Цитаты

- Неужели думал, что я как Медуза Горгона могу взглядом в камень превращать?
- Умом понимаю, что нет, а в груди так и ёкает. Как думаешь, что это?
- Чувство самосохранения, - с сомнением протянула Настасья.

В гостях у сказки, или Не царевна лягушка

Янина Веселова

Одна попаданка хорошо, а две — лучше! Тем более, что очутились они в знакомой с детства сказке. Вокруг знакомое, все вокруг свое. Или не все? Давайте разбираться вместе. Наличие большой и чистой любви и всеобщего счастья автор гарантирует.

Мать поклоняется ребенку как идолу, требуя одной только скромной платы взамен - всей его жизни целиком.

Один законник с портфелем в руках награбит больше, чем сто невежд – с автоматами.

Мертвым все равно, когда живые женятся.

Любовь к красному

Ольга Гусейнова

Даже в техногенном мире не обойтись бел магии, особенно если ее источник — загадочный Голодный туман. Эвелина — маг-зеркальщик, и она умеет многое: изгнать навязчивого призрака и убедить в своей правоте местную власть, обезвредить могущественный артефакт и раскрыть страшное преступление. Ей неподвластно только волшебство любви. Сбежав за океан от жениха-тирана, Эвелина сталкивается с настоящим маньяком. Но и смертельной ловушки можно избежать, если рядом — влюбленный мужчина, сильный, верный и...

Если от вас самого не исходит яркое сияние, то вы, во всяком случае, являетесь проводником света.

Слова - это волочильный стан, на котором можно растянуть любое чувство.

Не знаю. Никто не знает. Тысячу лет люди не могут найти ответа на этот вопрос и, как мне кажется, никогда не найдут. Нас либо тянет друг к другу, либо нет, и случается, между двумя людьми возникает чувство, которое приходится скрывать. Я не могу объяснить, что меня подтолкнуло, а ты — тем более.

Он приносит мне завтрак в постель, когда прошу, но я не хочу, чтобы мне нужно было просить.

Преступления прошлого

Кейт Аткинсон

Кейт Аткинсон — один из самых уважаемых и популярных авторов современной Британии. Ее дебютный роман получил престижную Уитбредовскую премию, обойдя многих именитых кандидатов — например, Салмана Рушди с его «Прощальным вздохом мавра». Однако настоящая слава пришла к ней с публикацией «Преступлений прошлого» — первой книги из цикла о кембриджском частном детективе Джексоне Броуди. Роман вызвал бурю восторга и у критиков, и у коллег по цеху, и у широкого читателя, одним из наиболее ярых...

Вот это оно и есть, вот к чему все сводится; вот вам цивилизация, миллиарды лет вашей эволюции - вот они: засаленные картинки для онанистов да гнилое звериное мясо. Секс и насилие в уменьшенном масштабе, как все наши типовые фантазии.

- Эти ваши свидания по-королевски - ужасно голодное мероприятие.

Кстати, о птичках, или Возьму принца в хорошие руки!

Наталья Филимонова

Чего только не сделаешь ради спокойствия любимого коллектива и подопечных животных! Даже помолвку с принцем заключишь. Фиктивную, конечно. Но необходимости ходить с ним на свидания это не отменяет. Правда, совершенно непонятно, как найти для тех свиданий время в напряженном графике ветеринара магических животных. Хоть с собой работу бери! Некоторые пациенты, кстати, и не против вовсе. А принц… ну… а кто его спрашивает!

