Можно быть или более счастливым, например, по сравнению с тем, что было раньше, или менее счастливым по сравнению с тем, что, возможно, когда-нибудь будет. Ощущение счастья никогда не бывает абсолютным, оторванным от конкретного времени или обстоятельств.
... врач – это не профессия, это почти половая ориентация.
– Лучше веселое чудовище, чем сентиментальный зануда
Я отношусь к типу людей, которые любят и ценят уединение. Я люблю быть один. Или вернее так: быть одному мне совсем нетрудно.
В любой точке романа его перечитыватель уже знает, что должно случиться дальше, и оттого может разорвать или даже повернуть вспять обманчивую цепную реакцию причин и следствий, в которую безповоротно закован Цинциннат. Вместо этого опытный читатель может заняться изследованием этиологии высшего порядка, того порядка, в котором обычные с виду предметы и события оказываются метинами, привлекающими внимание к той или другой подробности основного чертежа книги, а значит, и к ее конструктору, присутствие которого в хорошо устроенном мире этой книги незримо, но непременно сказывается везде и во всем.
... — Это вино не пойдет. Оно должно оттенять еду, а не портить. Сюда нужно что-то такое легкое, воздушное…
«Наш человек», — удовлетворенно сказал Песец.
— Сидр? — предположил Шелагин-младший.
— Разумеется, нет. Сидр даже близко не сравнится с шампанским.
«Пошли отсюда. Нам она не подходит, — мрачно сказал Песец. — Если человеку не нравится сидр, у нас с ним никогда не будет взаимопонимания».
- Взаправду, милая моя Тиана… взаправду… кем бы ты хотела стать? Баронессой… графиней? - Ручку благо мусолить перестал, прижал к груди и поинтересовался: - Слышите, как стучит сердце?
- Ага. - Панночка Белопольска уставилась на его высочество. - Громко. И быстро. Вы, часом, грудною жабой не страдаете? А то, знаете, дядечкин приятель один тоже все жаловался, что сердце громко бухает. И помер. Оказалась, что грудная жаба…
- Это любовь! - с придыханием сказал Матеуш.
- Думаете? А доктор говорил, будто жаба…
" Если хочешь быть загнан в ловушку и желать провалиться сквозь землю на месте, то не держи язык за зубами перед своим ребенком, который с радостью сдаст тебя кому угодно. "
В музыке всякий основной тон имеет дополнительные оттенки, и точно так же, если мы слишком долго заставляем звучать в своем сердце одну струну, неожиданно возникают какие-то чуждые, неожиданные звуки.
Поскольку ему не удавалось хорошо пожить, он хорошо учился. В университете своего штата он занимался так серьезно, что гомосексуалисты считали его интеллектуалом, а интеллектуалы — гомосексуалистом. Он специализировался в английской истории, и это не прошло ему даром.
— Английская история? — разгневанно изумился сенатор их штата с густой серебряной гривой и сомнительной репутацией. — А почему не американская? Может, он думает, что она хуже других?
Незадачливый студент мигом переключился на американскую литературу, но ФБР уже внесло его в списки неблагонадежных.
Знание о том, с какой стороны исходит проблема, – уже часть ее решения.
Паркер целовала ее еще раз, и ее оргазм раскрывался в ней, как цветок, тянущийся к солнцу, взрываясь в ней жаром и жизнью. – Поцелуй меня еще раз, – прошептала Кэндис. Паркер поцеловала.
Дожидаясь, пока ему не станет лучше, он дни напролет проводил с Куприным, который, по его собственному признанию, перепробовал в жизни все, кроме беременности.
Думай о цели... Держи её в голове, подчини ей все остальное. И ты увидишь, как то, что считала помехой, станет ресурсом.
«Я - Стрела. Академия Стражей»
В умелых руках даже ложка – оружие.
Человеку свойственно надеяться на лучшее. Такова уж его природа, ничего не попишешь. Встречаются изредка, правда, принципиальные пессимисты, да поди еще разберись – действительно они все в мрачном свете видят или других в этом убедить пытаются.
– Вот смотрю я на тебя, и сердце радуется, - сказала я с улыбочкой Дане, подложив под щеку ладонь.
– В смысле? – прошамкал он.
– Ты так кушаешь хорошо, что моя личная внутренняя бабушка умиляется. Такой молодец.
– Так-так-так, надо же, – ухмыльнулся Клоун. – А кто еще живет в тебе, кроме бабушки?
– Внутренняя маленькая девочка, – попыталась я своровать ломтик картошки, но мне не дали этого сделать – легонько шлепнули по руке.
– Угощать кого-то – это как инвестиция в будущее, – заметила я невзначай.
– А не трогать чужое – это инвестиция в безопасное будущее, – отмахнулся Клоун.
Сегодня день моего триумфа, когда все встанет на свои места и обретет смысл. Сегодня я раздам все долги!
Медленно я шла по дороге и тащила вслед за собой мужчину в мешке.
О! Он очень тяжелый, но путь до места назначения довольно близкий, и ради благого дела стоит потрудиться.
Задницей нужно уметь вилять. Не колыхать бесформенными булками, а соблазнительно покачивать бедрами. Тогда мужики изойдут слюной и добровольно наденут на себя поводок.
Женщины! Вам ничего доверить нельзя! Или сломаете, или потеряете, или вязаной салфеточкой прикроете и водрузите сверху какого-нибудь глиняного кота-мутанта! И неизвестно, что хуже!
«Еще в юности она заметила, что большинство песен написаны о любви. Это было самое распространенное слово во всех песнях, а значит, решила Норма, это то, о чем люди больше всего хотели петь.»
Не месть лечит, Кира. Лечит созидание.
В приемной комиссии председательствовал ректор, который был весьма толерантен: он ненавидел всех одинаково, невзирая на пол, возраст, сословие и вероисповедание.
Праведное небо! Как можешь ты допускать подобные ошибки, наделяя огнем гениальности такие безобразные головы!
Генри Киссинджер (очень известный политик 70-х) метко заметил: «Идеальный афродизиак – это власть».
А деньги? Наверное, не меньший.