот был сама непосредственность, легко опустился на стул справа от девушки и пододвинул к себе тарелку с отбивными. – Надеюсь, сегодняшние?
– Попробуйте поднять. Если встанут, то свежие.
– Распространенное заблуждение, – нисколько не смутился темный. Даже не скривился и аппетит не потерял. Хотя… что еще от него ожидать? – Поднять кусочки невозможно. Именно этой причиной руководствуются те, которые хотят остаться безнаказанными, уничтожая тело.
– Но ведь можно вызвать дух?
– Можно, но зачем нам дух этой говядины?
Иви прислушалась к чужому разговору. Ведь самое интересное и касающееся именно тебя гораздо проще узнать из чужих сплетен, чем разобравшись в себе или обратившись за помощью к друзьям.
Идти по зданию инквизиции было интересно. Дункана многие узнавали и кланялись, а вот на нее смотрели с холодным подозрением, ожидая подлости или еще чего-то. Как же ей этого не хватало! Оказывается, привыкаешь и к такому.
Зло – оно как ржавчина. Точит самую стойкую душу, превращая ее в тлен и прах.
А мне казалось, что все это ерунда какая-то. Что значит, никогда? Никогда — это сколько? День, три, неделя? Месяц? Никогда — это значит навеки? Мне не нравится это слово, я хочу вычеркнуть его из своего лексикона.
Понимаешь, путешествовать между мирами — это просто, как выйти на прогулку перед обедом. Просто открываешь дверь, делаешь шаг — и все.
Понимаешь, путешествовать между мирами — это просто, как выйти на прогулку перед обедом. Просто открываешь дверь, делаешь шаг — и все. Но это возможно только при наличии этой самой двери. Когда же ее нет, остается только биться головой о стену. Стен нет только для драконов. Для них, на самом деле, и множества миров тоже нет, а есть один, но бесконечно множественный, они живут во всех мирах одновременно и сразу.
— Не волнуйся, — сказал Кир, выходя из спальни.
Это самые бесполезные слова из всех бесполезных слов когда-либо мною слышанных. Потому что, если ты пребываешь в спокойном состоянии духа и тела, а тут кто-то заботливый замогильным голосом брякнет у тебя над ухом, не волнуйся, мол, а потом еще контрольным выстрелом добавит, что все будет хорошо, то ты же сразу же волноваться начнешь. Ну, а если метаться уже поздно и волнение есть в наличии, то, не знаю, как вы, а я после этих слов обычно мгновенно впадаю в панику, понимая, что все будет очень плохо, а хорошо наоборот вообще не будет больше никогда.
Пока мы живы – все не так плохо.
Нас предают именно те люди, которым мы безгранично доверяем. Бойтесь тех, кого подпускаете к себе слишком близко.
Казнь порою не так страшна, как ее ожидание.
«В любой, даже волнительной или не очень приятной ситуации оставайтесь уверенными в себе. И никогда не опускайте подбородок, это добавляет вам уныния и лет».
В моменты тревог и атеист уверует.
«Никогда не отступайся от мечты в угоду чужим планам!»