Дружба со слишком умными женщинами обладает одним минусом - они видят тебя насквозь.
всегда были и, к сожалению, есть и сейчас такие люди, которые считают, что, если что-нибудь происходит не так, как они думают, значит, это ложь
Вот что я думаю о достойном обеде. Во-первых, это хорошо поесть, затем обсудить хорошую еду и после того, как хорошая еда будет тщательно обсуждена, поговорить на приятную тему. Главным условием при этом должно быть следующее — беседу буду вести я!
Что-то происходит совсем рядом с нами. А мы не умеем разглядеть, как не умеем видеть чистый, яркий свет. Впрочем, попадая в кромешную тьму, мы так же не способны ничего разглядеть. Мы не можем нащупать тех нитей, что тянутся между нашими мирами, и либо чикаем ножницами наугад, либо тычем иголкой — куда придётся.
— Сын, — сказал папаша, — в жизни ты будешь работать и будешь играть. Оглянувшись на склоне лет, ты увидишь бесконечную череду дней, уходящих в прошлое до самого сегодняшнего вечера. Но если ты найдешь дело, для которого рожден, если сможешь полностью отдаться этому делу, тогда, мой сын, ты будешь победителем. Я не нашел. Большинству людей это не удается. Возможно, и ты не сумеешь, но суть в том, что нужно искать и не бросать попыток, даже когда не останется надежды. Ты меня понимаешь, сынок?
Человек любит свою мать, почти не сознавая, не чувствуя, потому что это так же естественно, как сама жизнь, и лишь в момент последнего расставания замечает он, как глубоки корни этой любви. Никакая другая привязанность не сравнима с этой, потому что все другие — случайны, а эта врожденная, все другие навязаны нам позднее разными житейскими обстоятельствами, а эта живет с первого нашего дня в самой нашей крови. И потом, потом теряешь ведь не только мать, а вместе с нею наполовину уходит само наше детство, ведь наша жизнь, маленькая детская жизнь, принадлежит ей столько же, сколько нам самим
Бывает так, госпожа баронесса, что на тебя ополчится само мироздание. Не потому, что ты виновен или плох, и не потому, что ненавидят лично тебя. Просто мир устроен так, что тебе не жить, как ты того хочешь. Это плохо, страшно, несправедливо, но это не повод не жить вообще. Не повод ненавидеть всех, кому не больно. Не повод заползти под корягу и ждать, когда за тобой придут. И уж тем более не повод не быть собой! Мироздание – это еще не мир, а предсказание – не судьба! То, что пытается нами играть, может отправляться хоть в Закат! Мы принадлежим не ему. Мы сами из себя создаем смысл нашей жизни, как жемчужницы создают перламутр. Из боли, из раны, из занозы рождается неплохой жемчуг, сударыня, и он принадлежит нам, а не тому, что нас ранило.
Не могу так больше! Как же отвратительно быть слабой в мире сильных мужчин. Это разъедающее душу чувство бессилия, когда измываются над твоим телом, а ты не можешь ничего поделать. Неужели мне только и суждено, что это терпеть?
лунный свет обладает способностью являть взгляду невидимое
Логика — штука хорошая. Хоть и подлая.
Человеку, утверждал некто понимающий, свойственно ошибаться, а из этой формулы следует, если не понимать её буквально, что тот, кто не ошибается, как бы не вполне человек.
Появляется первый ребёнок – всё стирается, гладится, бывает, что и по два раза, так как должна быть стерильность. Когда появляется второй ребёнок – стирается, иногда гладится, главное, чтобы он не ел из миски кота, а когда третий – если он поел из миски кота, то это проблемы кота.
– …и мама превратила вредную тетю Лилю в розовый куст! – заговорщическим шепотом сообщила Рита. Таким тоном дети страшные истории друг другу рассказывают, но обычно про злодеев, маньяков и злых колдунов, а не про собственных родителей. – И дядю Коула, и еще многих, – продолжала говорить девочка. – Но они не обиделись, так как мертвые не обижаются.
— Я не раз наблюдал в человеческих мозгах одновременное существование двух противоположных эмоций. — Вроде бы нелогично.
...Ученых интересует результат их исследований. Они сосредоточены на одном: способны ли они что-либо свершить? И никогда не спрашивают себя: а нужно ли это свершать? Такой вопрос они называют бессмысленным, им так удобно.
я не верю и готов это иногда с амвона закричать не верю, что Он желает чтоб мы забыли что Он свободными сотворил нас
Иногда к нужной цели ведут разные дороги, и никогда не знаешь, какая из них выведет первой.
По большому счету это и есть старость. Начинаешь раздавать накопленное, пока не останутся только воспоминания. В конце концов, что еще нам может понадобиться?
Как это часто бывает, всю оставшуюся жизнь определила череда мелких, незаметных шажков. Тихие крючки, шестеренки, невидимые зубчики, голубиное перо, невесомо опустившееся на спину всхрапнувшего от усталости быка, – Богу никогда не было жаль времени на мелочи, тонкую подгонку деталей, на милые, Ему одному заметные пустяки. Чего стоила только эволюция, боже мой, – вот уж трудно найти более неопровержимый аргумент, доказывающий существование Бога. Эта видимая любому естественнику прекрасная кропотливая работа – однокамерное сердце, двухкамерное, трехкамерное, наконец, четырехкамерное – а вот это я здорово придумал, хорошая идея, попробуем-ка повертеть еще немного и посмотрим, что получится. Привет, крокодил! Именно на твоем сердце я тренировался, создавая первого человека. Просторный верстак, миллионы лет изумительно точной работы, приятная ломота в плечах, шершавые пальцы, тихая гордость ремесленника и профессионала.
Люди вредят окружению от чувства ущербности и неплоноценности. Таким путем они неосознанно "доказывают" свою значимость. Очень хочется пусть отрицательно, но что-то значить.
Будущее в нас -- в нашей скорби!
Скарлетт О'Хара не была красавицей, но мужчины вряд ли отдавали себе в этом отчет, если они, подобно близнецам Тарлтонам, становились жертвами ее чар.
Кажется женщинам в истерике нужно предложить воды. Внутрь или наружно?
Находишь только тогда, когда не знаешь, что ищешь. А понимаешь, что нашел, чаще всего только тогда, когда уже потерял.
Да, да, - подумала она вздыхая. - Вот так бывает всегда в приключенческих повестях. Все только и делают, что спасают друг друга и спасаются сами. Хотела бы я, чтобы кто-нибудь когда-нибудь написал о той, кто пытается потом согреть героев.