Сердце любящей женщины готово многое простить.
Будь мужиком, держись. Держись, как леди викторианской эпохи держится за свою девственность.
Они не любят друг друга, потому что не любят себя.
Жесткое подчинение правилам, созданным людьми, вместо проявления Божьей любви, всегда приводит к серьезным проблемам.
" Непрошенные мысли залезают в кровать, я переворачиваюсь на другой бок, пытаясь придавить их животом. Но они, подлые, успевают выскользнуть."
Человек, который избегает работы, риска, ответственности, новых ситуаций - жалок.
Разве женщины не имеют права на сексизм в ближайшую пару тысяч лет, пока не сравняют счет?
… все в ней говорило о том, что она, как и я, как и все симпатичные мне дети, считает детство досадным и неловким состоянием. Нам приходилось носить дурацкую одежду и слушаться людей, большинство из которых мы считали глупыми и противными, нам нельзя было зарабатывать себе на жизнь, а из-за своего невежества мы не могли полностью полагаться на собственные силы.
...чему быть, того не миновать, никогда не играй с судьбой на груши, ей достанутся спелые, а тебе незрелые.
« Юра просто лег и погрузился в глубокий сон.Погружался он быстро, нарушая все возможные инструкции, но ему не было страшно. Десять секунд – и вот он уже стоит на самом дне своего сна.»
Под кожей мы все одинаковы.
Вам никогда по-настоящему не узнать сердце другого человека, не понять, что его сломает или что придаст ему сил. Как он определяет для себя мужество, бунт или успех. Пока вы не побывали на его месте, не походили в его мокасинах.
Что-то очень неладно в мире, и не обвинишь в этом ни Бога, ни его отсутствие
В подлом государстве невольно и сам становишься подлецом.
Отказаться от своей собственной картины мира и впасть в полную зависимость от чьей-то еще - не означает ли это в буквальном смысле сойти с ума?
... я спрашивал себя: "Как ей могли понравиться одновременно эти туфли и я?"
Анвар впал в сентиментальность, как это часто бывает с бесчувственными людьми.
Есть только одно слово — ревность. Обычная старомодная ревность. А еще — зависть, которая ничем не лучше. Я недавно читал, что она еще опаснее для брака, чем ревность.
Всхлипывая, она прильнула к нему, по-детски ввинчивая в глаза кулаки.
Когда Девил наконец зашел в комнату, он нашел своего Ангела укутанного в его халат, свернувшегося калачиком и мирно спящего. Аккуратно присел возле нее, ощутил запах своего геля, и в душе проснулось первобытное чувство собственника, присущее больше животному. Она носила его запах, словно сама заклеймила себя, и ему это безумно понравилось.
Девил встал, тихо разделся догола, подошел к Алекс и медленно развязал халат, раскрывая его. Алекс что-то пробормотала во сне, но так и не проснулась, от всего пережитого впав в глубокий сон. Тогда Девил аккуратно снял с нее халат, достал еще одно покрывало и лег рядом, сжав своего Ангела в объятиях и накрыв ее легкой тканью. Теперь только так они будут спать каждую ночь, решил он, чувствуя, как Алекс придвинулась ближе, ища его тепло. Как только она уютно устроилась в коконе его рук, Девил тоже закрыл глаза, отдаваясь манящей темноте.
Бланка считала, что следует ограничивать чтение, ведь существуют вещи, которые девочке читать еще не по возрасту, но Хайме думал, что люди не читают того, что им неинтересно, а если книга захватывает, значит, человек созрел для этого.
Полина Яценко до сих пор работает на телевидении. Программу «Интервью» закрыли, но дама теперь вещает на другом канале.
This Africa knows only one law. You eat somebody or you are eaten.
В ужасе София прибегла к простейшему способу бегства от беды и страха – она закрыла глаза и заснула.
Есть детали, которые запоминаются на всю жизнь. И не только запоминаются. Маленькие, как будто незначительные, они въедаются, впитываются как-то в тебя, начинают прорастать, вырастают во что-то большое, значительное, вбирают в себя всю сущность происходящего, становятся как бы символом.
Я помню одного убитого бойца. Он лежал на спине, раскинув руки, и к губе его прилип окурок. Маленький, еще дымившийся окурок. И это было страшней всего, что я видел до и после на войне. Страшнее разрушенных городов, распоротых животов, оторванных рук и ног. Раскинутые руки и окурок на губе. Минуту назад была еще жизнь, мысли, желания. Сейчас — смерть.