Очень не люблю юриспруденцию. Это какая-то отдельная часть реальности, не поддающаяся обычной логике. Одно неверное слово - и ты преступник.
— Ты знаешь «lmagine» «Леннона? — спросила Тамар и заметила, как его глаза улыбнулись где-то в самой глубине. Легкая дрожь на дне двух серых потухших озер.
Германское государство — республика; кто не верит, тому по шее.
Нет, Юлька не ханжа и не лицемерка, она лично знает – и не из книг, а из жизни, – что от любви можно помолодеть на десять лет и постареть на двадцать.
Переспать с женщиной – самый лучший способ понять, стоит ли звать ее на второе свидание
Спросите любого курильщика, который уверен, что курит только потому, что сигаретка доставляет ему удовольствие: если бы он не смог купить свою привычную марку сигарет, а достал бы только те, которые обычно считает отвратительными, — он бросит курить? Да курильщики скорее станут курить старую веревку, чем совсем не будут курить! И удовольствие не имеет с этим ничего общего: мне нравятся омары, но у меня нет никакой необходимости разгуливать по улице, имея при себе двадцать омаров.
– Глубоко под нами осетры идут на нерест против течения. Их тысячи. Прислушайся к воде. Слышишь их разговоры? – Но, Ваня, рыбы не умеют говорить! – Еще как умеют. Они рассказывают друг другу о морских приключениях, иначе им было бы ой как скучно долго плыть на запад. Послушай хорошенько.
Мне наивно казалось, что со мной он станет другим, но так бывает только в сказках. В жизни ты либо принимаешь человека, как есть, и любишь, несмотря ни на что, либо тратишь годы, нервы, здоровье и всего себя на то, чтобы переделать его и, в конце концов, идешь своим путем – без него.
На счастливых часах забывчивых влюблённых пять часов пролетают всегда как пять минут.
Работа, на которой себя не помнишь, ничего кроме работы, а потом вдруг появляется необходимость общаться с девушками, а ты уже разучился. Потому что обычные подходы не действуют.
Пожалуй, я даже дам вам несколько дополнительных уроков, – вкрадчиво и тихо произнес мужчина.Ага, за это, чувствую, один черный маг даст преподавателю пару уроков по боевым искусствам, а мне срочно придется учиться тактическому отступлению и азам маскировки.
Как большинство хороших учителей, это был деспот, въедливый и настырный,
Две коровы, стоя у водопоя, восклицали: «Спасибо товарищу Наполеону за то, что под его руководством вода стала такой вкусной!»
Люди всегда бегут от источника «колебания», который заставляет и их колебаться вместе с ним. Это страх перед новыми чувствами. Она сейчас как утопающий пытается ухватиться за спасительный плот.
Да как ты можешь! Страна в опасности! - по столу стукнул кулак, а моя кружка с недопитым чаем подпрыгнула и зазвенела ложкой. - Работы нет! Темный властелин мира сделал так, чтобы рабочих мест не было!
Судя по объявлениям, которые висят возле подъезда, властелин мира уже подрабатывает уборщицей на полставки, грузчиком на складе, а потом, выжимая тряпку, бежит писать курсовые и рефераты, чтобы по вечерам приторговывать в сигаретном ларьке. Сутки через двое он сидит кассиром в гипермаркете, излучая флюиды зла и страшным голосом, преисполненным ненависти ко всему миру, вопрошает: “Карточка есть? Пакет нужен?”. И бейджик у него висит: “Зло Петрович Вселенское. Старший кассир супермаркета “Добряк”.
— Ты ведь не хотел воевать, я помню.
Алекс только устало улыбнулся.
— Иногда судьба не спрашивает, чего мы хотим, а чего нет. И иначе просто нельзя.
– Если людей долго держать взаперти, то они действуют друг другу на нервы.
...закон должен служить людям, а не люди закону.
Они все такие, - сказал я - Они прикуют нас к столбу и сожгут заживо перед телекамерами, если решат, что это поможет им попасть в Белый дом
Смотреть на вещи - одно, а держать их в руках, знать, что они твои собственные, - совсем другое.
Зеркала врут. Бессовестно и беспощадно. В них нет ни сочувствия, на жалости, ни любви, ни превосходства. Замечали ли вы, насколько по-разному отражаетесь в зеркалах? Как стройнят они в примерочных дорогих магазинов, как до безобразия уродуют в дешевых парикмахерских, как преувеличивают каждое несовершенство в пудреницах, как равнодушно честны в родных ванных комнатах.
Фивы - это не физическое место, Фивы - состояние сознания
Я не собираюсь уничтожать евреев. Могу сказать, что евреи мое оружие. Я намерен укреплять моральные устои русского народа и не желаю (или, лучше сказать, не желают те, чьи желания для меня закон), чтобы этот народ поворотил свое недовольство против царя. Так что нужно иметь врага. Незачем искать его, ну не знаю, среди татар или среди монголов, как искали наши бояре в старину. Порядочный враг, устрашающий и узнаваемый, должен быть прямо в доме или у самого порога дома. Вот поэтому евреи. Провидение господне ниспослало нам их. Так используем, черт возьми, и да ниспошлет он всегда нам еврея или двух, чтобы было кого ненавидеть. И бояться. Дарить надежду собственному народу — именно для этого нужен враг. Говорят, патриотизм — последнее прибежище подонков. Не имея моральных принципов, мерзавцы обычно заворачиваются в знамя. Все канальи беспокоятся о чистоте своей канальей расы. Нация — это из лексикона обездоленных. Самоосознание строится на ненависти. Ненависти к тем, кто отличается. Ненависть необходимо культивировать. Это гражданская страсть. Враг — это друг всех народов. Нужно кого-то ненавидеть, чтобы оправдывать собственную мизерность.
Какое-то слово стучалось в мозг, словно кто-то далеко-далеко стучался в дверь.
Всему свое время – истина, которую впитывает каждый, кто хоть раз томился ожиданием. Никогда время не ускорит свой темп, не подстроится под желание просящего. Нет. Терпение, вот чему учит время. Надежда. Вера. И тогда, вдоволь испытав несчастного, время дарует ему то, чего он так жаждал.