Горько оплакав молодую супругу, батюшка весь ушел в служение Церкви, не переставая твердить, что в этом мире есть только два пути: тот, что выбирает тебе Господь, и тот, что выбираешь сам. Он старался идти первой дорогой.
Моя жизнь-это моя жизнь. Я живу ею. Я ею распоряжаюсь.
-Почему они сдались? - спросил Гвоздарь. -Иногда люди учатся на ошибках. - сказал Тул.
Художник засуетился, это было тем более удивительно, что он не двигался с места, но производил человека засуетившегося, как кот, пойманный над колбасой; у художника как-то по-особенному забегали глаза, и пальцы, сжимавшие верхний край картины, стали напоминать пальцы не художника, но пианиста, готовящегося заиграть что-нибудь шустрое из Моцарта.
Скорей выздоравливай.
Как будто сумасшествие – это одно из тех заболеваний, которое пройдет, если хорошенько выспаться.
Бывает, за счастьем гоняешься, ждешь его, ищешь, заглядывая во все щели и под кровать, а стоит отвернуться и забыть про поиски, как оно само, словно бабочка, подлетит и тихонько сядет тебе на плечо. Главное, на него пристально не смотреть, и тогда оно, не смущенное вниманием, будет сидеть на плече долго-долго.
Магия сушествует в умах тех, кто в нее верит, не имея иного влияния на реальность
Закон суров, но это закон.
Язык Сони выплевывал такие маты, что даже фуксия в горшочке стыдливо завернула нежные лепестки в кокон.
Инга моя в это время закрылась в ванной и издавала странные звуки. Из неё лезут бесы?!
Приморский город в реальности Лаэтра встретил нас ярким солнечным светом, легким ветерком и запахом моря. Мы вышли у городской библиотеки, располагавшейся на холме, чтобы тратить меньше усилий на построение портала
С другой стороны, в трудовом договоре не указано, с кем я имею право встречаться в нерабочее время, а с кем нет. И всё же лишний раз привлекать к себе внимание не стоит. Я и без демонстративного общения с Рурком здесь, как белая ворона среди чёрных ящериц
Мимо проходили эльфы и люди, моя семья тоже шла на прогулку, кажется, с ними теперь беседовал сам Лариант. А мы всё стояли не шевелясь, и я не сразу осознала, что крепко обнимаю Вира, уткнувшись ему в шею, и вдыхаю приятный свежий запах
меня не смутит и то, если ты вдруг станешь мальчиком. Будет забавный опыт…
Ключи вообще всегда сложно выбрасывать, даже если их замок уже давно исчез. Расстаться с ними так трудно – вдруг понадобятся.
Говорят, у больниц есть свой незабываемый запах. Конечно. И это неудивительно, странно было бы не иметь запаха хлорке и боли, автоклавам и ранам, казенному белью и безвкусной пище.
Но откуда, скажите на милость, свой запах у школ и институтов?
Ты знала, что кофе не бодрит? Он заставляет организм не замечать, что тот устал.
Аденозин, грубо говоря, это такая молекула усталости. Она накапливается в мозге и сигнализирует о том, что пора спать. Кофеин схож с ней и может залезть в связывающий участок рецептора и имитировать его работу, в действительности блокируя сигналы об истощении ресурсов.
Ненавижу эти слезы. Ненавижу их за то, что они не помогают.
И до утра танцуют нагишом, да друг с дружкой непотребство совершают. И ладно б только друг с дружкой, но ведь каждая ведьма там с самим дьяволом совокупляется!
— Бедный дьявол. Доброй половине ж ведьм за семьдесят… — Герцог почесал затылок. — Теперь я понимаю почему он так зол на людской род.
— Не «милочка», а оператор Фолк, – вновь поправила его, давая понять, что я здесь не пинту распивать пришла.
— Ух, какая! – присвистнул он. – Ну да ладно. Фолк, верно? Я просто хочу сказать, что вряд ли ты найдёшь человека, которому можно доверять больше, чем Дэну. Если он что-то сказал, то скорее костьми ляжет, но обещанное выполнит.
— И как меня спасут от монстров его кости или даже плоть? –
Этот невозможный медведь был просто каким-то невероятным. Не мог полноценный мужчина отказаться от теплого женского тела во имя какой-то там глупой любви. Невозможно такое, и точка.
Для «телячьих нежностей» у нас с ним есть ночь. Когда моего мужа накрывает желанием и эмоциями, его любовь прорывается в том числе и в словах. И я слушаю, млея, что я его залатиначка и ясочка, зиранька, а когда и вредная халадиначка...
Само собой, я потом на нём отыграюсь, но это будет совсем другая история. Возможно с трупами.
В общем, у этих двоих не иначе как случилось крепкое взаимное чувство : они хотели друг друга как минимум прикончить.
Він вивчає мене. За окулярами в роговій оправі його очі кольору старої джинсової тканини, віцвілі від кислотного змиву надто багатьох сумних історій. Занадто багато отруйних таємниць вибілили їх до кісткової блідості.