Обещание,данное другим,полагается выполнять,что бы ни было.Иначе и друзей растеряешь,и себя уважать перестанешь.
И чайка боится лететь дальше, а мы полетели.
Серебристый свет морозит верхушки
уходящих в бесконечность деревьев.
Ближе к земле, где лунный свет
смешивается с холодом, воздух
голубовато-белый и газообразный. А лес
походит на колючий контур армейских
рядов, замерших в жутком марше. С
копьями, штандартами и огромными
бронированными панцирями,
выступающими из темной массы. Но в
этом месте лес расступается. Словно
сторонится чего-то. Толстые стволы
древних деревьев и хлесткие стены
папоротника тревожно отступают от края
поляны, посреди которой стоят провисшие,
выцветшие, запятнанные палатки. Ничто
кроме высоких сорняков и травы не смеет
нарушать границы лагеря.
А что это висит на деревьях? Что-то
трепещет на ветру, натянувшись вдоль
черной опушки леса, как стираное белье,
сорванное ветром с веревки и застрявшее
в ветвях. Возможно, это рваные рубахи,
выброшенные хозяином. В количестве
трех штук, а под ними три пары
потрепанных кальсон. И все в пятнах
ржавчины.
Это кожа. Содранная с мертвых тел.
Вымпелами развешанная на деревьях
вокруг места, где ты искал убежища.
Природа не знает слова "милосердие". Какими им быть - милосердными или жестокими, - выбирают люди благодаря особым органам, которые отличают их от рептилий - существ с крошечным мозгом.
Там меня поджидала очередная засада: оказывается, каждый участник ещё должен пройти собеседование с психологом. С их психологом! А я и с человеческими-то не очень нахожу контакт.
Вторая жена Тагая заплакала, но, вспомнив, что от слез делаются морщинки, замолкла и стала смотреться в зеркало.
Может, есть высший замысел, в котором мы - лишь маленькие части пазла. По одному из тысячи других ты ни за что не догадаешься, как будет выглядеть целая картинка. Даже рисунок на коробке не подскажет. Быть может, каждый из нас - кусочек такого пазла. Никто не знает своей истинной роли, не знает, чем все обернется. Возможно, чудеса, которые с нами случаются, - лишь вершина коварного айсберга, а трагедии чуть позже обернутся благом.
Пусть лучше будет и не понадобится, чем понадобится, а нету.
"Многие лишены дара видеть истину. Но ты, Джейна, всегда слушай своё сердце. Оно приведёт, куда надо."
Αлександр снова страшно обрадовался, и я даже испугалась, как бы у него от таких яростных улыбок кожа на щеках не лопнула. Страшный человек с убийственной жизнерадостностью…
В процессе эксплуатации хвост несколько буреет и теряет товарный вид, поэтому перед выставкой Суровые Минские Заводчики проводят тайный ритуал его чистки. Хвост замачивается в теплой воде и начищается щеткой мужа (потому ритуал и тайный – иначе несдобровать!) до блеска. Судьи не могут устоять перед таким великолепием, и торжествующие заводчики увозят с выставки кучу дипломов и розеток.
Я заметил, что смертельно больные пациенты словно переходят в другую категорию людей вне зависимости от своей социальной пренадлежности... Все здесь предельно вежливы, как в палате лордов.
Всю ночь меня преследовали во сне лиловые глаза, в которых плескалось убийственное бешенство. Такие жуткие кошмары меня не мучили даже в ночь накануне госэкзамена…
Жестoкость старшe Библии. Звeриное началo в людях рoдилось вмeсте с чeловечеством. Плохоe в человeке — дeло обычноe. Вот хорошeе — пoди сыщи...
Значимость человека в вашей жизни определяется не по его присутствию, а по отсутствию
Все идет как надо: ты, заковавшая сотни рабынь в цепи, можешь ли жаловаться богам, если заковали тебя?
А муравьиный лев теперь уже от злости продолжал зарываться все глубже и глубже, и никто так и не знает, выбрался он когда-нибудь наверх или нет.
В этот момент Дэмиан ощутил себя настоящим жителем Нивлдинаса, города тумана и дождей. То есть почувствовал, что он совершенно рехнулся.
... а когда случайно встретилась с Эктавионом, поздоровалась с ним особенно любезно и похвалила туалетную воду. Он весь расцвел. Бедный, даже не знает, что из-за нее его уже и в преступники записали.
Знают много и не знают ничего. Таков закон молодежи.
Судьба безжалостна, и ей всё равно, сколько возможностей есть у человека. Возьмёт своё всегда. Настигнет, кем бы или где бы ты ни был. Сопротивляться бессмысленно и глупо.
Мужчина должен быть стрелой, а женщина - мишенью, а если мишень сама гоняется за стрелой, как-то это не правильно.
Добиться справедливости невозможно, потому что справедливости не существует.
“В любой другой стране мира это означало бы, что я влип в большие неприятности. Но поскольку дело происходило в Италии, рука в униформе показала знаком, чтобы я не сбрасывал скорости. Очевидно, патрульным просто захотелось посмотреть, как быстро может ездить «Косворт», чтобы потом обсудить этот вопрос за ужином, размахивая вилками и стараясь перекричать друг друга.”
— Семья есть семья… — Она слабо улыбнулась. — Чтобы ни происходило, семейные узы никуда не денешь, правда?