Господи, как же я люблю своих родителей. Если бы я совершила убийство, они бы непременно нашли мне оправдание и еще убедили бы всех, что жертва сама виновата.
— Будь собой, — повторял Люк.
Но честное слово, это глупо. Всем известно, что цель собеседования — не показать себя таким, какой ты есть, а притвориться тем, кто им нужен на эту должность.
Я удивленно на него смотрю. Разве с покупками можно «разделаться»?! Это с другими делами можно разделаться, чтобы заняться покупками.
Сухопутные черепахи селятся здесь по болотам и разным низким местам. Они царственно вкусны.
Заключительный пример – иммобильность в образовании: дети, рождающиеся у необразованных родителей и попадающие в соответствующие сети, как правило, обречены с рождения оставаться на более низких уровнях когнитивного взаимодействия и образования, и в итоге у них гораздо меньше шансов получить высшее образование.
Многие люди добры и честны, пока им плохо живется, и становятся невыносимыми, едва только их положение улучшится.
- А что такое жизнь?
- Именно то, что в данную минуту происходит.
Наша беда в том, что нет в нас ни настоящей глупости, ни истинной разумности. А вечно - наполовину сидим: как обезьяны, между двумя ветками.
Лучшие остроты на свете говорятся серьезными людьми.
— В качестве кого же ты хочешь идти в мир?
Я смеюсь.
— Просто как искорка жизни, которая попытается не угаснуть.
Одиночество не имеет никакого отношения к тому, много у нас знакомых или мало.
Несчастье не в том, что невозможно слиться до полного единства и приходится расставаться, каждый день и каждый час. Знаешь это, и всё же не можешь удержать любовь, она растекается между пальцами, но она - самое драгоценное, что есть на свете, и всё же её не удержать. Всегда один из двух умирает раньше другого. Всегда один из двух остаётся.
А жизнь, хорошая или плохая, все равно есть жизнь, это замечаешь, только когда вынужден ею рисковать.
Сомнение - оборотная сторона веры.
Наша проклятая память - это решето. И она хочет выжить. А выжить можно, только обо всем забыв.
Раздвоение личности - это обычное желание убежать от самого себя.
– Каждый когда-нибудь кого-то спасает, – замечает Георг. – Так же как он всегда кого-то убивает. Даже если и не догадывается об этом.
А жизнь, хорошая или плохая, все равно есть жизнь, это замечаешь, только когда вынужден ею рисковать.
Если потерпевший упрямился, ему читали вслух уголовный кодекс. Это волшебная книга. Во-первых, удар ею не оставляет следов. Во-вторых, в ней есть статья для всех, кто не убежал, пока была возможность.
…Люди богатеют благодаря разным талантам. Одни невероятно энергичны. Просыпаются до рассвета и вкалывают, вкалывают, вкалывают. Это такое расстройство, невротическое трудолюбие. Если работы нет, пахари её придумают. Отдых они ненавидят, тратить деньги им некогда. При таком отношении состояние скапливается само по себе.
– И кто этот счастливый человек?
– Моряк. Капитан танкера.
– Интересно, он фуражку носит поверх рогов или между?
– Он дырочки провертел.
– В шторм удобно. Не сдует.
Поздней осенью, когда за зонтами и капюшонами не видно лиц, приятно бывает пожалеть себя хорошим коньяком.
Я человек отходчивый, но отходить на тот свет раньше времени мне не хотелось!
Игра стоит свеч. Даже если это — свечи от такого геморроя, как выйти замуж за незнакомого мужика по принципу «стерпится-слюбится».
Направо пойдешь — смерть найдешь, налево пойдешь — пропадешь, прямо пойдешь — мучительно умрешь, назад вернешься — на гибель нарвешься.