— ...временами думаешь: этому не будет конца. Но конец приходит. Думаешь — любовь. Это такая цельная, такая вечная штука. Большая и… отдельная от тебя. С собственным весом. Понимаете, о чем я?
— Да.
— Но это неправда. Такой же плод воображения. Не стану набивать ей цену. Она рассасывается постепенно, сама по себе. И когда совсем исчезнет, ты и не вспомнишь, какая она была. — Это он узнал в маленьком парке. Что возможно и даже разумно выбрасывать разбитое сердце, как разбитую чашку: какой в ней прок? — Любовь — это твое личное. Я хочу сказать, моя любовь не имеет никакого отношения к ней — такой, какой она является на самом деле. Это то, что чувствую я. Кажется, любовь соединяет меня с ней. Но это неправда. Это миф, моя выдумка; миф о нас двоих. Любовь — это миф.
— Любовь — это миф, — повторил Дедушка Форель. — Как лето.
— Что?
— Когда на дворе зима, тогда лето — миф. Молва, слухи. Которым нельзя верить. Понимаешь? Любовь это миф. Лето — тоже.

Маленький, большой

Джон Краули

От автора тетралогии «Эгипет» — эпический бестселлер о любви и волшебстве, о свободе воли и предопределении, о роли личности в истории, плетущейся невидимым, но могущественным рассказчиком. Городской клерк Смоки Барнабл женится на Дейли Элис Дринкуотер, дочери детского писателя, и отправляется жить с ней в неотмеченную на картах усадьбу Эджвуд — загадочное сооружение, которое чем глубже в него заходишь, тем больше становится и, кажется, вмещает в себя окружающие леса и поля, а то и весь мир....

У человека счастливого нет прошлого, тогда как у несчастного не остается ничего другого.

Узкая дорога на дальний север

Ричард Флэнаган

В этом удивительном романе, который Э.С. Грейлинг, член жюри Букеровской премии 2014 года, назвал шедевром, Флэнаган расскажет о судьбе австралийских военнопленных, брошенных на строительство печально известной Дороги смерти. Дороги, забравшей жизни десятков тысяч людей, погибших в нечеловеческих условиях вдали от дома. Но это не просто рассказ о трагических временах – это история любви, смирения и отваги. Это книга о том, что может сделать человек, поверивший, что шанс на будущее все еще есть.

Вот вам еще одна жизненная мудрость: в конечном счете за все на свете отвечают люди, значительно более тупые, чем ты.

Вернон Господи Литтл. Комедия XXI века в присутствии смерти

Ди Би Си Пьер

Вернон Г. Литтл, тинейджер из провинциального техасского городка, становится случайным свидетелем массового убийства собственных одноклассников. Полиция сразу берет его в оборот: сперва именно как свидетеля, потом как возможного соучастника и в конце концов – как убийцу. Герой бежит в Мексику, где его ждет пальмовый рай и любимая девушка, а между тем на него вешают все новые и новые преступления. При некотором сходстве с повестью Дж. Д. Сэлинджера «Над пропастью во ржи» роман «Вернон Господи...

Девочки, миленькие, да ведь мода к человеку гвоздями не прибита! Вещь должна быть и к лицу, и к фигуре, и удобной быть, и носиться хорошо,, а вот это... модное, которое на один раз - на него ж без слез не взглянешь!

– Ты знаешь, в чем заключается сложность борьбы с вирусами? – спросил он ни с того ни с сего. – Они настолько малы, что могут жить внутри клетки. И их невозможно прикончить, не уничтожив саму клетку. Они становятся частью тебя.
– И к чему же все это…
– С дьяволом так же. Он – вирус, который нашел себе идеальное убежище. Он не живет в подземелье. Не прячется в аду. Его невозможно поразить мечом или сжечь огнем, потому что он живет в людях. Захочешь убить дьявола – придется убить человека. Он прячется внутри нас, но от того, что он невидим, как вирус, дьявол не становится менее реальным.

Гончие Лилит

Кристина Старк

Однажды в дублинском кафе, где работает Скай Полански, появляется загадочная незнакомка по имени Лилит, которая предлагает Скай работу секретарем в своей клинике в Бостоне. Скай не из тех, кто готов к переменам, но, устав от неудач в личной жизни, она соглашается. Вскоре выясняется, что под прикрытием клиники скрывается весьма изощренный бизнес, который способен дать все: красивую жизнь, роскошь и адреналин. Но праздник длится недолго: дьявол уже приготовил для Скай свои страшные дары.

