-Разбей моё сердце. Разбей хоть тысячу раз, если хочешь. Всё равно оно всегда принадлежало только тебе.
-Шшш,- шикнула на него я.
-Я буду любить тебя до последнего вздоха. Моё сердце бьётся только ради тебя. Я не могу умереть, не сказав тебе об этом.
- Пожалуйста, не умирай!- задохнулась я.
Он выпустил мою руку и погладил меня по волосам. У него почти не осталось сил, но я поняла, чего он хочет. Я наклонилась и поцеловала его. Этот поцелуй был воплощением всего, что было в наших поцелуях. Всей неуверенности. Всей надежды.
-Не сдавайся, Максон. Я люблю тебя. Пожалуйся, не сдавайся.
Действительно, в человеке существует некий животный инстинкт, некий механизм выживания, наверное, ещё с тех времён, когда люди жили в пещерах, в условиях постоянной опасности. У современного человека это шестое чувство, этот инстинкт находится в спячке, поскольку в нашем мире он редко бывает востребован, но, скрываясь где-то глубоко у нас в генах, он не утратил своей силы.
Любимым делом следует заниматься не по расписанию, а по вдохновению.
Не запирай птицу в клетке. Иначе как она станет петь?
Вот не зря говорят, что когда спокойным голосом ругаются в сто раз страшнее.
...до тех пор, пока вы можете испытывать надежду, ваше сердце будет разбиваться вновь и вновь.
Понимаешь, хочется, чтобы увидел, сказал: "Моя", затащил в пещеру и всё, ты за каменной стеной и никто ему, кроме тебя, не нужен.
Я понимал, что так мог любить свою землю только тот, кто всем сердцем тосковал по ней долгие годы, кто выстрадал эту любовь.
смех – самый разумный и самый лёгкий ответ на всё, что непонятно на этом свете;
- И вовсе нет. Пусть хоть сгорят синим пламенем, - махнула я рукой.
За нашими спинами хорошо так полыхнуло в темени ночи. Синим полыхнуло. Оглянувшись, я быстренько сделала вид, что это вовсе и не моих рук дело. Только укоризненный взгляд Леотарда выдавал меня с потрохами.
Незнакомец посмотрел на меня с интересом.
- А ты кровожадная. Куда путь держишь, кровожадная?
- В столицу, - ответила чистую правду. - А вы?
- И мне туда. Только попутчики мне все равно не нужны, - поравнялся он со мной, догнав в один шаг.
- Да как скажете, - весело пожала я плечами.
Меня с детства учила бабушка, что в присутствии мужчины мы должны есть как птичка. Как бы показывая всем видом, что ты его не объешь. Желательно делать такой вид, словно тебе на самом деле достаточно подышать рядом с булочкой, чтобы наесться на три года вперёд до отвала.
- Вы давали ему понять, что готовы...ну...
- Давала. Я намекнула.
- Как?
- Я его голая встретила, когда он первый раз приехал!
Уступить жестокой правде, уступить обстоятельствам — это ведь качество сильного человека. Слабый человек способен только отступить, но он никогда не может уступить.
Вся магия любви исчезла в тот самый миг, когда я отказалась его слушать, а он - говорить.
Люди всегда стремятся погубить то, что не в силах понять. А ты редкий цветок среди сорняка, поверь мне, я много людей повидал
- Может, напьёмся? - сказал Билл.
- Можно, - согласился Ник.
В натуральном виде счастье всегда выглядит убого рядом с цветистыми прикрасами несчастья. .... А удовлетворенность совершенно лишена романтики сражений со злым роком, нет здесь красочной борьбы с соблазном, нет ореола гибельных сомнений и страстей. Счастье лишено грандиозных эффектов.
Она была не из тех, кто стремится знать будущее. Слишком уж она его боялась. Поэтому если бы ей даровали исполнение одного маленького желания, это желание было бы – Не Знать. Не знать, что сулит завтрашний день. Не знать, где она будет через месяц, через год. Десять лет подряд. Не знать, куда повернет дорога и что окажется за поворотом.
Поразительно, как любовь сдирает всякие остатки вежливости, которой человечество за годы эволюции с такими усилиями обзавелось
Наши первые возлюбленные оставляют в нас глубокий отпечаток. Потом мы сами метим других.
Помнится, в прошлом году Семка-кузнец надрался и у старой ведьмы Шессы подсолнухи перепортил — решил, народ линг поднялся, чтобы людей изжить. На границе свои легенды, эх… Утром сообразил, что натворил, и каждый подсолнух к колку подвязал. Старуха через неделю всполошилась, мол, порчу нелюди навели, урожай изничтожили. Стебли высохли, а не падают, держатся колдовской силой! Ведьма, называется. Даже служителя храма водила в поле.
Народ посмеялся, кузнец повинился, а Шесса как продавала доверчивым барышням приворотные-отворотные зелья, так и продает.
Во взаимоотношениях мужчин и женщин мало чувств, которые были бы длительны и постоянны, но равнодушие — одно из них: и если уж отсутствие взаимного влечения возникло и укоренилось, то оно практически непреодолимо.
Мы не имеем права делать больше ни одного шага в прошлое. Мы не имеем права вмешиваться в него даже самым незначительным образом. Не имеем права, поскольку не знаем, что значительно и что незначительно.
Стянул опиумную свечу из бабушкиной жопы
Поднять народные массы на борьбу?
Это возможно только в одном случае. Когда дошли все. И до точки. Когда дома шаром покати, детям жрать нечего, перспектив вообще никаких, война идёт... да, ещё из-за границы должны это всё качественно проплачивать. Последнее - обязательно.