Вот вы хоть раз в пенсионном фонде были? А в поликлинике? А налоговую декларацию заполняли? Вот где ужас-то!
Ах, как же часто недооценивают вахтеров, уборщиц, дворников, а ведь эти люди знают, пожалуй, побольше иного директора.
Дипломатия… И нет, это не когда тебя бьют дипломатом.
Может, и кинул бы, но девица непонятная. А в непонятное лучше палочкой лишний раз не тыкать, тыкалка целее будет.
Да, так туалет сейчас и называют. Кабинет задумчивости.
— Я застрял.
— Ай-кью не пролазит?
было странное ощущение свободы, что граничила с одиночеством
– Слушайте, а давайте вытопчем в центре плантации интернациональное слово из трех букв!
– Это какое? – подозрительно уточнила Полина.
– «SOS», конечно! А ты что подумала?!
Судьба — она дама ветреная, никогда не угадаешь, чем и когда повернётся.
Длинные мужские волосы были ее слабостью, затмевая второстепенную ерунду вроде волевого подбородка, широких плеч и рельефной мускулатуры, которые так любят смаковать авторши любовных романов. За волосы Полина готова была простить мужчине многое – но не приставленный к виску бластер.
Обувь придумана для того, чтобы ее носить, а не с ней носиться.
— Иди за мной, след в след, — повернулся он к Эльзе и пошел вперед. — Сьед в сьед, — тихо повторила она ему в спину, кривляясь, и высунула язык.
– Я просто не хотела грузить вас такими мелочами.
– Ну да, лучше сразу нагрузить проблемами.
Тетка смотрела на него, как настоящая теща. Тещи, правда, у Стаса никогда не было, но капитан сразу её узнал.
— Внимание всем капитанам. Сосиска ныряет в пюре! — приговаривала она Еве. — Ты знаешь, что далеко-далеко есть целое море картофельного пюре?
— Не морочь ей голову, — возмутился Димдим. — До пяти лет я верил, что сосиски растут на деревьях, — пожаловался он. — А пельмени добывают на рудниках в Сибири.
— Верно, ты слишком быстро растешь, — Ася огляделась по сторонам, — но сейчас ты мне нравишься куда больше, чем когда тащил этот песок в рот и пускал слюни. По крайней мере, мне больше не надо менять тебе памперсы.
Рецепт семейного счастья от Ггероя:
— Рассказать тебе как мой дед учил бабушку послушанию? — вдруг хрипло поинтересовался Вульф. — Он брал вожжи, загонял ее в хлев и хлестал до тех пор, пока она не падала. После чего насиловал.
Громко сглотнув, спросила:
— Это ты… к чему?
— К тому, что они прожили вместе сорок семь лет и родили шестеро детей. А бабушка, после его смерти хотела повеситься. Ее вовремя из петли вынули. Но все равно не прожила долго. Умерла через полгода с тоски.
- Солнце, ты уйдешь от меня не раньше, чем этого захочу я сам.
Влюбленность делает человека глупым и наивным, укорачивая память и застилая глаза дымкой розового флера.
— Карла Нонновна, хватит скрипеть. Тебя словно с утра не смазал никто.
— Можно подумать тебя кто смазал, овца крашенная. Скоро восьмой десяток разменяешь, а все не угомонишься никак?
— Запретный плод сладок не потому, что он запретный, а потому что сладок.
...сожаления и сами по себе - лучшие энергетические вампиры на свете, способные лишить красок любую жизнь. А уж сожаления о несбывшемся - это и вовсе опасный и серьёзный яд.
— У вас есть пистолет с серебряными пулями? — спросил Рихард.
— Конечно, — кивнула она.
— Если после… процедуры я стану вести себя неадекватно — стреляйте.
— В вас? — уточнила Мирабелла. Рихард кивнул. — Определите точнее — что значит «неадекватно» в вашем понимании.
— Рвану на кухню обжираться, выхлебаю виски из бара или полезу к вам целоваться.
Мирабелла усмехнулась.
— Так я могла бы перестрелять половину мужского населения страны.
По сравнению с феями сицилийская мафия – просто бюро добрых услуг и благотворительная организация.
Мой друг, вырастивший двух детей, каждый раз, когда его привлекали к урокам сыновей, произносил после одну и ту же фразу: «Пора остановить наркоманию среди авторов учебников для начальной школы».