Закон, запомните, - это неточный инструмент, почему и существуют законники. Он действует в чью-либо пользу – или, конечно, наоборот, - избегая близости к реальным фактам жизни, насколько это возможно. Он стремится усложнять положение дел.

Словарь Ламприера

Лоуренс Норфолк

В своем дебютном романе, в одночасье вознесшем молодого автора на вершину британского литературного Олимпа, Лоуренс Норфолк соединяет, казалось бы, несоединимое: основание Ост-Индской компании в 1600 г. и осаду Ла-Рошели двадцать семь лет спустя, выпуск «Классического словаря античности Ламприера» в канун Великой Французской революции и Девятку тайных властителей мира, заводные автоматы чудо-механика Вокансона и Летающего Человека — «Духа Рошели». Чередуя эпизоды жуткие до дрожи и смешные до...

Хипстер - человек, презирающий условности и общепринятые нормы морали.

Очень важно, чтобы объект любви был только получающей стороной. Любовь — это бескорыстное чувство, и никто не вправе ждать ответных даров взамен того, что дал сам.

А вообще, я тебе скажу, любовь зла, и козлы этим пользуются.

Бом-бом, или Искусство бросать жребий

Павел Крусанов

Андрею Норушкину, главному герою романа, даровано священное право — быть хранителем мистического колокола судьбы, спрятанного в подземной башне и молчащего до норы до времени. Но уж если ударил колокол — жди грозы, результат которой непредсказуем. Так о чем же этот роман? Я бы сказал — об ответственности. Только у каждого она бывает разного уровня. Чаще всего ограничивающаяся узким кругом близких и родственников. Род Норушкиных несет ответственность, ни много ни мало, за судьбы России. На земле...

Что можно есть и подгнивший картофель. Это вредно, говорит д-р Шпрингер. Но голодная смерть еще вреднее.

Геррон

Шарль Левински

Когда-то Курт Геррон был звездой, а теперь он — заключенный в концлагере. Известного артиста прямо из съемочного павильона отправили в гетто Терезиенштадта, где он должен в последний раз продемонстрировать свой талант — снять фильм, который изобразил бы земным раем унизительное существование евреев в гитлеровской Германии. Курту Геррону предстоит нелегкий выбор — если он пойдет против совести, то, возможно, спасет и себя, и свою жену Ольгу, которую любит больше жизни. В этом блестящем,...

Дети чувствовали, хотя и не умели сказать, что вся история человечества - это истории поиска решений, история научной фантастики, которая глотает идеи, переваривает и исторгает формулы выживания. Без одного не существует другого. Нет фантазии - нет реальности. Нет анализа потерь - нет выгоды. Нет воображения - нет воли. Нет невозможных мечтаний - нет возможных решений.

Дзен в искусстве написания книг

Рэй Брэдбери

«Каждое утро я вскакиваю с постели и наступаю на мину. Эта мина — я сам», — пишет Рэй Брэдбери, и это, пожалуй, и есть квинтэссенция книги. Великий Брэдбери, чьи книги стали классикой при жизни автора, пытается разобраться в себе, в природе писательского творчества. Как рождается сюжет? Как появляется замысел? И вообще — в какой момент человек понимает, что писать книги — и есть его предназначение? Но это отнюдь не скучные и пафосные заметки мэтра. У Брэдбери замечательное чувство юмора, он...

– Мужчин, виновных в домашнем насилии, можно лишь презирать.

За закрытой дверью

Бернадетт Пэрис

Жизнь Джека и Грейс Энджел, недавно ставших мужем и женой, представляется идеальной. Джек – увлеченный своей профессией адвокат, не проигравший ни одного дела. Грейс – счастливая домохозяйка и безупречная хранительница домашнего очага, она прекрасно готовит и умело ухаживает за садом. Кажется, в их жизни есть все. Их званые вечера проходят на высшем уровне, их дом поражает уютом и идеальным порядком… Но что происходит в нем, когда входная дверь закрывается за последним гостем?

Когда он ушел, миссис Лилибэнкс надела фартук и вымыла посуду, затем поставила в раковину кастрюли, чтобы они отмокли. Она сочла, что на сегодня достаточно того, что ока вымыла тарелки, стаканы и приборы, и решила встать завтра до прихода миссис Хаукинз и, вымыв, убрать кастрюли. Миссис Лилибэнкс получила удовольствие от сегодняшнего вечера, проведенного с Сиднеем, и надеялась, что ему тоже понравилось, но все никак не могла забыть о том, с каким беспокойством он говорил об Алисии. Она видела, что что–то тут не так, и вспоминала, как Алисия поведала ей, что не уверена, хочет ли иметь ребенка от Сиднея. Может быть, все–таки стоило завести ребенка? Нет, миссис Лилибэнкс считала, что с такими чувствами вряд ли стоит заводить ребенка, хотя и не сочла себя вправе выступать в роли советницы. Видимо, Алисия уехала в приступе дурного настроения, иначе сообщила бы Сиднею, куда собирается отправиться и когда намерена вернуться. Миссис Лилибэнкс вспомнила о вспышке гнева у Сиднея в тот вечер, когда она вместе с Полк–Фарадейсами ужинал в их доме. «Ты бьешь уже, кажется, шестой или седьмой стакан!» – воскликнул он, когда Алисия уронила стакан, и тон его был свирепый. Алисия в свою очередь сказала за столом, что муза Сиднея больше не живет у них – да–да, что–то в этом духе. Это было не слишком тактично, и миссис, Лилибэнкс видела, как и разозлился, и одновременно сконфузился Сидней.Лучше всего быть любезной и с тем, и с другим и не вмешиваться в их дела.Уже собираясь спать и надев ночную рубашку и красный шерстяной пеньюар, миссис Лилибэнкс бросила последний взгляд на свою новую картину. Там была изображена желтая ваза с белыми розами, голубоватосиреневыми клематисами. Хотя она и производила неплохое впечатление, но уже казалась ей не столь удачной, как тогда, в пять часов, когда закончила ее. И не столь удачной, как если бы она всю свою жизнь посвятила живописи, а не только воскресенья.Говорят, искусство – это долготерпение, а жизнь так коротка!

Сочинитель убийств

Патриция Хайсмит

Сидней Бартлеби – писатель, наделенный безудержным воображением. Стоило ему только представить себе, что он убил свою жену, как заработала безжалостная машина, уничтожившая не одну жизнь. Те, кому знакомо творчество Патриции Хайсмит, уже догадываются, что их ждет повествование, которое держит читателя в напряжении до самого конца… Этой книгой Издательство Независимая Газета продолжает серию детективов «Сочинитель убийств» – о преступлениях, связанных с литературой и искусством.

Какие глупости говорят люди, когда они влюблены!

День поминовения

Агата Кристи

За роскошным столом ресторана, накрытым на семерых, сидят шесть человек. Напротив седьмого, пустующего места одиноко стоит веточка розмарина. Она знаменует память о Розмари Бартон, внезапно умершей за этим же столом ровно год назад. Не в силах пережить депрессию, она отравилась цианистым калием. Но есть по крайней мере один человек, который считает иначе, поэтому и собрал снова вместе всех свидетелей той смерти. Это – муж Розмари, получивший анонимное письмо о том, что его жену отравили. Однако...

...слухи распускать — как дерьмом кидаться. Попадёшь ли — ещё вопрос, а руки точно перепачкаешь.

Серп властителя

Константин Нивский

Легко ли жить в мире, где идет бесконечная война? Где правит суровый Закон, а общество поделено на касты. И твой путь нельзя выбрать - он предопределен навсегда. Хорошо, если повезло родиться аристократом, будущей элитой армии Властителя. Пройти дорогой славы и подвига, сражаясь с чудовищными порождениями нечестивой магии. Или же карающим лезвием отсекать побеги ереси и вольнодумства. Не сомневаться. Не искать ответы на вопросы - идти вперед, повинуясь Закону. Или же попытаться найти свой...